Российский феминизм. Казалось бы, совсем недавно он был в большой моде, феминисткам давали литературные премии даже при довольно посредственном качестве продукта, феминистские акции вызывали бурную общественную дискуссию, кого-то из феминисток пытались преследовать по закону, ими занималась правозащита, по этому поводу общественность писала открытые письма. А теперь всё это куда-то делось, и никто даже не ищет пропажу. Чем это можно объяснить?
Отчасти тем, что расстались с нашим обществом основные действующие лица феминистского движения или, как они сами бы сказали, его «акторки». Где-то в Тбилиси прозябает в статусе иноагента смелая активистка Дарья Серенко. Из-за рубежа она пытается координировать полумифическое «Феминистское антивоенное сопротивление*», в арсенале которого такие методы «борьбы», как написание антивоенных лозунгов на банкнотах (хулиганство, малоэффективное в эпоху платежных карт) и появление на улице в черном с белой розой в руках (пафосный идиотизм). Но важно даже не то, что все эти потуги нелепы, а то, что к защите прав женщин всё это не имеет ровно никакого отношения.
Где теперь Галина Рымбу, авторка нашумевшего стихотворения «Моя вагина»? Еще до начала СВО она объявила себя то ли украинкой, то ли цыганкой, и выразила намерение эмигрировать во Львов. Видимо, нынче она затерялась на просторах то ли Украины, то ли Польши. Куда подевалась «художница» Юлия Цветкова**, которая рисовала исключительно то, о чем Рымбу писала? Ее уголовное дело было одним из важных источников новостных поводов на феминистском фронте. Но летом прошлого года суд ее оправдал, с тех пор ее не видно и не слышно.
Еще одна, более глубокая, причина состоит в том, что феминизм в нашей стране не нужен в первую очередь самим женщинам. Показателен недавний опрос об употреблении феминитивов, проведенный по заказу РИА «Новости». По данным опроса, употребление таких слов, как «авторка», «режиссерка», «психологиня», раздражает женщин еще больше, чем мужчин: 67% опрошенных женщин отнеслись к таким словам отрицательно, а 74% никогда не употребляют их в речи. В то же время такой же опрос, проведенный осенью 2021 года, показал гораздо более лояльное отношение женщин к этим лингвистическим нововведениям, которые настойчиво пропагандировало феминистское движение. Видимо, эта игрушка разонравилась значительной части ее целевой аудитории.
Среди успешных российских женщин, с которыми мне доводилось общаться в жизни или в Сети, феминисток не было. Успешная женщина не будет настаивать, чтобы ее называли «менеджеркой», «редакторкой» или «предпринимателькой». Она не будет против, если мужчина подаст ей руку или откроет перед ней дверь, ее это не унижает. Она не станет самоутверждаться за счет отказа от бритья подмышек, она знает для этого способы получше. Она ценит в себе свою женственность. Она ценит в мужчинах мужественность и хочет им нравиться. Такие примеры показывают, что «либо феминизм, либо патриархальный домострой» – это ложная альтернатива, необязательно выбирать один из этих вариантов.
А кому же нужен был феминизм в нашей стране? Прежде всего самим активисткам этого движения. Оборотистым девушкам и дамам, пытавшимся заработать на хлеб с маслом, паразитируя на своих несчастных сестрах, которым не удавалось выстроить отношения с мужчинами и с миром в целом.
Эта работа строилась по принципу секты: женщинам внушали, что этот мир к ним несправедлив, поскольку живет по мужским законам, что мужчины – их враги. При этом значительную часть хлеба с маслом активистки рассчитывали получать (и получали) из западных источников, от тех центров и фондов, которые желали воспользоваться этим каналом для влияния на российское общество.
На Западе им давали гранты, премировали их социальные (а зачастую и антисоциальные) проекты, идейно заряженные пописушки и каляки-маляки. Но с началом СВО этот поток средств был перекрыт, так что и напрягаться на феминистской ниве больше незачем. Однако есть еще более значимый фактор, который предопределил закат российского феминизма. За прошедший год в стране зародилось и развивается совершенно новое женское движение, на фоне которого борьба с мужчинами, слишком широко раздвигающими ноги в общественном транспорте или забывающими опускать сиденье в туалете, показалась бы диким и мелочным вздором.
Сегодня женщины объединяются не против мужчин, а для их поддержки. Сегодня мать солдата, жена солдата, сестра солдата – главные женщины в стране. Помощь фронту стала полем деятельности для всех активных женщин. Образуются новые женские организации, такие как Комитет семей воинов Отечества. Женщины закупают и доставляют на фронт беспилотники, приборы ночного видения, другие нужные вещи (Анна Долгарева), снимают документальное кино о наших воинах (Олеся Шигина), защищают права мобилизованных (Анастасия Кашевaрова). Я знаю эти фамилии, кто-то назовет другие, но нужно понимать, что СВО пробудила инициативу тысяч женщин во всех регионах России, и работа каждой из них, от руководителей благотворительных фондов до тех, кто сообща вяжет для солдат теплые вещи, крайне важна. Пока мужчины сражаются, женщины в тылу формируют мощные горизонтальные связи, которых прежде не было и не могло быть. Это связи между регионами, между людьми разных профессий, разных социальных групп.
Феминизм был у нас деструктивным движением. Он прикрывался идеалами прогресса: давайте, мол, вести себя так, как это нынче принято в цивилизованных странах, не будем отставать от человечества. На деле феминизм разжигал вражду между полами и способствовал деградации социальной ткани. При этом он никак не решал вопросы защиты прав женщин, загоняя своих приверженок в тупик асоциальности.
В отличие от феминизма, новое женское движение сугубо конструктивно. Оно делает наше общество сильнее на макроуровне, формируя общественный запрос на победу и на перемены, побуждая наши органы власти, начиная с Министерства обороны, работать более четко и проявлять больше человечности. В то же время на микроуровне активные женщины наших дней воплощают новый идеал семьи, объединенной общим делом и общим пониманием патриотизма. После того, как наша страна преодолеет нынешние испытания, положение женщины в обществе сильно изменится, а почва для надуманного феминизма исчезнет окончательно.
* СМИ, включенное в реестр иностранных средств массовой информации, выполняющих функции иностранного агента
** Признан(а) в РФ иностранным агентом