Последние пять лет отношения Турции и сильнейших арабских стран напоминали противоборство времен «Великого арабского восстания», когда при поддержке Британии и Лоуренса Аравийского ближневосточные вилайеты Османской империи один за другим откалывались от единого халифата.
Сейчас, конечно, все государства независимые, но турецкий президент Эрдоган уже давно борется за умы мусульманского населения Ближнего Востока. Не случайно конференцию Организации исламского сотрудничества после признания Дональдом Трампом Иерусалима израильской столицей провели именно в Стамбуле. Однако огромные усилия Эрдогана по защите интересов братьев-мусульман от Палестины до Синьцзяна не всегда находили понимание у соседей. Все это вылилось в создание к 2020 году мощной антитурецкой коалиции. В нее вошли все ведущие арабские государства – сильный в военном смысле Египет, духовный центр ислама и ведущая нефтяная держава Саудовская Аравия, финансовый центр Ближнего Востока ОАЭ. Эту коалицию поддержали и европейские противники Анкары в лице Греции, Кипра и Франции.
Арабских королей и президентов Турция разгневала тем, что поддерживала исламистов из движения «Братья-мусульмане*» (запрещены в РФ) в Ливии, Египте, Тунисе и Сирии. Идеологически они представляют угрозу правящим режимам в Каире, Абу-Даби и Эр-Рияде, а также интересам этих режимов в обозначенных странах. В Ливии, где Эрдоган вооружал и помогал армией Правительству национального согласия, а саудовско-египетско-эмиратский альянс – фельдмаршалу Халифе Хафтару, конфронтация чуть не дошла до турецко-египетской войны. Зимой-весной 2020 года Каир всерьез хотел отправить войска в соседнюю страну для вытеснения турецких ЧВК.
В Сирии изначально монархии Персидского залива и Турция действовали вместе в поддержку оппозиции, однако с наступлением войск правительства Башара Асада креатуры ОАЭ и Саудовской Аравии были маргинализированы, и в итоге Турция стала единственным патроном сирийской оппозиции. Позднее ОАЭ и КСА и вовсе пошли на сближение с Асадом, и эмиратцы открыли в Дамаске свое посольство. В Сирии интересы ОАЭ и Турции столкнулись также из-за курдов из YPG, которых поддержал Абу-Даби. Взаимный антагонизм обострила также «катарская блокада», где монархии Персидского залива ополчились на союзника Анкары в лице Дохи. Что касается Греции, Кипра и Франции, то им не нравилось, что Эрдоган подписал с Ливией делимитацию границ и начал разведку газа в Средиземном море. В этом вопросе упомянутая «арабская коалиция» была солидарна со странами ЕС, и для сдерживания Турции страны начали практиковать совместные военные учения.
До горячей войны, конечно, было далеко, но градус напряженности нарастал с каждым днем. Холодный душ на «заклятых друзей» вылила пандемия и смена администрации в Белом доме. Коронавирус и экономический кризис купировал финансовое благополучие нефтяных монархий, да и самой Турции. Цены на нефть рухнули, Саудовская Аравия уже не могла больше вести затратные военные действия в Йемене, свои войска успели вывести и эмиратцы. Все это вылилось в «большое перемирие», которое пришлось на последние месяцы правления Трампа.
Осенью 2020 года ОАЭ и Бахрейн подписали мирное соглашение и признали Государство Израиль. Затем в январе 2021 года монархии Залива сняли блокаду с Катара. Уже в феврале состоялась инаугурация нового президента США Джозефа Байдена, который не питает иллюзий о дружбе с Саудовской Аравией, ОАЭ и Турцией. Ко всем этим странам он настроен «холодно». ОАЭ он отказывается продавать F-35 из-за их йеменской интервенции, саудовскую королевскую чету Байден обвинил в убийстве журналиста Джамала Хашукджи, а Эрдогана он считает «диктатором». Партнерско-союзные связи сохраняются, но рассчитывать на американскую поддержку арабы в противостоянии с Турцией более не могут. Все эти обстоятельства толкают страны региона к примирению. Еще с весны турецкий МИД активизировал контакты с Египтом и Саудовской Аравией. В начале мая в Каир полетел замглавы турецкого МИДа.
Недавно, 8 сентября, в Анкаре состоялся второй раунд консультаций Турции и Египта с целью нормализации отношений. Ожидается, что скоро Эрдоган проведет свою первую встречу с египетским коллегой Абдель Фаттахом Ас-Сиси, которого, к слову, он считает убийцей лидера «Братьев-мусульман» Мохамеда Мурси. Главная интрига в египетских СМИ сейчас – пожмет ли Эрдоган руку Ас-Сиси.
С другой стороны, активничают и эмиратцы.В середине августа в Турции побывал советник по нацбезопасности ОАЭ шейх Тахнун бен Заид Аль-Нахайян – это первый официальный визит представителя Эмиратов с попытки госпереворота 2016 года против Эрдогана. 30 августа сам Эрдоган поговорил по телефону с наследным принцем Абу-Даби Мухаммедом бен Зайидом. Их личная встреча тоже должна скоро состояться, о чем уже открыто сказал турецкий лидер. В качестве аванса власти ОАЭ запретили беглому турецкому мафиози Седату Пекеру снимать компрометирующие турецкую власть ролики.
В этой новой конфигурации вовлеченной в региональные процессы России придется заново откалибровать свою внешнюю политику на Ближнем Востоке. Например, позиции Турции в контакте с ОАЭ, Египтом и Саудовской Аравией будут укрепляться. Москва будет менее привилегированным партнером Анкары. В то же время в свете ухода США и сохранения напряженности между Эрдоганом и Байденом, а также по линии ЕС – Турция, турки все еще будут нуждаться в дружбе России, которая не только строит им атомные станции, поставляет газ, но и продает системы ПВО, дающие независимость от НАТО. «Сцепка» с Москвой сохранится, ибо в Нагорном Карабахе находятся российские миротворцы, а в Сирии все еще стоят ВКС РФ. Ослабить влияние Москвы в той же Сирии Эрдоган не сможет, даже если заручится поддержкой ОАЭ и Саудовской Аравии.
Сами монархии Залива тоже вынуждены прислушиваться к Кремлю по ряду причин. Во-первых, Россия остается одним из двух крупнейших экспортеров нефти в мире и уже доказала, что может обрушить нефтяной рынок, если саудиты попытаются оказать давление. Во-вторых, Москва вместе с Тегераном остается главной опорой Асада, и в случае восстановления отношений Саудовской Аравии и Египта с Дамаском без посредничества Смоленской площади не обойтись. И, в-последних, в свете заморозки оборонных контрактов с США страны региона могут положиться на неполитизированные поставки из России. К слову, Саудовская Аравия еще с 2017 года ведет переговоры о закупке С-400. Оружие наследным принцам (да и Египту тоже) нужно, ибо для них сохраняется «иранская угроза». Таким образом, арабо-турецкое сближение, хоть и несет в себе определенные издержки, но не приведет к ослаблению влияния России на Ближнем Востоке.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ