Российская вакцина «Спутник V» – одна из лучших, если не сказать прямо – лучшая в мире, сам процесс вакцинирования поставлен (по крайней мере в Москве, где я его проходил) очень хорошо, с минимальными потерями времени и сил, и совершенно бесплатно. Я получил обе дозы в свежеотремонтированной поликлинике на Теплом Стане, уютной, как кафе, мне не пришлось ждать ни минуты. Не было ничего похожего на побочки – конечно, тут у всех по-разному, но большинство вообще не замечает никакого дискомфорта.
Однако на данный момент вакцинировано примерно десять процентов населения – что совсем немного, и совсем недостаточно, чтобы переломить ситуацию. Почему? Почему в других странах процесс идет гораздо живее?
Ответ лежит на поверхности – Россия, с точки зрения ограничений, которые государство возложило на обывателя в связи с пандемией, одна из самых свободных стран мира. Если в других странах массовая вакцинация – это предварительное условие возвращения к нормальной жизни, то мы уже живем нормальной жизнью. Что часто поражает тех, кто приехал в Москву из стран, где все еще есть строгие ограничения. Москвичи как ни в чем не бывало толпами ходят по улицам, сидят в кафе и ресторанах и вовсю наслаждаются наступившим теплом – разве что в метро еще надевают маски. С одной стороны, это хорошо – меры, принятые для ограничения пандемии, были тяжелым бременем для экономики в целом и для множества конкретных людей, которые лишились заработка, а их семьи – пропитания. Возникал вопрос, не губят ли они больше жизней, чем спасают.
Но из-за отсутствия каких-то явных знаков беды сама угроза коронавируса воспринимается как что-то не слишком реальное. Когда – чуть больше года назад – улицы были сюрреалистически пустыми, а весь общепит стоял закрытым, было ясно, что ситуация серьезная. Сегодня, гуляя по майской Москве, можно не заметить никаких признаков пандемии. Вот в Индии, как нам показывают по телевизору, трупы сжигают прямо на улицах – а у нас все, кажется, благополучно. Кроме того, срабатывает простая усталость – нельзя годами бояться, надо же и просто жить. Но беда не ушла – в социальных сетях люди пишут о родных, которые лежат с тяжелой пневмонией, и есть немало сообщений о смертях. Причем далеко не всегда пожилых и больных людей.
Однако так уж устроена человеческая психика – смерть всегда приходит к кому-то другому, пока мы тут живем своей обычной жизнью, успешно вытесняя тревожные мысли за пределы нашего сознания. Разум требует идти и вакцинироваться – ради собственной безопасности, безопасности своих близких и сограждан. Но пока гром не грянет, мужик не перекрестится. А когда грянет – может быть уже поздно. Нежелание потратить полчаса на вакцинацию может обернуться неделями, вырванными из жизни мучительной болезнью, тяжелым вредом здоровью, который будет сказываться годами, или даже смертью.
Как преодолеть апатию людей в отношении сохраняющейся угрозы – причем угрозы общей – остается трудным вопросом. Звучат предложения сделать прививку обязательной – под угрозой существенного поражения в возможностях тех, кто от нее будет уклоняться, или строго наказывать «антипрививочников», которые ведут в сетях пропаганду против вакцинации.
В этой ситуации необходимо избегать непродуманных решений – и общественная дискуссия, в ходе которой граждане могли бы высказать свои соображения, очень важна. Как сказано в книге Притчей, «Без совета предприятия расстроятся, а при множестве советников они состоятся» (Прит. 15:22). Примером такого общественного советования может служить круглый стол «Вакцинация: этические аспекты в свете православного вероучения», который на днях прошел в Сретенской духовной академии. В нем приняли участие как ученые, так и священнослужители, и итоговый документ круглого стола важен не только для церковных людей. Документ подчеркивает, что «исторический опыт Русской православной церкви знает примеры активного участия священнослужителей в распространении практики вакцинации. Ошибочным является представление, что принципиальный отказ от вакцинации как таковой может быть обусловлен православным вероучением». Участники круглого стола «считают недопустимым и греховным распространение ложных учений, отождествляющих вакцинацию с «принятием печати антихриста», равно как и конспирологических утверждений о якобы производимом посредством вакцинации тайном чипировании человечества».
То, что при тестировании вакцин использовалась клеточная линия, восходящая к полученным в 1973 году абортивным тканям, противоречит православной этике, однако это не делает греховной саму вакцинацию: «в настоящее время, в случае отсутствия доступной альтернативы, имея в виду угрозу для здоровья и жизни людей от коронавирусной инфекции COVID-19, православный человек, использующий вакцину от этой болезни, созданную или тестированную с применением эмбриональной человеческой клеточной культуры, не сопричастен греху аборта, в результате которого была создана эта клеточная культура».
Таким образом, отказ от вакцинации никоим образом не может быть оправдан ссылками на православную веру. Некоторые участники круглого стола высказывались даже более определенно – как сказал иерей Владимир Духович, настоятель Храма Алексия Митрополита: «Моя личная позиция, что христианин настоящий – он в первую очередь должен заботиться не о себе, а о своих ближних, и понимать, что если он отказывается от вакцинации, то он подвергает опасности здоровье и жизнь окружающих его людей. Что для христианина, на мой взгляд, недопустимо».
В самом деле, заповедь «не убий» запрещает не только намеренное убийство (ближнего или самого себя), но и убийство косвенное – когда мы причиняем вред здоровью человека (или ставим его жизнь под угрозу), пренебрегая доступными мерами к устранению опасности. Отказ принимать меры к тому, чтобы остановить тяжелую (и для многих смертельную) заразу, есть нарушение заповеди. Однако итоговый документ круглого стола не только об этом – он подчеркивает недопустимость (и контрпродуктивность) принуждения: «Русская православная церковь последовательно придерживается принципов защиты свободы выбора человека в использовании или неиспользовании новых и быстро развивающихся технологий, в том числе в сфере медицины... Следуя изложенному принципу и признавая при этом важность поддержки инициатив по преодолению пандемии, в том числе через широкий охват населения вакцинацией, участники круглого стола считают необходимым обеспечение свободы выбора людей в отношении вакцинации от коронавирусной инфекции COVID-19 и исключение каких-либо форм открытой или скрытой сегрегации людей, отказавшихся от таковой вакцинации по какой-либо причине. Следует заметить, что обнаружившиеся случаи манипулятивного принуждения к вакцинации и иных действий, направленных против упомянутой выше свободы выбора, вызывают в обществе негативную реакцию и лишь усиливают слухи и тревожные настроения в отношении предпринимаемых в области здравоохранения мер».
Меры, предпринимаемые против распространения болезни, вызвали в разных странах – включая Россию – серьезные опасения, что пандемия становится предлогом для сворачивания свобод граждан и установления тоталитарной власти. Эти опасения приобрели особенную остроту в связи с широким использованием электронных средств контроля. От них хотелось бы отмахнуться, как от бессмысленной конспирологии – но рациональное зерно в этих опасениях есть.
Социальные технологии подчинения и контроля, которые вводятся с понятными и благими целями – противостоять заразе – потом могут быть перехвачены силами, вовсе не стремящимися к общему благу. А в самой ближайшей перспективе попытки принудить граждан к вакцинации – предположительно, для их же блага – могут вызвать обратный эффект, дав обильную пищу конспирологам, построения которых приобретут убедительность в глазах многих людей. Поэтому – как призывает документ – важно открытое обсуждение всех проблем и тревог, связанных с вакцинацией, предоставление людям полной и достоверной информации.
Хотя вакцинация является несомненным благом, к ней не следует принуждать – с людьми надо разговаривать, людей надо убеждать, проявляя уважение к их личному выбору, терпеливо опровергая слухи и разъясняя недоумения. Гордость за подвиг наших ученых, которые создали вакцину, личная ответственность за жизнь своих близких и сограждан – гораздо лучшие побудительные мотивы, чем страх подвергнуться каким-то притеснениям со стороны властей.