Недавняя публикация компанией Palantir идеологического манифеста из 22 пунктов была справедливо воспринята как заявка новой цифровой элиты на мировое господство. Основатель компании Питер Тиль и его коллеги настолько уверены, что будущее принадлежит им, что перестали стесняться в высказываниях.
Из того, что ими говорится, можно сделать один самый общий вывод: перед нами очередная идеология политического сциентизма – учения о том, что научные знания должны определять и политические решения, и устройство общества. То есть нас ждет еще одна попытка воплотить в жизнь старый тезис: «Знание – сила».
Предыдущим «единственно верным учением», искавшим опору в научных знаниях, был марксизм-ленинизм, под знаменем которого наша страна жила более 70 лет. Временами было непросто, да и в итоге общество зашло совсем не туда, куда вели его марксистские мудрецы. Но в данном случае важно другое: тогда предполагалось, что власть, основанная на знании, будет действовать от имени и в интересах всего общества, а в перспективе – и всего человечества. Знание должно было служить делу освобождения человека.
Противоположность такому порядку вещей мыслилась в те времена как власть избранного социального слоя, который использует полученные им знания для господства над непросвещенной массой. Так в СССР изображали научно-технический прогресс при капитализме. Но ведь именно такая модель сциентизма, или науковластия, вырисовывается из манифеста Palantir. Современные техногуру вообще не скрывают своего презрения к человеку, а то и к целым народам и культурам, которые они готовы объявить «вредными и регрессивными». В общем, от учения нацистов о неполноценных расах они ушли очень недалеко и, более того, продвинулись на этом пути вперед.
Но что же за знание лежит в основе претензий цифровой элиты на господство? По сути, никакого позитивного знания ни о мире, ни о человеке ими не предлагается. Вместо этого цифровики гордятся своей способностью создавать системы искусственного интеллекта, то есть машины, производящие нечто похожее на знание. Они мыслят себя жрецами при электронном оракуле, истинность предсказаний которого никем не может быть гарантирована.
Тем не менее уже сегодня определилось то основное благо, которое несет человечеству ИИ, и благо это весьма сомнительное. Заключается оно в том, что во многих сферах нашей жизни возникает возможность обходиться без людей, то есть без нас с вами. В кино не нужны живые актеры, в школе – живые учителя, в строительстве – живые архитекторы. Все сделает нейросеть. Еще остались ниши для ручного труда, но человекоподобные роботы, которыми технологические компании обещают населить мир, со временем потеснят человека и в этих нишах.
Казалось бы, вот оно, исполнение коммунистической мечты: «вкалывают роботы, счастлив человек». Но вот только человек, ненужный экономике, лишается и денег, и прав. И если минимальные деньги ему еще можно подкинуть в виде безусловного дохода, то считаться с его мнением новая элита точно не намерена. Вот одна из причин, по которым интересы цифровой элиты входят в противоречие с интересами нормальных людей, то есть нас с вами, да и вообще человека как биологического вида.
Кроме того, цифровая элита, оказывается, вообще не мыслит ИИ, свое главное детище, инструментом мирного развития. Читатели манифеста Palantir были неприятно поражены его милитаристской направленностью. Оказывается, ИИ – это больше не «мягкая сила». Это «жесткая сила» новой эпохи, которая должна прийти на смену ядерному оружию. Поэтому сегодняшняя гонка ИИ – это, по сути, гонка вооружений на новом этапе.
Но с кем же и за чьи интересы цифровики собрались воевать?
Вообще-то раньше было принято считать, что транснациональные корпорации конкурируют с традиционными государствами, стремясь построить новый корпоративный мир поверх государственных границ. И тут манифест Palantir преподносит нам удручающий сюрприз: оказывается, американские цифровики – большие патриоты старых добрых США. Поэтому они очень озабочены сохранением военного доминирования США в мире и намерены внести свой вклад в решение этой задачи.
Новое оружие на основе ИИ – это главное, что могут предложить цифровики. Такое оружие уже постепенно появляется в ходе российско-украинского конфликта. Но не одни роботы будут воевать; высвободившихся людей тоже надо чем-то занять, отсюда идея ввести всеобщую воинскую повинность. Причем под ружье предполагается поставить не только американцев; авторы манифеста жалеют, что после Второй мировой войны были демилитаризованы Германия и Япония, и намекают, что эти страны должны ускоренными темпами возрождать мощь своих армий. Собственно, германские власти уже взялись реализовывать этот новый курс, так что назвать это просто фантазиями уже нельзя.
Вот и вторая причина антагонизма между нашими интересами и интересами цифровой элиты: она несет не мир, а войну, обещает не снятие мировых противоречий силами технического прогресса, а использование технологий для господства богатых над бедными, сильных над слабыми.
Сегодня технологическая революция ИИ, в которой Запад пока лидирует, видится как последний шанс Запада удержаться на гребне истории. Ведь в численном отношении государства Запада все больше уступают цивилизациям Востока и Юга, а поступательный прогресс последних, рост их человеческого капитала рано или поздно приведет к тому, что средний китаец, индиец, индонезиец, нигериец ни в чем не будет уступать среднему американцу, французу или швейцарцу. И тогда гегемония Запада рухнет автоматически.
Но вот что придумали цифровики: обесценить человека, обнулить преимущества растущих конкурентов в численности населения. Человек больше не нужен, человек – это вообще обуза. Сила там, где больше мощных дата-центров, где искусственный разум правдоподобнее подделывает результаты человеческого труда.
Разумеется, итоги гонки ИИ еще не подведены, лидер еще может смениться, да и нам тоже не стоит слишком сильно отставать. Но уже сегодня люди должны подумать о том, как солидарно превратить свою человечность в конкурентное преимущество. Подражать машине бесполезно, она все равно окажется лучше. Сегодня она пишет код для самой себя, а завтра научится обходиться без своих создателей и жрецов, которые через губу разговаривают с нами. Больше человечности – вот единственный способ сохраниться. Впервые в истории у людей появился повод объединиться не по принципу принадлежности к одной расе, религии или идеологии, а только потому, что они люди. Может быть, это в итоге нас и спасет от мрачного владычества цифровой элиты.