Пишут, что ради разрешения на приезд в Россию своей представительницы Виктории Нуланд американское правительство выдаст визу российскому дипломату, который сможет теперь приехать на работу в ООН. Визит заместителя министра иностранных дел США будет посвящен в основном украинской проблеме. Байдену явно нужно, чтобы ситуация вокруг Украины была в ближайшие месяцы сравнительно стабильной. Ради возможности поговорить об этом можно и обменять с Россией право на въезд отдельных граждан.
Несмотря на то, что такие размены выглядят достаточно оригинально для наблюдателя, привыкшего к идее правовой основы отношений между государствами, именно так в действительности и предстоит иметь дело с американцами. Тем более, что сейчас им это действительно надо – иначе не было бы такой настойчивости в организации консультаций с американской стороны. Хорошо известно, что пока им позволяют, США говорят только о своих интересах, а когда речь идет об интересах партнера – становятся глухими. Именно это означает желание Байдена «жевать и идти» одновременно.
Вопрос в том, насколько сама Россия заинтересована в том, чтобы дать США передышку по Украине? Ответ на него зависит не от позиции самих американцев, а от того, как в Москве оценивают временные рамки решения украинской проблемы. С поправкой на вероятность настолько искрометного развития ситуации в Киеве, что контролировать последствия не смогут даже из России, не говоря уже о Вашингтоне. Именно о таком вероятном сценарии, в частности, свидетельствуют последние действия того, кто считается главой украинского государства.
То, с какой легкостью американские власти обращаются с собственными черными списками для решения, в общем, тактического вопроса, не должно смущать или удивлять. Международная политика уже давно вернулась в нормальное для себя состояние постоянного торга между государствами. Это, наверное, гораздо лучше, чем делать вид, что мы живем на основе правил или формальных конвенций. И если серьезно, то именно способность пренебречь собственными прошлыми решениями для того, чтобы получить необходимый результат, внушает некоторый оптимизм. Было бы гораздо сложнее иметь дело с неукоснительным соблюдением даже самых безумных инструкций.
Если относиться к делу формально, то у России и США практически нет возможности вести дипломатический диалог. Несколько американских администраций сделали своей истерической политикой все, чтобы разрушить любые формы системного общения с Москвой. В основном это произошло по внутренним причинам: американская система переживает глубокий кризис – и тут национальные интересы во внешней политике становятся жертвой собственных разногласий. А внутри США уже несколько лет творится такое творческое безумие, что иногда становится даже опасливо за судьбу мира при подобном состоянии ведущей ядерной державы.
Но есть и чисто внешнеполитический фактор – неспособность признать новую реальность, в которой Америка – все еще самая сильная, но уже не самая главная держава. В США верят, что могут вести борьбу на два фронта одновременно – с Китаем и Россией. И при этом уверены, что именно Россия является наиболее легким противником. Поэтому ссориться с ней можно относительно безболезненно. Тем более, что в российской дипломатической практике доминируют прагматизм и христианское смирение, присущие действительно самой опытной из ныне здравствующих великих держав.
Сейчас отношения России и США, за исключением важнейших вопросов стратегической стабильности, собраны только вокруг украинской проблемы. Действия стран Запада в 2014 году привели эту страну к перманентному коллапсу, а для России вернули на повестку дня вопрос, для решения которого в 17-м веке потребовалось более 30 лет. Сейчас провал попыток построить на Украине крепкую антироссийскую государственность уже очевиден. Впрочем, это и было наиболее вероятным направлением событий, учитывая заведомую нежизнеспособность украинской государственности в отрыве от России.
За несколько лет, прошедших с момента последнего появления Нуланд на сцене, стратегические позиции США ослабли, а российские укрепились. Россия ведет борьбу на своей территории и это ее очевидное преимущество. Как это несколько раз было в истории, западные противники Москвы зашли на российское геополитическое пространство и там завязли. США, напротив, действуют на удаленном театре и при этом должны все больше сил переносить в Азию, где Китай, вольно или невольно, создает для них угрозу потери контроля над ситуацией.
Весной этого года действия России показали, что военное решение украинского вопроса является для нее драматическим, но не смертельным сценарием. Более того, оно не противоречит исторической основе отношений между нашими народами. Сейчас на Западе есть понимание возможности полностью потерять этот актив в отношениях с Москвой. Поэтому там хотят передышки и рассчитывают, что российская сторона сама доверит США исправить поведение тех, кто правит в Киеве.
В этом отношении темпераментные маневры украинского президента американцам только на руку. Они создают условия для игры там, где США традиционно имеют больше возможностей – на внутриполитической кухне Украины. Поэтому дело не в том, что конкретно делает Зеленский, а в возможностях для маневра, открывающихся в результате для США.
Именно в этом, судя по всему, будет суть предложений, которые Нуланд привезла для обсуждения со своими российскими собеседниками. Вашингтон предложит Москве на какое-то время отказаться от активного влияния на украинские дела и пообещает повлиять на официальный Киев, чтобы он исполнял Минские соглашения. То, зачем это нужно самим американцам, понять не трудно – больше всего они боятся потерять центральную роль в управлении украинским кризисом.
Если Россия согласится на то, что давление на украинские власти будет осуществлять Вашингтон, то дипломатическая игра может быть выведена из силовой плоскости, где Москва очевидно более влиятельна. В результате США получат временную российскую сдержанность и восстановят позиции на Украине. Другими словами, России, скорее всего, будет предложено обменять передышку для США на усиление их же собственных позиций. Впрочем, имея даже самое приблизительное представление об американской политической культуре, ничего другого ожидать и не стоит.
Вряд ли в России питают иллюзии насчет того, что США даже гипотетически могут способствовать улучшению ситуации с безопасностью в Европе. Поэтому, как представляется с академической точки зрения, для России важно понимать соотношение между выгодами и убытками от того, что США получат даже незначительную возможность действовать на Украине под меньшим давлением. Возможно, что в России, как принято, смотрят на ситуацию философски и исходят из неизбежности своего доминирования здесь просто по геополитическим причинам. Однако делать украинскую проблему вечной также представляется рискованным – сейчас не 17-й век и колоссальных временных резервов в российском распоряжении может не оказаться.