Сначала о Киргизии. Там запретили доступ к ресурсам с порнографией. Это не ново, особенно для страны, которая говорит о духовных ценностях и морали в религиозном контексте. В странах Персидского залива на ресурсы с порнографией просто так тоже не зайдешь, а изготовление и распространение преследуется в соответствии с уголовным законодательством. Но это не главное. Главное, что в Киргизии государство монополизировало интернет.
Президент Садыр Жапаров обязал всех интернет-провайдеров заключить контракты с одной компанией, которая некоторое время назад перешла в собственность государства. Теперь эта компания наделена эксклюзивным правом предоставлять и контролировать интернет-трафик. Это, конечно, удобно. Если вам нужно что-то контролировать, имеет смысл сосредоточить это в одних руках, так проще администрировать процесс.
Государство такое решение объясняет необходимостью стабилизации цен и заботой о моральном облике граждан, по совместительству пользователей интернета. Граждане понимают, что обходить запреты, когда провайдер один на всю страну, значительно сложнее и рискованнее.
В России действует антимонопольное законодательство, которое вроде бы оберегает нас от подобной заботы о нравственности – нельзя оставить одного провайдера. Более того, нельзя, чтобы кто-то один занимал больше 50% рынка. Формально это так, но практически могут быть варианты. Построение телекоммуникационной инфраструктуры требует ресурсов – денег и технологий. Страна у нас большая, и не каждый провайдер может себе позволить тянуть провода или ставить вышки на тысячи километров во все стороны.
Впрочем, о потенциальной суверенизации интернета в России мы говорили пару недель назад. Это не хорошо и не плохо, просто это, с одной стороны, неизбежно, а с другой – очень сложно достижимо технически.
Теперь обратим свои взгляды на Великобританию. Разумеется, владычица морей давно потеряла статус мирового гегемона, но все-таки эта страна в определенной мере передовая для западного мира, и если вспомнить, что первая промышленная революция произошла там, то можно представить, что и тенденции регулирования интернета потянутся оттуда.
В Великобритании постепенно вступает в силу Online Safety Act – пакет законов от 2023 года, который предполагает регулирование телекома, жесткое даже по меркам Киргизии.
В Британии нет единого провайдера – страна то передовая! – но там есть медиарегулятор, называется Ofcom. Он может блокировать, штрафовать, предписывать и наказывать другими способами – это вроде нашего Роскомнадзора, только жестче. Так вот, этот регулятор теперь требует, чтобы все платформы, на которых есть пользователи из Великобритании, а это значит, все платформы вообще, по требованию могли бы доказать, что несовершеннолетние не имеют доступ к контенту, который для них не предназначен. Это касается социальных сетей, видеохостингов, мессенджеров, поисковых систем, стриминговых и блог-платформ. То есть это касается всех. При этом закон должен работать так, чтобы непосредственно сайты не имели доступ к личным данным пользователей – значит, возраст должен документально подтверждаться на уровне провайдера. Да, это приблизительно и есть «интернет по паспорту».
Сформированы новые требования к мессенджерам – теперь сквозное шифрование не должно мешать расследованию преступлений. Это значит, что правоохранительные органы будут иметь доступ к переписке пользователей. Два наиболее популярных мессенджера, известных своей конфиденциальностью, уже сказали, что, видимо, покинут Британию, если не будет найдено компромиссное решение.
Да и как вообще сервисам научиться соответствовать этому законодательству? Вот, скажем, есть российская социальная сеть. Есть ли там пользователи из Великобритании? Разумеется, есть, в этом смысл социальной сети – объединять людей из разных стран и обеспечивать их коммуникацию. Должна ли российская социальная сеть соответствовать британскому законодательству, если она предоставляет услуги в том числе и гражданам Великобритании? Наверное, должна. Будет ли? Нет, она должна соответствовать российскому законодательству, на остальное у нее ни времени. ни желания, ни юристов нет. Выходит, доступ к этой сети в Великобритании рано или поздно будет закрыт. Потеря, кажется, небольшая, но вы представьте себе потенциальное количество подобных казусов – сколько ресурсов из разных стран никогда не смогут соответствовать законам каких-то других государств.
А законы эти будут становиться всё строже, и правоприменительная практика будет укрепляться, отрабатываться, становиться повседневной реальностью.
И если честно, пока не очень понятно, у кого суверенный интернет получится быстрее – у Киргизии или Великобритании. Но в целом нужно готовиться к тому, что интернетов будет много, сообщаться между собой они будут в редких и узких местах, а главное – что будет внутри каждого из этих интернетов? И тут, разумеется, выигрывают те, у кого богаче культура. Чем больше носителей языка, тем больше контента на нем будет создано, тем богаче и разнообразнее будет сеть этого пространства.
В этом смысле Россия, конечно, не Великобритания. Но где-то в первой пятерке главных мировых интернетов нам место обеспечено.