Появившись на полях сражений в 1916 году, танки изменили облик войны. Два десятка лет спустя, к эпохе Второй мировой, армии ведущих государств подошли, уже укомплектованные тысячами танков. В ходе этой войны количество танков увеличилось в десятки и сотни раз. Без танков стало бы невозможно преодоление позиционного тупика – именно благодаря им Вторая мировая велась на сокрушение вражеских армий, а не на истощение неприятельских экономик.
Несмотря на то, что танку была нужна мотопехота, скоростная артиллерия и снабжение, он все равно находился в центре концепции блицкрига. Он мог быстро двигаться даже по плохим дорогам и наступать по любой достаточно широкой и плотной земной поверхности. Танк держал удар. Он выступал главным козырем наступающих и стержнем, вокруг которого собиралась оборона.
Это было средство, без которого нельзя образовать котел и крепко держать его стенки до подхода громоздких, но устойчивых пехотных соединений.
Недаром крайне неприятный сюрприз, преподнесенный Паулюсу под Сталинградом, начался, по сути, с рывка советских танков к Калачу-на-Дону. И тогда успешная состыковка двух группировок с внезапным захватом танкистами важного моста стала первым шагом в цепочке событий, которая привела к разгромному для немцев завершению сталинградской эпопеи.
После окончания Второй мировой Советский Союз создавал десятки тысяч танков, а в НАТО думали, как останавливать эту армаду на Европейском ТВД, если она пойдет в наступление. Затем, в войнах 1990-х годов, где США разгромили несколько заведомо более слабых противников, все поверили в высокоточное оружие, а роль танка в глазах теоретиков Запада сильно понизилась.
А потом на полях сражений появилось еще кое-что.
Снаряд из ниоткуда
Незадолго до начала спецоперации на Украине о дешевых коммерческих беспилотниках думали лишь отдельные энтузиасты. В ходе боевых действий роль дронов только росла, да так стремительно, что сейчас без них нельзя представить вообще ничего.
А еще из-за беспилотников нельзя днем без приключений подъехать ближе 15 километров к линии боевого соприкосновения. Причина тому – дешевые дроны-камикадзе. Их стоимость исчисляется десятками тысяч рублей, поэтому их очень-очень много. Засечь расчет такого беспилотника куда сложнее, чем артиллерийские позиции или пусковую установку РСЗО.
Это приводит к тому, что воздух в зоне досягаемости этих дронов просто ими кишит. Такой беспилотник без особых проблем может нести примотанный скотчем выстрел от РПГ – и поражать танки. Стоимость танка и таких дронов несопоставима – поэтому при появлении танка беспилотники тут же слетаются на него, как мухи на сладкий сироп.
Поэтому тактику действий танков пришлось изменить. По крайней мере, в том, что касается выполнения связанных с поражением целей задач – когда танк используется как средство поддержки, а не прорыва или удержания позиций.
Чтобы меньше встречаться с беспилотниками, танки отводят как можно дальше. Если раньше они стреляли прямой наводкой, видя врага в прицел, то теперь танк все чаще используется как самоходная артиллерия со специфической баллистикой орудия. И снаряд танковой пушки по врагу прилетает как бы из ниоткуда. Потому что танкисты ведут огонь с закрытой огневой позиции, не имея зрительного контакта с целью, в которую надо попасть.
Опыты по стрельбе с закрытых позиций танкистами проводились задолго до спецоперации, но не прижились – добиться приемлемого процента попаданий было непросто. Но сейчас корректировать огонь «бесконтактным способом» может кто угодно. Этим могут заниматься подразделения вплоть до взвода, а то и до отделения – у всех есть беспилотники.
Это обстоятельство вновь оживило идею применения танков с закрытых огневых позиций. Ведь чем дальше танк, тем сложнее подвести к нему дрон-камикадзе. И тем больше рискует вынужденный выходить на предельную дистанцию расчет врага. А взаимодействие со своими беспилотниками доводит процент попаданий до допустимых значений.
Усилить защиту
Еще давно, в 1945 году, в ходе боев за Берлин советские танкисты пробовали крепить к танкам решетчатые экраны. Целью была борьба с кумулятивными боеприпасами – чаще всего это были германские «Фаустпатроны». Тогда это эффекта не дало – пущенный в танк снаряд игнорировал решетку, и взрыватель срабатывал именно на броне. Кумулятивная струя прожигала ее, а не уходила «в воздух», как бы хотелось создателям такой защиты.
В дальнейшем разные страны вели работы по созданию специальных решеток, достаточно прочных для того, чтобы приводить в действие эти взрыватели. Но получалось либо неэффективно, либо громоздко – и такой способ защиты так и не прижился.
Но в случае с дронами-камикадзе все оказалось куда проще. Ведь заставить преждевременно сработать надо не пущенный пороховым зарядом и летящий с большой скоростью снаряд. Надо всего лишь «поймать» двигающийся благодаря пропеллерам и электромотору дрон. После чего он или взорвется там, где ему не надо, или разобьется на куски, и никуда больше уже не полетит. Оба результата для танка достаточно хороши.
В таком контексте требования к качеству материала и размеру ячейки решетки резко упали. Что позволило ставить ее на танки быстро и дешево. В народе такие сооружения прозвали «мангалами», несмотря на то что по конструкции эти решетки куда больше напоминают гриль.
Сегодня в зоне СВО практически невозможно встретить бронетехнику без «мангалов» – будь то танк, БМП, самоходка или старая добрая «мотолыга». Большую известность приобрел «Царь-мангал». Первым «Царь-мангалом» был танк, у которого после боя заклинило башню. Наплевав на сектора обстрела пушки, ремонтники так основательно обшили его стальными листами, что танк начал напоминать катающуюся от посадки к посадке крышу от дачного домика.
Также танки, как и прочую технику, стремятся защитить от дронов портативными комплексами радиоэлектронной борьбы. В этой сфере идет свое «соревнование пули и снаряда». Разработчики меняют частоты, подкручивают настройки, пробуют то или иное решение – как и создатели дронов. Поговаривают, что в будущем дроны-камикадзе перейдут на нейросетевое указание целей. Связь с оператором им будет вообще не важна. Случится ли всё так и как именно это скажется на противодействии дронов и РЭБ – увидим.
Важно другое – то, что танк, несмотря на появление нового оружия, по-прежнему остается в игре, пусть и обвешанный решетками. И он даже крепче, чем раньше. Ведь теперь оператору дрона надо преодолеть сразу несколько препятствий – сам «мангал», динамическую защиту и, собственно, толстый слой гетерогенной брони, которая прикрывает важнейшие узлы танка.
Что-то похожее уже было с броненосцами и линкорами. Когда более ста лет назад в морских боях стало применяться «ультимативное» сочетание торпеды и подводной лодки, казалось, что большим бронированным кораблям настал конец. Но защитившись от всего этого рядом действенных технических и тактических мер, они провоевали еще две мировые войны и ушли «на пенсию» совсем по другой причине.
Так и танки – они востребованы на фронте, невзирая на «революцию дронов». И нашим врагам они еще вполне наваляют.