Стремительное возникновение политического смерча 23–24 июня этого года и столь же стремительное его угасание привели не столько к ускорению хода событий в стране, сколько к нарастанию информационных ожиданий, как будто бы темп развития июньского эпизода каким-то образом программировал развертывание событий в будущем.
Если прежде прогноз прилета «черных лебедей» был в массовом сознании откалиброван по годовому циклу (отсюда ежегодное волнующее ожидание августа, хотя в этом месяце давно уже не происходило ничего судьбоносного), то теперь интернет-источники, и прежде всего Telegram-каналы, настраивают свою аудиторию на ожидание сенсационных новостей чуть ли не в еженедельном режиме (то ли по понедельникам, то ли с пятницы на субботу). Казалось бы, постоянная аудитория политических Telegram-каналов невелика и насчитывает, вероятно, от пяти до десяти миллионов человек. Однако это, во-первых, те люди, которых действительно волнует жизнь страны – так называемое активное меньшинство.
Во-вторых, почерпнутая в Сети информация подвержена определенной диффузии как через личные сообщения между пользователями, так и с помощью традиционных методов распространения слухов. Сидит, скажем, в салоне красоты «просвещенная» мастерица маникюра и вдувает клиенткам в уши какой-нибудь бред. В итоге влияние этих источников информации, никем не проверяемых и зачастую анонимных, становится сопоставимо с влиянием федеральных телеканалов.
На рынке информации в Telegram вам наперебой предлагают «инсайды». У этих «инсайдов» могут быть самые разные источники. Это могут быть хитромудрые домыслы самого автора. Это могут быть творчески переосмысленные сообщения информационных агентств. Это могут быть злонамеренные провокации, в том числе иностранных спецслужб. Наконец, автор канала вполне может разогревать свою публику ради увеличения числа подписчиков.
Вот, например, сидит перед экраном компьютера известный политолог (может быть, даже поставив рядом с собой банку пива) и в режиме реального времени ведет в своем канале прямой репортаж о якобы неминуемом подрыве Запорожской АЭС. Всю ночь напролет держит своих читателей в напряжении зловещими и многообещающими репликами. Наконец, наступает утро, сетевой гуру констатирует, что на сегодня все обошлось, и с чувством выполненного долга идет баиньки. При этом, будучи как бы российским патриотом, не стесняется использовать чисто украинский нарратив вокруг ЗАЭС для роста своей популярности. Цинично? Но так устроен мир интернета.
Еще пример. Военкор с тревогой в голосе сообщает, что наши войска оставили условную Клещеевку. Для подписчика, до сих пор вряд ли представлявшего себе, где находится Клещеевка, она тут же становится центром мира: как же мы теперь без Клещеевки? Чуть позже приходят вести из других источников: все с Клещеевкой в порядке, наши держатся. Торопливому военкору выносят общественное порицание, а через несколько дней в других Telegram-каналах появляются сообщения: мол, спецслужбы проводят проверку некоторых военкоров на сотрудничество с ЦИПСО и британской разведкой – и все понимают, о ком идет речь. Разумеется, сами спецслужбы об этом молчат, а упоминание британской разведки вообще, кажется, вставлено каким-то поклонником Дмитрия Галковского. Вот и гадай, кто эту информацию вбросил? ЦИПСО? Британская разведка? Замкнутый круг.
Все это варево подается вместе с перекрестными ссылками, эмоциональными откликами и многозначительными рассуждениями в развитие темы, что создает своеобразный мир информационного зазеркалья, где одна нелепица, достаточно растиражированная и оттого принимаемая за аксиому, служит основанием, на котором громоздятся нелепицы второго и третьего порядка.
Анонимность распространителей информации до сих пор остается проблемой именно этой социальной сети. Если вы ежедневно выдаете одну тайну мадридского двора за другой, то будьте добры назвать себя. У каждого «инсайда» должны быть фамилия, имя и отчество. Иначе возникает пространство для безнаказанных информационных провокаций, влияющих на умы миллионов людей.
У нас ведь не бывает анонимных газет, в каждой газете указаны главный редактор и иные сотрудники. У нас не выходят анонимные телепередачи или документальные фильмы. Поэтому каждый Telegram-канал должен иметь четко указанные «выходные данные».
Можно подумать и о других мерах. Например, у нас есть иноагенты, список которых составляет министерство юстиции. Есть Роскомнадзор, который занимается поиском экстремистских материалов. Но нужно же что-то делать и с обычным враньем. Скажем, если канал три раза попался на публикации сведений, которые не подтвердились, можно было бы вносить его в реестр «распространителей недостоверных слухов» (РНС). И об этом статусе канал был бы обязан информировать читателей с помощью специального значка рядом со своим названием либо с помощью надписи. Осталось только поручить эту работу какому-нибудь органу, да хоть тому же Роскомнадзору.
Состояние людей, следящих за политикой в интернете, часто называют эмоциональными качелями: от воодушевления к отчаянию, от беспечности к страху. К счастью, у нас сейчас есть пример относительной стабильности. Это фронт, который держится мужеством и стойкостью наших солдат. Вот на них-то и надо ориентироваться. Пока они стоят, пока мы с ними вместе, все будет хорошо.