В Польше в последние месяцы все чаще говорят о размещении на территории страны американского ядерного оружия в рамках программы Nuclear Sharing. Обоснованием для подобного шага служит «агрессивная политика России» и «готовность Москвы использовать ядерное оружие на Украине». Однако лидер правящей партии «Право и Справедливость» (ПиС) Ярослав Качиньский, которого часто называют «начальником Польши», впервые изъявил желание стать частью «американской системы ядерной обороны» еще в феврале 2017 года.
Тогда практически подряд он дал два интервью: немецкой газете Frankfurter Allgemeine Zeitung и польской Gazeta Polska. И в обоих Качиньский коснулся темы атомного оружия. В частности, предложил создать «евросоюзную» атомную бомбу, которая «смогла бы сдерживать Россию», и высказал идею о включении Польши «в американскую систему атомной обороны». Причем речь явно шла о размещении американского ядерного оружия на территории Польши, поскольку к тому времени в этой стране уже был развернут сегмент системы противоракетной обороны США.
Больше пяти лет Качиньский к этой теме не возвращался, пока в марте 2022-го в интервью провластной Gazeta Polska не заявил: «Как гражданин могу сказать, что хотел бы, чтобы у Польши было ядерное оружие. Как ответственный политик, я должен оценить эту идею как нереальную». Но, несмотря на это, политик продолжил ломиться в (пока) закрытую американцами дверь. 4 октября в интервью Польскому радио Ярослав Качиньский заявил, что поднимал вопрос о размещении в Польше ядерного оружия во время переговоров с американцами. Он рассказал, что даже когда его партия была в оппозиции, то обсуждала этот вопрос с сенаторами США, и добавил, что «поднимал этот вопрос недавно, тогда ответ был опосредованный, и он не был положительным».
Судя по всему, Качиньский решил использовать в качестве «тарана» своего бывшего помощника Анджея Дуду, ныне занимающего пост президента Польши. 5 октября Дуда в интервью Gazeta Polska заявил, что размещение в Польше американского ядерного оружия является «открытой темой». Углубляясь в тему, польский президент сказал: «Повторяю, однако, что это не будет ядерное оружие под контролем Польши. Участие в Nuclear Sharing не подразумевает наличия собственного ядерного оружия».
При этом на комментарий журналиста Томаша Сакевича о том, что большинство стран, имеющих собственное ядерное оружие, начинали с этой программы, Анджей Дуда ответил: «Я считаю, что это следует рассматривать с точки зрения отдаленного будущего, но я твердо верю, что Польша укрепит свою безопасность. Это должно быть нашей долгосрочной целью, которая строит величие Польши для будущего».
Правда, с «величием Польши» пока придется повременить, потому что уже на следующий день заместитель главы пресс-службы Госдепартамента США Ведант Патель раздраженно заявил: «Мы не в курсе, чтобы эта тема поднималась в ходе переговоров. Но я могу сказать, что США не планируют размещать ядерное оружие на территории стран-членов НАТО, присоединившихся после 1997 года». Польша стала членом Североатлантического альянса в 1999 году, но американский чиновник явно имел в виду подписанный в 1997-м «Основополагающий акт Россия – НАТО». Этот документ, в частности, предусматривает, что НАТО не разместит ядерное оружие на территории новых членов и не будет строить там места его хранения.
Стоит отметить, что если ранее в рамках программы Nuclear Sharing в странах НАТО массово размещались американские ракетные и даже артиллерийские ядерные заряды, то сейчас речь идет лишь о 100 тактических атомных бомбах В61, которые в равных долях распределены между Бельгией, Германией, Италией, Нидерландами и Турцией. В мирное время они находятся под охраной военнослужащих США, а в случае войны эти бомбы должны быть установлены на специально оборудованные военные самолеты упомянутых стран (в основном речь об F-16 американского производства).
Примечательно, что отрицательная реакция собственника ядерного оружия на настойчивые просьбы со стороны Польши никак не влияет на желание самих поляков вожделенную атомную бомбу заполучить. И в этом случае польские политики имеют полную поддержку общества: более половины граждан Польши хотят, чтобы на территории их страны разместили американское ядерное оружие. Об этом свидетельствуют обнародованные 12 октября результаты соцопроса, проведенного лабораторией IBRiS.
54,1% опрошенных считают, что Польша должна участвовать в программе Nuclear Sharing. Против этого высказались лишь 29,5% респондентов, а остальные заявили, что не имеют определенного мнения по данному вопросу. Активнее других за размещение в Польше ядерного оружия выступают сторонники правящей партии «Право и Справедливость» (68%), жители крупных городов (64%) и люди моложе 29 лет (93%).
Стоит отметить, что восприятие ядерного оружия как фетиша имеет в Польше давнюю историю. Еще в конце 1940-х пропагандисты так называемых Национальных вооруженных сил (польская вооруженная группировка, часть которой в 1945-м вошла в состав войск СС) придумали песенку, в которой были слова «Jedna bomba atomowa i wrocimy znow do Lwowa. Druga mala, ale silna i wrocimy tez do Wilna» («Одна атомная бомба – и мы снова вернемся во Львов. Вторая маленькая, но сильная, и мы вернемся также в Вильно»). Она была особо популярной в 1950-е, когда поляки еще надеялись вернуть Восточные Кресы, то есть часть Литвы, Западную Белоруссию и Западную Украину, но помнят ее в Польше до сих пор – к примеру, в 2012-м депутаты от «Права и Справедливости» пели ее в Сейме Польши.
Поэтому заявления Ярослава Качиньского, Анджея Дуды, а также поддержавшего их депутата от формально оппозиционной правой партии «Конфедерация» Кшиштофа Босака легли на благодатную почву. Поляки не хотят понимать, что размещение на территории их страны чужого ядерного оружия приведет не к «величию», а к окончательной ликвидации и так весьма условного польского суверенитета – а то и самой Польши.
Как грустно подметил польский политический аналитик Конрад Рэнкас, «если бы ядерные мечты наших политиков сбылись, то Польша стала бы лишь дополнением к чужой «красной кнопке», и в конечном итоге – крупнейшим в мире месторождением стекла из мазовецкого песка, подвергшегося термоядерной реакции».
Особую тревогу вызывает тот факт, что за размещение американского ядерного оружия в Польше выступает более 90% молодых поляков. Понятно, что для инфантильного поколения, выросшего на компьютерных играх, даже ядерная война представляется лишь картинкой на экране монитора. Остается надеяться, что этих людей вернут в реальность кадры из Львова, где после недавних точечных ударов по военной и энергетической инфраструктуре всего на несколько часов пропали интернет и мобильная связь.
Вследствие этого тысячи юношей и девушек как сомнамбулы бродили по Львову, отыскивая в нем точки, где есть хоть слабенький сигнал сотовой сети. Понятно, что это лишь лайт-версия того, что может произойти в польских городах, если власти этой страны превратят ее в мишень для российского ядерного оружия, которой Польша сейчас не является, несмотря на свою роль главного хаба для поставок западных вооружений Киеву.
Один польский дипломат еще пару лет тому назад заявил, перефразируя героя актера Богуслава Линды в культовом польском фильме «Псы», что «Польша будет противостоять России до самого конца – ее или своего». Понятно, что он при этом надеялся на конец России, как и те его соотечественники, для которых мечта об американском ядерном оружии превратилась в своеобразный наркотик. Вот только «ломка» после него может быть куда болезненнее, чем после ЛСД, в свое время очень популярного в США.