Президент Венесуэлы Николас Мадуро заявил о готовности сложить полномочия не ранее чем через 18 месяцев. Часть американских чиновников рассматривала такой вариант как возможное решение кризиса, однако Белый дом настаивает на немедленной отставке Мадуро.
Сам президент Венесуэлы пока этого не прокомментировал. Как и прочие «вбросы» американских СМИ о его готовности уйти в обмен на гарантии безопасности, отдать США всю венесуэльскую нефть и т. д. Очевидно, все это кампания по давлению на венесуэльского лидера с целью склонить его к «договорняку» с Трампом, которому очень уж не хочется воевать, но отступить, ничего не добившись, после всех громких обещаний «покончить с режимом» в Каракасе, он тоже не может. Почему Трамп привязался к Венесуэле?
Во-первых, личная неприязнь к венесуэльскому лидеру. Трамп еще на первом сроке пытался свергнуть Мадуро. Операция «Гуайдо» в итоге провалилась с треском, деньги, потраченные на нее, оказались выброшенными в трубу. Не принесли результата и многочисленные покушения. Но Трамп явно хотел бы взять реванш и довести до конца то, чему в 2020-м помешали ковид и выборы.
Во-вторых, нефть. Венесуэла – мировой лидер по ее запасам. Причем по запасам именно «тяжелой» нефти, которая нужна США. Еще крупными запасами такой нефти обладают Иран и Россия. Все три страны под санкциями, но венесуэльская экономика явно слабее, к тому же Венесуэла попросту ближе.
Стоит напомнить, что венесуэльская нефть в прошлом веке принадлежала в основном американским компаниям, однако Чавес национализировал нефтедобычу в стране. А потом отдал ее Китаю. Китайцы пришли в Венесуэлу с огромными деньгами, построив с нуля инфраструктуру: нефтепроводы, порты, НПЗ. Сегодня 90% венесуэльского экспорта нефти идет в Китай.
Разумеется, американцам это не нравится. Тем более что Китай спасает экономику Венесуэлы, которая давно бы уже рухнула под напором санкций: поставляет в страну продовольствие, медикаменты, технологии, дает кредиты, по которым постоянно предоставляет отсрочки.
Как сообщает Fox News, Китай намеревается усилить свое влияние на экономику Венесуэлы на фоне разворачивающегося конфликта Каракаса и Вашингтона. В частности, Пекин обнародовал торговое соглашение с Каракасом о «нулевых пошлинах» примерно на 400 категорий товаров. Канал напоминает, что за последние 20 лет Китай предоставил Венесуэле займы на сумму около 60 млрд долларов, большая часть которых была погашена за счет поставок нефти.
В-третьих, география. Трамп известен как ярый поборник доктрины Монро, суть которой в том, что все Западное полушарие является зоной интересов США («задним двором»), куда Вашингтон не должен пускать чужих. А «чужие» в лице России и Китая идут в Латинскую Америку весьма активно. И политически, и экономически, и, что хуже всего для США – в военном плане.
Венесуэла активно сотрудничает с Россией по линии ВТС: закупает у России современное вооружение, боеприпасы, получает техническую поддержку, в том числе по линии авиации и ПВО. Москва поставила Каракасу ЗРК «Бук-М2» и «Антей-2500» (С-300ВМ), истребители Су-30, вертолеты Ми-35, танки, БМП и БТР. Кроме того, постоянно муссируются слухи о возможном появлении в стране российской военной базы. Пока это на уровне разговоров, но российские военные корабли неоднократно заходили в воды Венесуэлы, туда не раз прилетали наши стратегические бомбардировщики Ту-160.
Все это пока выглядит как сигналы Вашингтону о российском присутствии, которое в любой момент можно кратно нарастить, и это не может не нервировать США. Пекин тоже не ограничивается чисто экономическим сотрудничеством с Каракасом, развивая, например, совместную космическую программу.
Стоит отметить, что США в последние годы, очевидно не чувствуя конкуренции, ослабили внимание к своему «заднему двору». Последней серьезной операцией в Латинской Америке было вторжение в Панаму в 1989-м. Ну еще в 1994-м операция в Гаити, откуда американцы в прошлом веке практически не вылезали. Ослабление внимания Вашингтона создало условия для «левого ренессанса» в регионе. Венесуэла, Никарагуа, Боливия, Бразилия – в этих странах к власти приходят левые, чьи отношения с США колеблются от умеренного прагматизма до жесткого противостояния.
Процесс «полевения» Латинской Америки продолжался много лет с переменным успехом. Так, в Аргентине в 2015 году, в Бразилии в 2016 году состоялись «правые реванши». Уже при Трампе к власти в Бразилии пришел его союзник Жаир Болсонару. В том же году случился переворот в Боливии. Однако при Байдене регион накрыла новая «розовая волна»: левые победили на выборах в Перу, Гондурасе и Чили, вернули Бразилию. Самым болезненным ударом для США стало избрание бывшего партизана Густаво Петро президентом Колумбии, считавшейся главным форпостом Вашингтона в регионе.
Последний, впрочем, не стал колумбийским Чавесом, выстроив вполне конструктивные отношения с правящими американскими демократами, сойдясь с ними в том числе на почве «зеленой повестки». Кроме того, он восстановил отношения с Венесуэлой, что для республиканца было красной тряпкой.
Именно Колумбия, а не Венесуэла, была и остается главным поставщиком наркотиков в США, и Трамп это прекрасно понимает – от него достается и Петро: в прошлом месяце он назвал президента Колумбии «незаконным нарколидером» и объявил, что США больше не будут направлять в страну финансовую помощь. Кроме того, американские военные топят в том числе и колумбийские лодки, не только венесуэльские.
Маловероятно, что Трамп решится объявить войну целому региону, где реальных союзников, кроме президента Аргентины Хавьера Милея, у него нет. Его приоритет – Венесуэла, страна, которая стала символом того, что может произойти, когда экономическая мощь Китая и военно-политическая – России могут объединиться против американских интересов. Как в КНДР и Иране. Но у КНДР есть ядерная бомба, у Ирана она может появиться в любой момент, и обе эти страны далеко от США и не представляют прямой угрозы их национальной безопасности.
Главный вопрос, на который сегодня нет прямого ответа – решится ли Трамп воевать? С одной стороны, ему нужна «маленькая победоносная война» для отвлечения американского общества от внутренних скандалов и промахов. С другой, ключевое слово тут – «победоносная», а в этом Трамп едва ли может быть уверенным. Собранная в Карибском бассейне группировка пока скорее выглядит пригодной только для нанесения ракетных ударов или попыток захвата каких-то локальных объектов. Ее численный состав примерно 12 тыс. военных, включая экипажи кораблей, которые не будут участвовать ни в каком вторжении. А чуть более чем трех с половиной тысяч морпехов для полноценной наземной операции явно не хватит.
Тем более что попытка вторжения явно не будет легкой «прогулкой», как в Ираке. Армия Венесуэлы одна из наиболее боеспособных в регионе, кроме того, она еще со времен Чавеса постоянно готовится к столкновению с США: военная доктрина страны предусматривает в случае вторжения очень быстрое рассредоточение и переход к партизанской войне. Опыт ведения войны с партизанами в джунглях американцы имеют, и нельзя сказать, что это хороший для них опыт. Кроме того, у Каракаса есть серьезный ресурс в виде ополчения – «колективос», значительная часть населения поддерживает власть, так что ставка на восстание против Мадуро может оказаться проигрышной.
О том, что у США нет военных ресурсов для начала крупномасштабной операции по отстранению Мадуро от власти, пишет CNN. По мнению экспертов, если Трамп действительно отдаст приказ нанести удары по Венесуэле, он может столкнуться с серьезными проблемами, связанными с раздробленностью оппозиции и военных, якобы готовых к мятежу, а также с реакцией внутри страны, поскольку ранее он обещал избегать дорогостоящего вмешательства в дела других стран. Опять же, Трамп не может игнорировать возможную реакцию России и Китая, которая обязательно будет, учитывая их интересы в Венесуэле и вложенные в нее суммы. Разумеется, ни Москва, ни Пекин не будут воевать за Венесуэлу напрямую, но ведь и в Корее, и во Вьетнаме напрямую не воевали.
В начале ноября западные СМИ писали, что в Венесуэле якобы приземлился российский военный транспортник Ил-76, связанный с ЧВК «Вагнер». Что привез – неизвестно. Напомню, что в октябре Трамп провел один из самых продолжительных телефонных разговоров с российским коллегой Владимиром Путиным. Венгерский саммит так и не состоялся, зато состоялась встреча Трампа с председателем КНР. Можно предположить, что тема Венесуэлы в обоих случаях обсуждалась, и Москва и Пекин могли обозначить свои «красные линии».
Проблема Трампа в том, что «дать заднюю» он уже не может. Идеальным выходом для него стал бы «договорняк» с Мадуро, который привел бы к уходу последнего. Вашингтон явно делает предложения Каракасу о том, как обоим сохранить лицо. Причем не только через СМИ, но и через прямые переговоры с Мадуро по телефону. Однако результата пока нет. А времени остается все меньше. Повешенное на стену в начале драмы ружье в конце обязательно должно выстрелить…