«Списочные» различия между ЕврАзЭС и присоединившейся к нему в пятницу ОЦАС незначительны. Членами Евразийского сообщества являются Россия, Белоруссия, Казахстан, Киргизия и Таджикистан. В ОЦАС входят те же страны, за исключением Белоруссии, плюс Узбекистан.
У многих создалось впечатление, что новый союз, возникший фактически на месте двух предшественников, хотя и сохранивший название одного из них, – лишь очередное бюрократическое новшество. Наиболее злобные критики даже говорят о том, что представителям «СНГ-номенклатуры» надо как-то демонстрировать «имитацию кипучей деятельности», чтобы оправдать выделяемые ассигнования.
Другие союзы
На Украине сейчас запахло серьезными изменениями политического курса – и, кто знает, как будет выглядеть ситуация через год
До последнего времени в рамках СНГ существовало шесть межгосударственных организаций – ЕврАзЭс, ОЦАС, ОДКБ, ЕЭП, ШОС, ГУАМ. При этом две из них можно вывести за скобки: в ГУАМ не участвует Россия, а ШОС вышла уже достаточно далеко за пределы постсоветского пространства. Таким образом, после недавнего объединения имеет смысл говорить о трех образованиях: ЕврАзЭс, ОДКБ и ЕЭП.
Важный момент заключается в следующем: ОЦАС, по существу, позиционировался как некий региональный клуб среднеазиатских постсоветских республик, включая Казахстан, плюс Россия (она присоединилась к организации лишь год назад). И говорить о консолидирующей роли России в этой организации было бы по меньшей мере преждевременно.
О Договоре о коллективной безопасности – разговор особый, поскольку деятельность этой ассоциации имеет сугубо специализированный характер, что понятно из названия. Что до Единого экономического пространства, то это в каком-то смысле – «мягкий вариант» ЕврАзЭс с минимальным различием в составе участников. Так, здесь участвует еще и Украина, наотрез отказавшаяся в свое время вступить в Евразийское сообщество, где предусматривалась наиболее плотная интеграция. Впрочем, на Украине сейчас запахло серьезными изменениями политического курса, и кто знает, как будет выглядеть ситуация, к примеру, через год.
Так или иначе, налицо тенденция: аморфные и «дублирующие» межгосударственные структуры уступают место более жестким и, если угодно, профильным. При этом странам-участницам предлагается фактически «сделать свой выбор» – что мы имели возможность наблюдать и на прошедшей неделе.
Дело в том, что присоединение Узбекистана к ЕврАзЭс – событие далеко не столь ординарное, как может показаться на первый взгляд. До последнего момента Ташкент не торопился примкнуть к Евразийскому сообществу, демонстрируя попытки стать самостоятельным центром влияния в средней Азии. Однако события последнего года привели к столь серьезному охлаждению отношений с Западом, и в первую очередь с США, что пространство для маневра стало ничтожным. Лавировать между Москвой и Вашингтоном после недавних заявлений Кондолизы Райс и отказа США платить за использование военной базы Ханабад по меньшей мере затруднительно. Запад своими разговорами о «репрессивном режиме» Ислама Каримова попросту толкает Ташкент в объятия Москвы, и потому присоединение Узбекистана к ЕврАзЭс – событие вполне знаковое. И, если угодно, дополняющее общую картину – не то чтобы радостную, но вызывающую известный оптимизм.
Маршруты интеграции
Президенты Киргизии, Казахстана, России и Узбекистана Курманбек Бакиев, Нурсултан Назарбаев, Владимир Путин и Ислам Каримов на саммите организации «Центрально-Азиатское сотрудничество» (фото ИТАР-ТАСС) |
Вопрос, который неоднократно задавался прежде, и будет задаваться далее – а в чем, собственно говоря, заключаются плюсы повышения уровня интеграции? И здесь следует указать на два существенных аспекта.
Первый, сугубо геополитический: быть ли России своеобразным центром влияния макрорегиона, который формируется на постсоветском пространстве? Или – шире: претендовать ли ей на статус если не сверхдержавы, то хотя бы центра силы мирового масштаба, о чем на сегодняшний день говорить было бы затруднительно. Укрепление ЕврАзЭС является бесспорным шагом в этом направлении.
Другой вопрос, что значительную часть населения страны геополитические проблемы интересуют, в лучшем случае, не в первую очередь. Поэтому очень важно понимать, что ЕврАзЭС по своим функциям – организация, направленная прежде всего на сотрудничество в сфере экономики. Причем сотрудничество, выгодное всем членам сообщества, в том числе и России. Да и смягчение пограничного режима между странами, которое было определено подписанным в марте этого года протоколом к Соглашению, значительно облегчит жизнь многим россиянам (особенно – проживающим на приграничных территориях).
Судя по всему, процессы консолидации и интеграции в рамках Евразийского экономического сообщества в ближайшее время будут активно развиваться. Так, в понедельник (в день пятилетия организации) было объявлено о завершении создания Единого таможенного союза и планах введения единой валюты. По словам генерального секретаря сообщества Григория Рапоты, «создание единого экономического пространства – это последний этап интеграции в ЕврАзЭС». В рамках сообщества планируется создание единого наднационального органа, которому будут переданы полномочия по реализации единой таможенной политики.
В общем, похоже на то, что мы наблюдаем переход от «бумажной активности» к реальным делам. Владимир Путин после объявления о присоединении ОЦАС к ЕврАзЭС, сказал: «Это лучший подарок к моему дню рождения». И с этим трудно не согласиться – 53-летие российского президента действительно совпало с событием весьма важным и для него, и для нашей страны в целом.