Ровно 250 лет назад, 16 декабря 1773 года, группа бостонских патриотов, несколько десятков человек, благоразумно изменив внешность (размалевав лица и переодевшись в костюмы, напоминающие индейские) пробралась на борт трех английских судов, находящихся в бостонском порту, и освободила их палубы от груза английского чая, побросав ящики в воду. Потом это назовут «Бостонским чаепитием». Событие станет мифом, важным для юной американской нации как один из моментов ее формирования. С этого события начнут отсчитывать историю американской революции.
Повод для акции, которая сегодня громко зовется «началом войны за независимость Америки», был, надо заметить, совершено смехотворным. Чтобы не сказать, скандальным. Говоря совсем коротко: до сего момента американцы пили контрабандный чай, ввозимый из Голландии. Теперь же английская метрополия, дабы бороться с контрабандой, снизила пошлины на свой чай, который за счет этого стал чуть дешевле контрабандного.
Таким образом, протестующие американские патриоты проникли на английские корабли, чтобы сорвать уменьшение цен? Патриоты хотели пить чай чуть более дорогой, но с пьянящим ароматом свободной контрабанды при этом? Или этот «символ борьбы с британской колониальной администрацией» был акцией голландских контрабандистов?
Близко, но не совсем. Понятно, что в этой «патриотической акции» что-то нечисто. Точнее даже сказать, нечисто всё.
Чтобы вытащить концы предприятия из воды, придется вспомнить, что за несколько лет до этого в колониях уже разгорался скандал по не менее дикому поводу. Актом о гербовом сборе 1765 года продажа печатных товаров в колониях (книг, брошюр, газет, игральных карт и проч.) облагалась штемпельным сбором в пользу английской короны. Сбор был настолько копеечным, что его трудно было разглядеть в лупу, но патриоты Америки пошли на принцип: никаких налогов без представительства. Дело дошло до массовых протестов, демонстраций, беспорядков и даже так называемой бостонской резни 1770 года. Речь идет о событии, когда толпа, подзуживаемая провокаторами, напала на английских солдат, и те были вынуждены дать залп. Трое человек при этом были убиты.
Развить удачу «патриотам», однако, не удалось. Английский контингент был тут же выведен из города во избежание дальнейших провокаций. Солдаты и офицер были арестованы, восемь из них, включая капитана Престона, обвинены и сурово наказаны.
Однако «патриотам», как уже ясно, нужен был повод. Хоть какой-нибудь. А поскольку докопаться было не до чего, приходилось высасывать из мизинца. Им и оказалось в итоге пресловутое «чаепитие».
Вопрос, как видим, не столько в «чаепитии», сколько в том, кем были эти «американские патриоты» на самом деле.
Сегодня это уже не составляет большой тайны, сегодня Америка гордится своим «масонским мифом». Да, ядро патриотов составляли братья-масоны бостонской «Ложи св. Андрея» шотландского обряда, собиравшиеся в таверне «Зеленый дракон» (впрочем, уже переименованную к тому времени в Дом масонов).
Бостон вообще был родиной американского масонства. Первые ложи, имевшие полномочия от Великой ложи Англии, появились здесь еще в 1733 году. И с этого времени плодились как грибы. В том числе и – враждебные метрополии. Именно такой, ориентированной на революционную Францию, была «Ложа св. Андрея».
Не будем утомлять читателя подробностями масонских степеней, направлений и градусов посвящения, скажем лишь, что самым высокопоставленным масоном на американском континенте (во всяком случае, из тех, которых мы знаем) и, соответственно, главным «патриотом» и отцом американской революции был Бенджамин Франклин.
Макс Вебер называл Франклина воплощением протестантской этики расчетливого буржуа. Девиз «время – деньги» и, правда, максимально раскрывает идею книги Вебера о радикальном протестантизме как этике капитализма. Тем более, что Франклин воплощал и более знаменательный переход: от пуританского протестантизма к чистому меркантильному американизму.
И вот каким был этот переход. В начале Америки, как мы ее знаем, стояла книга Кальвина «Наставления в христианской вере». В ней полностью выхолощенное христианство подменялось Ветхим Заветом, Христос представал вторым Моисеем, а между старым христианским миром и миром новым разверзалась пропасть «Доктрины предопределения».
Книга «Наставления молодому купцу» Бена Франклина была следующим шагом в том же направлении. В ней, в той же манере пуританской проповеди, преподавалась новая мораль, в которой идея Бога изящно заменялась идеей Денег (да, с прописной буквы): ближний существует для того, чтобы ты делал на нем деньги – эта великая истина становилась настоящим закладным камнем американизма.
Из тех же пуританских конгрегаций Бостона трудами Бенджамина Франклина выросли, когда пришло время, масонские ложи.
Франклин был масоном, что называется, прирожденным. Масоном по зову сердца и расположению духа. В юности, фактически отрекшись от христианства, он принимает масонские посвящения, тратит свою неукротимую энергию на основание газетной сети и пары десятков типографий, становится главой почтовой службы (почта, телеграф, пресса – да, это азбука революции).
Гениальный провокатор, все 1760-е годы он, находясь то в Англии, то в Америке, умело поддерживает градус напряженности между колониями и метрополией – и наконец доводит дело до взрыва («бомбой» становится пачка писем британского губернатора Массачусетса Томаса Хатчинсона). Наконец, он бежит из Англии и поспевает в Филадельфию к самому началу вспыхнувшей революции.
Когда летом 1775 года Конгресс формирует революционную американскую армию во главе с 43-летним Джорджем Вашингтоном (масоном с 1768 года), всем очевидно, что главную скрипку во всей истории играет 65-летний Франклин, человек не только гораздо более опытный, но и гораздо более высокого градуса посвящения. И дело, порученное ему, гораздо важнее.
В декабре 1776 года Франклин отправляется во Францию, где с помощью французского масонства обеспечивает поддержку Штатам. Помощь эта оказывается более, чем действенна: именно французский флот блокирует британские корабли, лишив таким образом британскую армию поддержки с моря.
Впрочем, и действия сухопутных армий этой странной войны мы едва ли поймем, если не будем учитывать тот очевидный факт, что офицеры обоих воюющих армий состояли в одних и тех же армейских масонских ложах.
Вот так пишется история. Несколько сложнее, нежели выброшенные «патриотами» с борта корабля пара сотен коробок с чаем. И пусть это сугубо американский миф, важный для становления слишком юной по историческим меркам нации, он полезен и нам – для понимания того, с людьми какого менталитета (да и градуса тоже) приходится иметь дело.