Как заявил представитель президента Украины в парламенте Федор Вениславский, законопроект, позволяющий запретить Украинскую православную церковь, будет принят в первом чтении до конца зимы. Давление на Церковь становится все более грубым, и при всей декларативной неприязни к большевикам украинские власти явно следуют по их стопам.
Однако они едва ли достигнут своих целей – и главной причиной этого будет неспособность понять, что такое вера.
Мы можем вспомнить предыдущую попытку «решения церковного вопроса» при Порошенко, который, договорившись с константинопольским патриархом Варфоломеем, создал нынешнюю ПЦУ – рассчитывая на то, что епископы УПЦ придут на «объединительный собор», на нем возникнет «Единая поместная церковь».
Расчет был вполне понятен. УПЦ в глазах многих ассоциируется если не с Москвой, то, по крайней мере, с общим для России и Украины историческим, духовным и культурным пространством. В сложившейся политической обстановке такая ассоциация – это явная уязвимость, и если епископам предложить гораздо более выгодный статус в «единой поместной», они с благодарностью воспользуются такой возможностью.
Большинство перейдет в новую структуру, меньшинство можно будет без проблем маргинализировать, Порошенко окажется в роли человека, давшего нации единую национальную Церковь, и выиграет выборы.
Расчет не оправдался – на «собор» пришли только двое епископов УПЦ (из 90).
Нынешний расчет Зеленского тоже понятен. В условиях открытых боевых действий немного давления – и УПЦ развалится, ее клирики и миряне толпой рванут в государственно-одобренную ПЦУ.
Этот расчет тоже едва ли оправдается. Почему? Потому что политики не понимают мотивации верующих.
Политики исходят из картины мира, в которой есть ресурсы, нефть и газ, танки и пехота, несомненные враги и ненадежные союзники – все это следует принимать в расчет. Существует религия и религиозные организации, обладающие определенным влиянием, которое может быть использовано как элемент политической борьбы. Но Бога в этой картине мира нет – и не может быть.
Марксистский взгляд на религию исключительно как на средство манипуляции массами утвердился в постсоветских элитах как само собой разумеющийся. Но, в отличие от марксистов, которые хотели избавиться от религии, в наши дни на нее смотрят более прагматично – хорошее же средство, зачем избавляться, пригодится. Надо только проследить за тем, чтобы этим средством пользовались мы сами, а не наши враги.
Этот взгляд на вещи постоянно упускает из вида, что бывают люди, которые действительно верят в Бога и исходят из совершенно другой картины реальности. Где самое важное – Бог и отношения с Ним.
Люди ходят в церковь, тратят на нее время и силы, поддерживают ее из своих скромных доходов, потому что принимают картину мира, в которой высшей ценностью является Бог и вечное спасение. Бог не может быть подчинен национальным, политическими или вообще каким бы то ни было человеческим соображениям. Он Творец неба и Земли, Господь и Судия мироздания. Пытаться использовать Его в качестве инструмента бессмысленно и нечестиво.
Но для политиков Бога нет, а Церковь – это именно средство решения каких-то чисто земных задач. Инструмент, при помощи которого не лохи, или, более изящно выражаясь, элитарии, манипулируют лохами в своих интересах.
Те, кто всерьез верят в Бога, не только не могут принять такой взгляд на Церковь, но и находят его глубоко оскорбительным. Когда люди, сами презрительно безразличные к Богу и вечному спасению, к Церкви и ее внутреннему устройству, указывают им, к какой общине принадлежать и как веровать, это вызывает резкий внутренний протест.
Сторонники властей, со своей стороны, не понимают, в чем дело. Почему люди не переходят в ПЦУ? Они пытаются объяснить происходящее в понятных им категориях. Ищут политические симпатии к России (сейчас они едва ли заметны) или чемоданы денег из Москвы, или еще что-то, что объяснило бы такое поведение.
Но объяснение лежит на поверхности. Клирики и миряне УПЦ действительно верят в Бога и в вечное спасение. Другое дело, что политики не способны это понять.