Соловьев стоял за творческими победами Николая Бердяева, Сергея Булгакова, Павла Флоренского, Семена Франка, Сергея и Евгения Трубецких. Его образ вдохновлял Александра Блока и Андрея Белого. Повлиял Соловьев и на мыслителей совсем недавнего времени А. Ф. Лосева и С. С. Хоружего.
Отцом будущего философа был знаменитый историк Сергей Михайлович Соловьев, автор знаменитой «Истории России с древнейших времен». На создание этого монументального исторического полотна в 29 томах историк потратил почти тридцать лет. Отец Соловьева хотел, чтобы сын пошел по его стопам и поступил на историко-филологический факультет МГУ. Соловьев исполнил волю отца, однако сразу же, в первый год (1869), перевелся на физико-математический факультет. Математику ему преподавал Н. В. Бугаев, отец будущего писателя Андрея Белого. В 16 лет по взглядам Соловьев был типичный атеист и нигилист, практически такой, каким нам рисует Иван Тургенев своего героя Базарова. Впрочем, ни математики, ни физики Соловьев не любил, а неудачи на экзаменах отбили у него последнюю охоту к обучению – он возвращается на историко-филологический факультет, который оканчивает экстерном в 1873 году. Так в двадцать лет он становится кандидатом наук. С этих пор и до конца жизни главное его занятие – это философия (в конце концов, по линии матери Соловьев доводился родственником «странствующему философу» Григорию Сковороде).
Около двух лет Соловьев проводит за глубоким изучением трудов Канта, Гегеля, Шеллинга, Фейербаха, Гартмана, Спинозы и Шопенгауэра (двух последних философ ценил особо). Проживая в Сергиевом Посаде, он в течение года как вольный слушатель посещает лекции в Московской духовной академии. За это время он пишет магистерскую диссертацию, которой дает название «Кризис западной философии (против позитивистов)». Защита проходит в Санкт-Петербургском университете 24 ноября 1874 года. Из одного названия ясно, что в диссертации Соловьев критикует позитивизм, отстаивая права традиционной метафизики, идущей от Платона. Для справки: позитивизм – идущее от О. Конта философское учение, отрицающее по сути философию и заявляющее о том, что истинное знание – продукт естественных наук. Критиковать в 1874 году позитивизм было делом рискованным. Почти как сегодня феминизм где-нибудь в Йельском университете. Напомню: роман «Отцы и дети» с позитивистом Базаровым в главной роли вышел в 1862 году. Почти всю вторую половину XIX века позитивизм как философская парадигма «правил бал», возродившись затем, в XX веке (уже после смерти Соловьева), в учении неопозитивизма. Потому на защите Соловьева было «жарко» – позитивисты выступили с резкой критикой диссертации. Парировав все упреки, Соловьев получил степень магистра философии. Зал взорвался овациями. Историк К. Н. Бестужев-Рюмин, присутствовавший на защите, писал: «Россию можно поздравить с гениальным человеком…». Спор с позитивистами продолжался еще какое-то время на страницах газет. Так защита принесла молодому философу известность.
По натуре Соловьев был мистик и путешественник (это и привлекало в нем позднее поэтов-символистов). В 1875 году он едет в Лондон, где в Британском музее изучает Каббалу. В Лондоне он ходит на спиритические сеансы, которыми увлекся еще в Москве. Соловьев открывает у себя способности медиума – все его рукописи испещрены автографическими знаками. Учение о Софии, которое всю жизнь развивал Соловьев, было рождено мистическими озарениями – встречами с Софией, Божественной премудростью. Впервые Соловьев увидал Софию в девять лет. В Лондоне София вновь является философу и повелевает… отбыть в Египет. Через Париж, через Италию Соловьев добирается до Каира, его цель – это Фиваида, место зарождения древних египетских и христианских культов. Рыская среди ночи в поисках древних артефактов, Соловьев привел в изумление местных бедуинов, которые приняли одиноко бредущую среди песков фигуру в цилиндре за… сатану. Только чудом философ избежал смерти. И это был не первый случай ошибочной идентификации – многие в Духовной академии, когда Соловьев ходил туда на лекции, принимали его за сумасшедшего. Что сказать, вид истинного философа часто смущает простых людей. В этой связи я вспоминаю фразу А. Г. Дугина, сказанную о его друге, мистике Е. В. Головине: «Когда его видели контролерши [в метро], они сразу начинали свистеть… Просто от него исходили лучи такой концентрации бытия…». В Египте София снова посещает Соловьева – как пишет он в стихотворении: «вся в лазури сегодня явилась…». Паломничество Соловьева к пирамидам стало отправной точкой для всей отечественной интеллигенции. В Египет затем ездили Иван Бунин, Николай Гумилев и Андрей Белый. Когда недавно среди друзей я вспомнил про этот факт, мой знакомый искусствовед сказал такую фразу: «Мне кажется, как Соловьев туда съездил, так и проторил им всем дорогу!».
В 1877 году мыслитель переезжает из Москвы в столицу, чтобы преподавать в Санкт-Петербургском университете. Спустя год Соловьев знакомится с Толстым и Достоевским. Встречи происходят на волне успеха, который сопутствует публичным лекциям философа (название в печати: «Лекции о богочеловечестве»). В Достоевском Соловьев нашел родственную душу, вместе они ездили в Оптину пустынь. Философ создаст «Три речи в память Достоевского», а в конце жизни напишет работу, в которой повторит формулу писателя «Красота спасет мир». Любители живописи могут отыскать профиль Соловьева (а равно Толстого и Достоевского) в левом верхнем углу картины Нестерова «На Руси» («Душа народа»).
В 1880 году Соловьев защищает докторскую диссертацию «Критика отвлеченных начал», не вызвавшую такого шума, как первая, магистерская. В ней философ раскрывает свою сокровенную тему всеединства. «Задача философии, – пишет он, – заключается в том, чтобы установить общую связь всего существующего». 13 марта 1881 года происходит убийство Александра II, а 28 марта Соловьев выступает с публичной лекцией, в ходе которой призывает во имя христианского милосердия помиловать цареубийц. Предание доносит до нас, что Соловьеву будто бы кричали из зала «Ты наш вождь!» и «Тебя самого нужно казнить!». На другой день философ был вызван к градоначальнику для объяснений, и ему на какое-то время было запрещено выступать публично. Больше к преподаванию Соловьев не возвращался. Его влекла уже иная стезя – проповедника и пророка.
Главной идеей, которую развивал Соловьев в философии, была идея соборного всеединства. Мыслитель верил в идею единого (берущую свой исток еще у Парменида). Все, что ни существует на земле и в космосе, существует под знаком общей гармонии. Отсюда стремление Соловьева к экуменизму, отсюда его мысль о человечестве как едином организме, в котором каждый народ имеет значение. Сегодня, в 2023 году, русский народ переживает нелегкие времена, и ему вновь необходимо доказывать свою субстанциональную правду перед всем миром. Так почему бы не обернуться и не вспомнить, что писал в 1888 в книге «Русская идея» наш первый философ Владимир Соловьев? Он писал: «Русский народ – народ христианский… Русская идея не может заключаться в отречении от нашего крещения». В русском народе Соловьев видел особенную силу, проявление которой выведет человечество из тупика. В работе «Три силы» он говорит, что и мусульманский Восток (мир безличного бога), и Западная цивилизация (мир безбожного человека) привели человечество к концу истории – к духовной смерти и разложению. «И только Славянство, в особенности Россия, – говорит Соловьев, – может стать третьей всецелой силой».
В 1893 году Соловьеву исполняется 40, он вновь в дороге – посещает Швецию, Шотландию и Францию. Вернувшись через год в Россию, он начинает писать свою самую знаменитую книгу «Оправдание добра», в которой найдет выражение его моральная философия. Работа писалась три года и была опубликована в 1897 году. В конце жизни философ пишет книгу «Три разговора», которую венчает получившая широкую известность «Краткая повесть об Антихристе». В ней Соловьев выступает как пророк-футуролог, предвещающий гибель Европы в горниле панмонголизма. Одноименное стихотворение было написано философом еще в 1894 году. Начинается оно словами: «Панмонголизм! Хоть имя дико…». Эти строки Соловьева Блок сделал эпиграфом к своему знаменитому стихотворению «Скифы», в котором поэт обращается к Европе: «…опомнись, старый мир!», «Пока ты не погиб…», «Пока не поздно – старый меч в ножны…».
В 1885 году Иван Крамской написал самый знаменитый портрет Соловьева. В 2014 году, день в день – 140 лет спустя после защиты первой диссертации Соловьева в Санкт-Петербургском университете, я ездил туда на философскую конференцию. Из праздного интереса я зашел тогда в Михайловский замок (не путать с Михайловским дворцом) и с изумлением натолкнулся на этот портрет. Соловьев изображен на нем грустный. Фигура философа вписана в массивное кресло, волосы являются по сути продолжением фигурной резьбы по краям этого трона (там какие-то журавли да лебеди). Худая кисть философа, вырастающая из белого манжета с запонкой, касается виска, а свисающий мизинец завершает этот многозначительный жест. На коленях Соловьева лежит перевернутым увесистый том с закладками (можно подумать, что это «Мир как воля…» Шопенгауэра). Левый глаз Соловьева сощурен, а левая скула подернута. От портрета веет отчаянным романтизмом, и взгляд мыслителя на нем доносит до зрителя простую, но тягостную мысль: «Познание преумножает скорбь, но все равно это стоит того!». Таково мое восприятие этого портрета.
Когда философ умер, Блок разразился статьей, в которой с изумлением вспоминал, как единый раз в жизни видел Соловьева на каких-то похоронах зимою: «Передо мною шел большого роста худой человек в старенькой шубе, с непокрытой головой… на буром воротнике шубы лежали длинные серостальные пряди волос». Блок называет Соловьева «рыцарем-монахом», который «сгорел душою». «Это был «честный воин Христов», – пишет Блок. Тут поэт многое угадал: Соловьев никогда не был женат (все попытки потерпели неудачу), он истово постился, вел аскетическую жизнь, не имел своего угла и скверно питался. Неудивительно, что С. С. Аверинцев в статье о браке объединяет в одном образе и Соловьева, и Блока. Он пишет: «Но Соловьев или Блок – это уровень, как-никак трагический».
Соловьев умер рано, в 47 лет. Смерть настигла его в имении Узкое (сегодня это часть Москвы). В присутствии матери и сестры, лежа на кожаном диване, 13 августа 1900 года в 21:30 он скончался. Многое из задуманного он так и не осуществил. Не написал, например, книгу об эстетике, о которой мечтал. Но он создал главное – русскую философскую систему, с оглядкой на которую философствовали все, кто пришел позднее. После его смерти было создано Общество памяти Владимира Соловьева. Мыслитель искренне верил в то, что история должна закончиться явлением богочеловечества, что искусство и красота должны нас переродить. Наследие Соловьева осмыслено не до конца. Про это писал 100 лет назад Н. А. Бердяев, об этом писал 20 лет назад С. С. Хоружий. Наверное, способный для этого гений пока не родился в России.