Публичная часть саммита на Аляске показала дрейф позиции Дональда Трампа: от прежних рассуждений о перемирии он перешел к обсуждению полноценного мирного соглашения по Украине. Попытки затормозить этот процесс уже предпринимаются: в Вашингтон направляется делегация «коалиции желающих», которые рассчитывают удержать Белый дом от намечающихся договоренностей с Кремлем – как по украинскому урегулированию, так и по другим вопросам, которые не стали публичной частью повестки.
Полагаю, ресурсы для достижения своей цели у «коалиции» есть. Но было бы недальновидно списывать всё только на европейцев – «палки в колеса» могут ставить с разных сторон.
Конгресс. Американский Конгресс традиционно играет роль противовеса любым попыткам разрядки в отношениях с Москвой. История дает немало примеров: провал ратификации Договора об ограничении стратегических вооружений (ОСВ-II), принятие поправки Джексона – Вэника, а также другие ограничения, наложенные в период администраций Никсона, Форда и Картера. В Москве нередко недооценивали этот фактор, и достигнутые договоренности оказывались частично или полностью заблокированными. Исключением стала лишь эпоха конца 1980–1990-х, когда СССР и затем Россия шли на беспрецедентные уступки.
СМИ. Мейнстримная пресса встретила саммит на Аляске резкой критикой, а после встречи поставила под сомнение лидерские качества Трампа, играя на его самолюбии. Для глобалистов это способ оказать давление на Белый дом через личные амбиции президента США. Опыт показывает: Трамп подвержен импульсивным реакциям (это подтвердила история с подлодками на фоне постов Дмитрия Медведева и обвала рынка труда), однако в отдельных случаях он быстро возвращается к исходной линии – как это произошло после визита Стива Уиткоффа в Москву.
Банковая. Трамп по-прежнему не контролирует процесс принятия решений в Киеве: на Зеленского и Ермака продолжают влиять Лондон и Брюссель. Конечно, администрация Трампа может усилить кампанию по десакрализации Зеленского и подсветить его увлечения коррупцией, запрещенными веществами и слишком тесной связью с Ермаком, однако противники Трампа способны задействовать и уличный фактор – от митингов с лозунгом «Ні капітуляції»» до других форм прямого давления, уже применявшихся в 2019–2021 годах для срыва парижского соглашения «нормандской четверки».
Половина ЕС и Британия. Позиция «коалиции желающих» проста: продолжение конфликта. Украина для них – оружие, США – тыл, политическая крыша и ядерный зонтик. Европейские лидеры, развращенные «однополярным моментом» и ультралиберализмом, сталкиваются с логикой Realpolitik, которую, пусть и непоследовательно, пытается проводить Трамп. Их тревогу усиливает возможное сближение администрации Трампа с Россией, которое может привести к сокращению американского участия в делах Европы и переориентации Вашингтона на Азиатско-Тихоокеанский регион. Это объясняет требование Макрона и фон дер Ляйен дать Европе особые гарантии безопасности – будто бы НАТО больше не существует.
А как быть нам? Благодаря усилиям армии и тыла Россия может сохранять стратегическое спокойствие. Это позволяет не только игнорировать гонку ожиданий и головокружений, но и парировать вероятную гонку вооружений. Некоторых участников переговорного процесса это раздражает, но ничего – потерпят.