Прошедшая ночь явила миру множество американистов и трамповедов. Рискну и я в двух словах изложить то, что увидел в официальной трансляции из Белого дома.
Я увидел профессионально поставленное шоу, на котором заезжему провинциальному комедианту указали на его реальное место в пищевой цепочке. Американцев следует признать изобретателями публичной политики, понятой как entertainment – развлечение, шоу. Политические шоу и составляют сущность американской политики, смысл того, что они называют демократией. Нам, с нашим тысячелетним византийством, обычно трудно понимать содержание американских политических шоу, но в этот раз режиссеры представления организовали его так, чтобы понятно было всем.
В сухом остатке мы видим ряд утверждений.
Кумир европейской публики – дешевый шулер и провинциальный комедиант, стыдно всерьез садиться за стол рядом с таким партнером. Президент Украины безразличен к жизням собственных граждан. Он жестокий, а главное – безрассудно опасный человек, готовый сжечь мир в огне третьей мировой ради того, чтобы сохранить власть.
Зеленский – неблагодарный парвеню, которого господа облагодетельствовали и усадили за стол как равного, но тот принялся вести себя как хам и гопник, на что ему прямо указали. Земная слава скоротечна. Особенно когда речь идет о жабе, надутой через соломинку.
Говорят Нерон, сжегший для потехи Рим и при этом называвший себя «отцом отечества», узнав, что легионы Гальбы двигаются на Рим, потребовал у Сената объявить Гальбу «врагом народа», Сенат так и сделал, но потом просто разошелся по домам. Нерон вернулся в свой дворец на Палатине, но охраны уже не было, дворец был пуст, прислуга разбежалась. Он отправил приглашение всем тем, кто участвовал с ним в оргиях, но никто не явился. Он искал кого-то из друзей или рабов, чтобы тот заколол его, ибо сам не решался покончить собой, но никто не стал помогать ему.
И вот наконец узнав, что собравшийся Сенат объявил уже его врагом народа, он все же дождался удара в горло кинжалом от собственного секретаря. Перед смертью он все бормотал: «какой великий артист погибает»…
В показанном нам нынче сеансе политической драматургии стало совершенно очевидно: перед нами совершилась политическая смерть бездарного актера, совмещенная с публичным унижением людоеда, уничтожавшего доверившийся ему народ.
Какой актер умирает?
Ничтожный.