Грузия является одной из стран, чье будущее напрямую зависит от разрешения нагорно-карабахского конфликта. В Тбилиси понимают, что они будут следующей жертвой турецкой экспансии на Кавказе, но ничего не могут с этим поделать. Ведь для защиты нужно то, от чего Грузия сама отказалась много лет назад – суверенитет и Россия.
Нейтралитет по-грузински
Формально Тбилиси не вмешивается в армяно-азербайджанскую войну за Карабах – лишь выступает за мир, и даже предлагает себя в роли посредника для достижения этого мира. «Сохранение нейтралитета в этом конфликте соседей жизненно важно для будущего развития Грузии», – уверяет директор Института политологии Тбилисского государственного университета Малхаз Мацаберидзе. «Внутри самой Грузии проживают многочисленные общины армян (Джавахети) и азербайджанцев (Квемо-Картли), а также у Тбилиси и Баку есть неразрешенная проблема вокруг монастырского комплекса Давид-Гареджи.
Все это заставляет руководство страны задействовать различные страховочные механизмы, ибо проблема Карабаха наряду с внешнеполитическим воздействием имеет и внутриполитическое продолжение, а стабильность в стране, межэтнический мир – основа основ», – пишет один из главных российских специалистов по Кавказу, ведущий научный сотрудник Центра евроатлантической безопасности Института международных исследований МГИМО Сергей Маркедонов.
И сейчас обе диаспоры угрожают этому миру. Грузинские азербайджанцы митингуют на улицах, а также рвутся воевать на стороне Баку. Грузинские армяне перечисляют деньги на помощь Карабаху, перекрывают дороги. Однако на самом деле главной угрозой для мира, а также для будущего страны является политика самого грузинского руководства. Ведь, вопреки словам Малхаза Мацаберидзе, никакого жесткого нейтралитета у Грузии нет. Ей банально не позволяют его занять.
Да, на бумаге грузинские власти полностью запретили транспортировку грузов военного назначения через территорию страны сухопутными и воздушными маршрутами в направлении Армении и Азербайджана. Однако по факту это правило действует лишь касательно поставок товаров из России в Армению (ходили даже слухи, что один такой груз был перехвачен, однако они не получили подтверждения). Авиарейсы с оружием из Турции и Израиля свободно идут в Азербайджан через грузинское воздушное пространство, ибо миновать его они не могут без колоссального крюка.
Почему Тбилиси занимает проазербайджанскую позицию? Потому что боевые действия армян угрожают безопасности Грузии? Обострение военных действий может привести к прилету карабахских снарядов по трубопроводам, идущим из Азербайджана через Грузию в Турцию и Европу. Что приведет не только к потере доходов от транзита, но и к проблемам в энергобалансе самой Грузии – страна полностью зависит от поставок азербайджанского газа (покупать российский по понятным причинам в Тбилиси не хотят).
Или дело в том, что Грузия рассматривает поддержку Азербайджана как элемент своего конфликта с Россией? Армяне являются российскими союзниками, и бывший министр иностранных дел Грузии Тедо Джапаридзе уверяет, что Грузия и Турция (сюзерен Азербайджана) должны вместе «сдерживать» Россию в Черном море и на Кавказе.
Обе версии имеют право на существование. Но главная причина все-таки в том, что Грузия на сегодняшний день находится в зависимости от Турции и Азербайджана – и не может слова сказать против Реджепа Эрдогана и Ильхама Алиева. Доходит до того, что, когда на территорию Грузии падали осколки азербайджанских беспилотников, и даже снаряды, Тбилиси скромно молчал.
В прошлое или в будущее?
Президент Саломе Зурабишвили называет Азербайджан «историческим и стратегическим партнером Грузии». По всей видимости, у кадрового дипломата французского МИДа (кем и была Зурабишвили до командировки в Грузию) серьезные проблемы и с историей, и с геополитикой. Либо она (в лучших традициях ориентированных на Запад постсоветских элит) считает «партнерством» банальную политико-экономическую оккупацию. А именно этим словом нужно называть активную деятельность Анкары и Баку на грузинской территории. Турция занимается активной исламизацией Грузии, а также оккупировала экономику Аджарии (где от 70% до 75% инвестиций имеют турецкое происхождение) и в целом грузинский рынок. Азербайджанская компания является крупнейшим налогоплательщиком в грузинский бюджет.
Да, Грузия предпринимает вялые попытки демонстрировать суверенитет. В Тбилиси даже арестовывают бывших членов правительственной комиссии за саботаж грузинских интересов в процессе решения территориального спора вокруг Давид-Гареджи. Однако это именно демонстрации – разорвав отношения с Россией и не сумев развить отношения с Европой и Западом до уровня стратегического сотрудничества, Грузия лишилась возможности балансировать азербайджанско-турецкое влияние. В итоге страна рискует полностью попасть под контроль Анкары, и вот тогда Грузия в лучшем случае превратится в турецкого сателлита, а в худшем ее разорвет на части (поскольку армянское население грузинской области Джавахетия вряд ли готово будет жить в такой стране, особенно в том случае, если протурецкая Грузия открыто выступит против Армении).
И победа Баку в войне с Ереваном за Степанакерт (которая продемонстрирует мощь и безнаказанность азербайджанско-турецкой оси) приближает для Тбилиси реализацию этого кошмарного сценария. Избежать которого Грузия может только одним способом – найдя балансир турецкому влиянию. То есть (за неимением других кандидатов) восстановив отношения с Москвой.
Да, многие грузинские политики не готовы нормализовать связи с Россией без решения в пользу Грузии абхазского и осетинского конфликтов. Они просят у Кремля сначала вернуть эти земли в состав грузинского государства – чего, понятно, не будет. Хотят, чтобы Россия шла им на односторонние уступки – чего тоже не будет. Утверждают, что это вопрос суверенитета – которого у них нет.
Да, отсутствие суверенитета – это общая проблема кавказских народов. Безопасность, благосостояние и само существование Армении полностью зависит от отношений с Москвой (что, к сожалению, не понимают некоторые диванные политологи в Ереване, ищущие «диверсификации»). У Баку достаточно ресурсов для суверенного существования, однако азербайджанские элиты добровольно превратили свою страну в младшего партнера Эрдогана, инструмент реализации турецких амбиций. Суверенитет Грузии был поставлен под вопрос ее руководством еще в далекие 90-е годы, когда страна развалилась из-за тбилисских националистов.
Но это дело давно прошедших дней, и новому руководству нужно смотреть в будущее. И понять, как лучше поступить: развивать отношения со страной, отнявшей (по мнению Тбилиси) у нее часть территории, или же попадать во власть Турции, собирающейся контролировать все остальные грузинские земли.