На рубеже 1944-1945 годов советские войска активно наступали на запад. Но даже угроза захвата столицы Третьего рейха не считалась в ставке Гитлера самой страшной. Куда сильнее немцев беспокоила перспектива потерять остатки доступной нефти. В конце декабря 1944-го Красная армия начала бои за Будапешт, а в феврале 1945-го город уже был под контролем советских частей.
Незадолго до этих событий Венгрия поставляла в Рейх около 80 процентов нефти. Лишиться ее означало гарантированно проиграть войну несколько месяцев спустя. Сражения Второй мировой были маневренными, и топливо было нужно как для наступления, так и для обороны – ведь тот, кто не будет реагировать на прорывы противника и наносить контрудары, неминуемо будет рассечен на части, окружен и побежден.
Зимой–весной 1945 года Третий рейх был на предпоследнем издыхании, но у немцев еще имелись козыри в рукаве. Это были сотни новейших танков. И для этой танковой массы все еще имелось горючее. У Германии оставались силы на один сильный удар, и требовалось решить, куда именно его наносить.
В Рейхе решили, что разумнее потратить этот козырь на попытку вернуть венгерскую нефть, а не на контрудар на берлинском направлении, и принялись стягивать маневренные соединения к озеру Балатон – близ него должно было начаться последнее, как выяснилось, крупное наступление Германии во Второй мировой войне.
Лопаты, жизнь спасающие
Немцы сосредоточили у Балатона очень серьезную танковую силу – более 800 единиц бронетехники. Причем львиную долю этой стальной армады составляли «Тигры», «Пантеры», «Королевские тигры» и машины на их базе. Весь этот «зверинец» отличался не только трудоемкостью производства, прожорливостью и неповоротливостью, но и серьезной боевой ценностью. «Тигры» и «Пантеры» имели толстую броню, точные и мощные орудия.
Немцы буквально мели по сусекам Третьего рейха все, что имело внушительный вес в бою. Не только танки, но и артиллерию и последние боеприпасы к ней. Собрали в кулак и практически все оставшиеся самолеты – уже отвыкшим от постоянного присутствия в воздухе собственной авиации германским солдатам предстояло вновь вспомнить старые времена. Немецкий план прорыва советской обороны не отличался какими-то хитрыми задумками. Предполагалось, что самого факта концентрации такого количества бронетехники на второстепенном для русских направлении хватит, чтобы прорвать фронт и вернуть себе Венгрию. Но подразделения РККА хорошо подготовились к встрече врага.
Во-первых, были созданы три полосы обороны. Танков в Венгрии имелось мало, и они не были новыми, современными, поэтому оборонительные линии опирались на противотанковые подразделения – буксируемые орудия и самоходки. Артиллеристы уже были научены опытом борьбы с панцерваффе и зачастую на собственном опыте знали, как выглядит прорыв танков противника. Поэтому оборудовали позиции так, чтобы вести с них огонь во все стороны. Также в РККА отбирали самых решительных саперов, организуя команды «наглого минирования». На грузовиках они подъезжали на удобный для минирования участок на пути вражеских танков и быстро ставили там мины. Дело было опасное, но эффективное – даже если противник не совался на новое минное поле, он мешкал, искал обходные пути и терял темп наступления, давая красноармейцам время на перегруппировку.
Толстая броня вражеских танков породила и технику «заигрывающих» орудий – когда пушки выставлялись на заметную позицию и демонстративно открывали огонь по наступающим танкам. Те поворачивали к ним толстыми «мордами» и открывали менее защищенные борта другим направлениям. Эти борта поражались другими, расположенными под иными углами к атакующим, батареями, уже замаскированными и ждущими момента. Правда, игру с «заигрыванием» могли вести обе стороны. Немцы тоже любили пустить несколько танков с броней покрепче, чтобы собрать весь советский огонь на себя. Это вскрывало систему противотанковой обороны, давало немцам координаты для артиллерии и понимание, в каком месте ударить.
Момент истины
Германское наступление у венгерского озера Балатон стартовало 6 марта 1945 года. Первые атаки, несмотря на свою внушительную силу, вязли в противотанковой обороне Красной армии. Немцы были вынуждены пересматривать свои планы на ходу, переносить направления ударов, терять сожженными десятки машин. Пробивания обороны с наскока, на которое рассчитывали в Берлине, не вышло – вместо этого речь шла о медленном и дорогостоящем ее продавливании.
У немцев имелся еще один козырь в рукаве – первые массовые ночные танковые прицелы. Их наличие подталкивало противника к атакам в темное время суток. Но это удавалось большей частью нивелировать за счет «засветов» – первые «ночники» были очень чувствительны к источникам яркого света, и русские активно поджигали постройки на пути наступления противника, а также использовали осветительные боеприпасы. В итоге приборы ночного видения хоть и помогли немцам, но ультимативным нововведением, определяющим итог боев, так и не стали.
Неделю спустя после начала наступления немецкие командиры поняли, что их упорные атаки лишь обескровили их же наступающие группировки. Конечно, им удалось продвинуться вперед, причем в некоторых местах на внушительную глубину десятка в три километров. Но поставленные задачи это не решало даже близко – чтобы вернуть себе Венгрию, это расстояние следовало пройти в первые же дни наступления. Зато на полях сражений близ озера Балатон горело почти три сотни отборных танков. Эта цена была уже неподъемной для Германии образца марта 1945-го. При этом еще сотни танков получили повреждения и находились в ремонте. От собранной группировки осталось всего ничего, наступать она уже больше никуда не могла. Последнее наступление Гитлера закончилось, едва начавшись – все попытки разбились о советскую оборону.
Сегодня в Донбассе разворачивается крупное маневренное сражение. В нем практически неизбежны вражеские контратаки. Если даже немцы в 1945-м смогли собрать на нужном для себя направлении много серьезной бронетехники и начать большое наступление, то украинцы тоже смогут. Только там, где немцы искали нефть, Киев может попробовать «найти» локальное, но громкое поражение для русских. Которое не сможет кардинально повлиять на обстановку на фронте, но позволит поднять истерику в медиапространстве и получить политические дивиденды – например, новые переговоры для затягивания боевых действий.
Поэтому к таким попыткам надо быть готовыми. Благо, если подойти к ним столь же серьезно, как и наши предки, учесть возможные прорывы и подготовиться, то все это можно будет отбить – как это сделала Красная армия в Венгрии в 1945 году.