Советник Патриарха Московского и всея Руси Кирилла протоиерей Николай Балашов сказал, что Русская православная церковь открыта к возможности новой встречи Патриарха Московского и всея Руси Кирилла с Папой Римским Франциском, но инициативы в этом отношении стоит ожидать от Ватикана. Разговоры о такой встрече идут уже довольно давно.
Сама готовность папы Франциска встречаться и разговаривать с патриархом Кириллом в текущей обстановке – это немалый вызов, если не пощечина западному «общественному мнению». По крайней мере, в том виде, в котором это мнение формируется тем, что называется «mainstream media», преобладающими СМИ.
В православной среде, однако, перспектива встречи тоже воспринимается некоторыми без энтузиазма – по своим причинам, о которых мы еще поговорим. Папа Франциск не является «прорусским». Он вообще видит конфликт в другой оптике, и именно это вызывает острое раздражение на Западе.
Любой конфликт сопровождается массированной пропагандой, которая должна побудить солдат сражаться и умирать, а гражданских – терпеть лишения. Разговор о столкновении интересов – например, о том, что США и НАТО хотят иметь на Украине плацдарм против России, а Россия этого категорически не хочет – на жертвы совершенно не воодушевляет. Чтобы воодушевлять, нужно героическое фэнтези про борьбу Космического Добра (в лице Запада) с Космическим Злом (в лице России) или, чуть шире, «демократии» с «тиранией».
В этой героической картине религиозные деятели имеют простое и понятное задание – употреблять весь авторитет, который у них есть, на поддержку «сил Добра», и удостоверять, что Бог (для тех, кто еще оглядывается на Бога) горячо поддерживает военные усилия «правильной» стороны. «Вражеские» церковные иерархи, конечно, вызывают неприязнь, но в целом вписываются в эту картину, просто они на стороне «зла».
Кто вызывает по-настоящему острое раздражение – это тот, кто вообще отказывается видеть ситуацию в пропагандистской оптике противостояния Космического Добра с Космическом Злом. Как папа Франциск. Он не на стороне Москвы, но полагает, что НАТО, которое «лаяло под дверями России», несет свою долю ответственности за конфликт.
В то время как пропаганда рисует Россию как мировое зло, которое было злом всегда, столетиями, и русскую культуру как орудие этого зла, папа отзывается о русской истории и культуре вполне благожелательно, к немалой ярости многих своих критиков. Но чем объясняется такой подход?
Этому есть как мировоззренческие, так политические причины.
Христианство имеет свою картину космической битвы добра и зла – и именно поэтому скептически относится к притязаниям тех или иных держав (и их союзов) на роль «мирового добра». Ни одно из царств этого падшего мира не является Царством Божиим. Все люди грешны, и любой конфликт между людьми – это не конфликт между праведниками с одной стороны, и злодеями – с другой. Это конфликт между двумя группами грешников. Это особенно так для католичества. По убеждению католиков, уникальное сообщество, которое представляет «силы Добра», Бога, Его святых и ангелов, существует – и это, внезапно, не НАТО. Это католическая церковь. Должность капеллана при НАТО, обслуги при чужой мифологии, плохо сочетается с тем, что католическая церковь провозглашает о себе.
Есть и политические причины, о которых мы уже говорили: большинство паствы Ватикана находится в незападных странах (и эта тенденция будет только нарастать), и будущее католицизма – это Глобальный Юг, а не Запад. Многие на Западе выражают папе претензии именно за то, что он отказывается употребить свое влияние, чтобы настроить Глобальный Юг против России – но, видимо, папа не хочет предстать перед своей незападной паствой проводником чисто западных интересов.
Так или иначе, папа отказывается видеть в России Мордор, в русских людях – орков, и не хочет быть дисциплинированным «капелланом НАТО». Такая позиция, с одной стороны, навлекает на него яростные нападки, с другой – создает уникальные возможности.
Битва между космическим добром и злом не может закончиться компромиссным миром – люди, которые видят себя ангелами, никогда не смогут договориться с теми, кого они считают бесами. Сами разговоры о мире на этом фоне выглядят возмутительным предательством. Такой взгляд на реальность предполагает только сокрушительную победу «добра» над «злом». Но наступает момент (и, похоже, он уже наступил), когда становится ясно, что сокрушительной победы не будет. Надо договариваться об условиях мира.
Мира, из которого Россия никуда не исчезнет, но так или иначе будет одной из важнейших держав. И папа, как авторитетная глобальная фигура, может сыграть очень важную роль в урегулировании конфликта.
Руководство России это понимает – на общем фоне, когда дипломаты и государственные мужи различных стран говорят языком задиристых подростков, разговор представителей России и Ватикана выглядит в хорошем смысле дипломатичным. Поэтому возможная встреча папы Франциска и патриарха Кирилла – это важный шаг к миру. Даже сама подготовка к нему показывает, что Россия не изолирована, с ней так или иначе придется разговаривать.
Против такой встречи выступают, однако, не только принципиальные противники России, требующие ее изоляции, но и люди с противоположного края спектра – некоторая небольшая, но активная часть православных, которые видят себя ревнителями чистоты веры и полагают, что от встречи папы и патриарха эта чистота как-то пострадает. Однако опасаться, что от разговора с римским понтификом патриарх тут же впадет в унию или еще как-то повредится в вере, было бы нелепо.
За десятилетия православно-католического диалога ничего подобного не произошло – да и не может произойти.
Две крупнейшие христианские общины мира разделяют ответственность за его судьбы и должны подавать пример того, как можно разговаривать, несмотря на принципиальные разногласия.
В этом мире, особенно сейчас, очень мало мудрости и ответственности, и любые ее крупицы стоит ценить. Поэтому дипломатическими возможностями, которые открывает взаимодействие с Ватиканом, не стоит пренебрегать.