Говорить о Параде Победы 24 июня 1945 года одновременно и просто, и непросто. Просто, потому что эмоция Победы – проста, ясна, каждому понятна. Непросто, потому что нет уже ни той страны, ни тех идей и надежд, которые тогда, казалось, имели столь грандиозный смысл. Марксизм, большевизм, пролетарии всех стран – все это ушло как сон... Исчезла и сама вторая сверхдержава мира, которая именно в те дни грозно заявляла о своем рождении. Империя, могущества которой никто не мог оспорить последующие сорок лет, обращавшая на себя взоры всего мира: одних со страхом, других – с надеждой...
Да. В этом смысле тот парад был настоящим восклицательным знаком российской имперской мощи! Самым грандиозным – за всю историю существования Империи.
В сегодняшнем странном, двуличном, лишенном всяких реальных оснований мире симулякров, военной имперской мощи принято чуть ли не стыдиться. А белым людям, творцам и строителям некогда великих империй – настоятельно рекомендовано каяться и за экспансию крестовых походов, и за имперское прошлое – угнетение «малых народов», женщин и т. д.
Все это, конечно, не более чем лицемерная чушь. На самом деле традиционная империя стала лучшим из найденных человечеством политических устройств. Защитница слабых, усмирительница сильных, империя (конечно, настоящая империя, а не модернистские колониальные империи 19-го века) всех, и маленьких и больших, брала под свое крыло. Но прежде всего империя означала мир. Мир для всех. Мир, кладущий конец войнам и раздорам. Мир, завоеванный военной имперской мощью.
Никогда, ни в какое последующее время, человек не жил так спокойно, не чувствовал себя так уверенно, как под скипетром Римской империи времен ее расцвета. Путешественник мог не бояться ни бандита на дороге, ни пирата на море, редкий же преступник всегда мог рассчитывать на дыбу и виселицу... Под защитой империи народы приобщались к самой развитой цивилизации, к самой высокой эллинской культуре, не заботясь о постоянной защите своих домов и спокойно обживая свои национальные дома.
Наследующие Риму империи транслировали и эти его важнейшие качества. Противостояние двух сверхимперий ХХ века 45 лет сдерживало большую войну... 45 лет миру алчного капитала противостоял другой, далеко не лучший из миров, не позволявший, однако, слишком разыграться аппетитам финансовой олигархии. Но лишь только СССР рухнул, как весь Ближний Восток и Балканы оказались объяты пламенем большой войны, по границам заполыхали конфликты, а мир стал стремительно катиться в бездну новой мировой...
В те июньские дни 1945-го мир тоже был совсем не прост. В сущности, и дата Парада была выбрана почти случайно. Решение провести триумфальное шествие было принято 15 мая, а уже 24 мая Сталину принесли сценарий, попросив два месяца на подготовку. Месяц! – отрезал вождь. Таким образом и кристаллизовалась дата – 24 июня 1945 года.
Генералиссимус торопился. Ведь Вторая мировая еще далеко не была закончена. А геополитический расклад будущего мира далеко еще не был ясен. Война продолжалась на Дальнем Востоке. И американцы были весьма заинтересованы в помощи СССР, который, в свою очередь, имел с Японией мирный договор. Разорвать договор с японцами, которые всю войну честно его выполняли – на это надо было иметь веские основания... А американцам и британцам, приглашенным на Парад Победы, надо было продемонстрировать свои основания...
И едва ли случайно принимавший Парад Победы маршал Жуков, открывая парад, громко заявил о победе советского оружия над германским милитаризмом. Подчеркивая тем самым не идеологический, а именно военный аспект победы. Ведь война продолжалась. И милитаристы не только Японии, но и Британии, и Америки, оставались на своих местах... И те из них, кто в тот момент стоял рядом со Сталиным, очень скоро из союзников превратятся во врагов... Да и были ли они когда-либо настоящими союзниками? Может быть, точнее сказать, настоящими врагами?
О причинах Второй мировой войны Сталин уже совсем скоро будет говорить без всяких обиняков – яснее и четче, нежели сегодняшние наши, замыленные поволокой в мозгах, политологи: «Каждая из двух капиталистических коалиций... рассчитывала ... добиться мирового господства... Соединенные Штаты Америки рассчитывали вывести из строя наиболее опасных своих конкурентов, Германию и Японию... и добиться мирового господства» («Экономические проблемы социализма в СССР», 1952).
Итак, в мировой бойне были в первую очередь заинтересованы американские и английские финансовые олигархии и их милитаристские машины. Мощь этих олигархий в десятки раз превосходила германскую, а их представители в том числе и стояли 24 июня 1945 года на трибуне, глядя на Парад... И что же должны были увидеть эти «рабочие войны», в планах которых стояла уже и война с СССР? Они должны были увидеть рождение великой Империи, полностью осознавшей свою силу и мощь.
Акцент Парада Победы был сделан на возрождение традиций римского триумфа и петербургской империи. К традиции отсылали белые и вороные кони Жукова и Рокоссовского; и парадные мундиры генералов сукна цвета морской волны (которые носили и генералы русской армии), блистающие золотым шитьем.
Перед войсками несли бархатные пурпурные штандарты на дубовых древках, окаймленные золотой вязью и золотыми кистями по краям... Но, что еще более удивительно, традиционные римские вексиллумы на дубовых древках – символика, отсылающая к лабаруму святого императора Константина, которому перед битвой за Рим явился знак креста... Конечно, сталинские лабарумы несли изображение большевистских звезд, но англичанам и американцам все эти аллюзии и отсылки были отлично понятны.
За штандартами и лабарумами, которые обозначали советские легионы, шли сигнумы когорт и центурий: древко с прикрепленными к нему фалерами – знаками отличия и почета. На советских сигнумах, увенчанных наконечниками со звездами, крепились орденские ленты.
Наконец, самая необычная часть представления – ритуальная казнь немецких знамен – также представляла собой аллюзию на римскую традицию Сципиона и Цезаря. Жест этот подсказал Сталину советский историк академик Е. Тарле. Сложные перестроения солдат с враждебными символами в руках также были тщательно экстраполированы историками с древнеримских традиций.
Впрочем, не обошлось без странностей. Из множества привезенных из Германии знамен режиссеры Парада отобрали двести, руководствуясь более своим эстетическим чувством, нежели исторической правдой. Вследствие чего, большинство преданных ритуальной казни символов оказались довоенными; а среди них – два десятка кайзеровских знамен, флаги трудового фронта (то есть фактически пролетарские), два прусских кавалерийских штандарта 1860 и 1890 годов, и даже знамя народного ополчения 1860-х годов – то есть ни в чем не повинные стяги с христианской символикой.
О самом ритуале бросания знамен операторы не были предупреждены, так что едва успели развернуть свои камеры, чтобы заснять эти, самые знаменитые, кадры Парада. Так, что некоторые из них пришлось доснимать уже в музее...
А вот знаменитое Знамя Победы, водруженное над Рейхстагом, участия в параде не приняло. Оказалось, что уже прославленная тогда прессой группа Степана Неустроева, поднявшая флаг над Рейхстагом, совершенно не умеет держать парадный шаг. Так что знаменосцы получили почетное место на Мавзолее, а само Знамя оправилось в Музей вооруженных сил...
Случилось и немало других накладок. Самой фатальной из которых стал проливной дождь, начавшийся за полчаса до парада. Из-за ужасных погодных условий пришлось отменить пролет авиации. Оказались испорчены и многие кадры хроники...
Более ста операторов снимало парад на черно-белую и трофейную цветную (немецкой фирмы Agfa) пленку. Немецкая пленка (из саботажа? а, скорее, из-за отсутствия опыта операторов) оказалась на 2/3 испорченной. Так что ее хватило лишь на девятнадцать минут цвета. Из остального пришлось делать полноформатный черно-белый фильм. Проявлять, монтировать и озвучивать который также пришлось на немецком оборудовании в Германии.
Все это, впрочем, было не главное. Главное, что должны были увидеть наши «партнеры», они увидели: триумф возрожденного Рима, новой имперской мощи. И сорок пять лет последующего мира без большой войны – в большой степени заслуга вывода, который они сделали.
Я, признаться, люблю парады. Люблю это дрожание мостовой под многотонными тушами танков и баллистических ракет, рев самолетов над головой. Есть в этом какая-то простая, надежная истина, по которой так скучает зачуханный двуличным словоблудием современный мир, и которая ласково говорит нам: настоящий солдат (тем более солдат великой империи) ребенка не обидит – простая истина, известная каждому.
И мне одновременно мало приятна та бесполая дрянь, которая из своих зачумленных глубин через гигантский матюгальник мировых СМИ (обеспеченный всем солидным весом мирового капитала) взывает: пи-ис! пи-ис! делайте трах, а не войну, это не должно повториться... Нет уж, увольте. Должно. И – если настанет такая необходимость – обязательно повторится. О чем и призван ясно, четко и недвусмысленно артикулировать триумф военной мощи.
Честный бой – не худшее развлечение для мужчин. Великая империя – не худшее, к чему стоит стремиться. Завоевания Августа, Константина, Юстиниана, великая экспансия Крестовых походов – была чудесной весной юного духа нашего мира. Мы ее беззаветно любим, чтим, храним в своем сердце и обязательно повторим, если Бог даст свое благословение. И снова поднимем над собой лабарумы святого Константина и пойдем освобождать землю от мерзости запустения, в которую превратили ее сутенеры, работорговцы и торгаши – все эти прелестные герои современного мира. Вот о чем говорит нам римский триумф – Парад Победы. Третий Рим – это не о национальном превозношении, это о великой ответственности за судьбу истины в этом мире. И это нам действительно стоит всегда помнить, всегда повторять и никогда не забывать.