Дональд Трамп официально объявил о начале кампании по переизбранию на второй срок. Митинг во Флориде, на котором был дан формальный старт предвыборного марафона, был выдержан в стилистике массовых мероприятий 2015–2016 годов – толпа сторонников по крайней мере в 20 тыс. человек, частые отступления от текста на телесуфлере, бодрые речевки собравшихся и колкости в адрес мейнстримных СМИ.
Мероприятие, несомненно, удалось. Но не только оно. Несмотря на жесткое противодействие вашингтонской бюрократии, демократов и даже спецслужб, Трамп все-таки сумел сделать многое. Прежде всего, в экономике. Сегодня многие из противников хозяина Белого дома говорят, что экономический рост начался еще при Обаме. Но те же самые люди уверяли в 2016-м, что темпы роста ВВП выше 3% – это ненаучная фантастика, а создание индустриальных рабочих мест в США – сказки, в которые не поверят даже дети. Тем не менее реиндустриализация Соединенных Штатов началась. Экономический рост налицо, а безработица находится на самом низком за последние семь десятилетий уровне.
Внешнеполитические успехи Трампа выглядят для стороннего наблюдателя куда более скромными. Но, взглянув на них изнутри США, мы увидим совсем другую картину.
Мексика под жестким давлением приняла практически все условия Вашингтона как по взаимной торговле, так и по участию в решении миграционной проблемы. Канада, практически не сопротивляясь, поставила подпись под новым межгосударственным коммерческим соглашением. Ким Чен Ын более не запускает свои баллистические ракеты через Японию и не проводит ядерных испытаний. Китай изо всех сил сопротивляется прессингу США, однако продолжает делать одну уступку за другой. Почти во всех европейских столицах тихо ненавидят Трампа, но вынуждены к нему прислушиваться.
Сложно сказать, насколько тактика хозяина Белого дома окажется успешной в долгосрочной перспективе (разумно было бы предположить, что со временем ее придется менять), но пока она обеспечивает необходимый ему результат. Не только в торге с партнерами и конкурентами, но и внутри страны.
Социологическое исследование агентства Gallup показало, что удовлетворенность американцев положением и ролью США в мире достигло 13-летнего максимума. При этом граждане сверхдержавы вполне отдают себе отчет в том, что у них сегодня не самый обычный президент, который может не нравиться элитам других стран. Лишь 29% опрошенных считают, что мировые лидеры уважают их Дональда. Но при этом рекордные 55% уверены в положительном отношении к Соединенным Штатам в мире.
В общем, дела у Трампа идут очень неплохо. Ему нисколько не портят настроение текущие рейтинги популярности кандидатов в президенты. Согласно некоторым опросам, сегодня Трамп проиграл бы выборы не только Байдену, но и еще трем демократам. Что ж, в 2011-м Обама тоже «проигрывал», но через год с лишним триумфально переизбрался на второй срок.
Переиграть действующего президента на выборах – крайне сложная задача. Для ее выполнения нужен не только яркий лидер-харизматик со свежей и новаторской программой, но и стечение целого ряда обстоятельств, крайне неблагоприятствующих хозяину Белого дома. Причем второй фактор существенно важнее. Это показали примеры Джимми Картера, Джеральда Форда и Буша-старшего. Примерно в таких же условиях не пошел на переизбрание Линдон Джонсон.
Для Дональда Трампа критическими могут стать только два фактора – существенный спад в экономике и новая затяжная война. Для серьезной рецессии (такой, чтобы ее результаты американцы почувствовали уже летом-осенью 2020 года) попросту не остается времени. Можно, конечно, предположить, что крупнейшие корпорации и банки в ущерб себе вознамерятся обрушить экономику США за пять-шесть месяцев, но этот сценарий выглядит крайне неправдоподобно. А значит, подвести 45-го президента Соединенных Штатов может только втягивание страны в новую войну. Именно поэтому значение обстановки в Персидском заливе с каждым днем приобретает для Трампа все большее значение.
В Вашингтоне немало людей, которые по разным причинам заинтересованы в ударе по Ирану. Среди этих причин – и борьба за идеологическое доминирование (прежде всего, со стороны неоконсерваторов и близких к ним по убеждениям политиков), и требования союзников (в основном Саудовской Аравии и Израиля), и элементарный имперский реваншизм (возвращение России на Ближний Восток, чудесное спасение Асада и рост влияния Ирана в регионе – всё это американские ястребы считают безусловным проигрышем США).
Самое неприятное для Трампа состоит в том, что к сонму тех, кто требует раз и навсегда разобраться с аятоллами, присоединились и представители разведсообщества. Пентагон, Госдепартамент, ЦРУ и целый ряд других ведомств в один голос утверждают, что в серии нападений на нефтяные танкеры в Оманском заливе виновен Тегеран. С ними солидарны власти Саудовской Аравии. А израильские СМИ постоянно подливают масло в огонь, уверяя мировую общественность, что начало военной операции США против Ирана – дело фактически решенное.
Сам президент Соединенных Штатов стремится всячески дезавуировать алармистские заявления своих подчиненных и смягчить общую риторику администрации в части угроз применения силы против Исламской Республики. В интервью изданию Time на этой неделе Трамп назвал взрывы танкеров (кстати, не приведшие к разливу нефти и другим катастрофическим последствиям) «очень незначительными». По данным источников телеканала CNN, хозяин Белого дома в беседе со своими советниками ясно дал понять, что не намерен затевать новую военную авантюру на Ближнем Востоке.
Учитывая, мягко говоря, натянутые отношения CNN и президента, можно было бы предположить, что либеральный телеканал пытается ввести общественность в заблуждение, но, судя по всему, в данном конкретном случае мы имеем дело не с fake news, а с реальным инсайдом. Тем более, что Трамп не скрывает своего осторожного отношения к эскалации конфликта с Ираном.
В уже упомянутом интервью журналу Time он назвал единственный стопроцентный повод для начала военных действий против Исламской Республики – «из-за ядерных вооружений». И уточнил: «насчет остального я бы оставил вопросительный знак». Когда же корреспондент стал настаивать и спросил, рассматривает ли в принципе Трамп возможность войны с Ираном, хозяин Белого дома ответил: «Я бы так не сказал. Я так не могу сказать вообще».
В отличие от демаршей вокруг КНДР, в случае с Тегераном Трамп не стремится к быстрой эскалации напряженности. В том числе потому, что понимает, насколько быстро ситуация может выйти из-под контроля. Точнее, насколько легко контроль могут перехватить другие силы, чьи политические интересы в данном вопросе кардинально расходятся с интересами президента США.
Не имея возможности вести даже тайные переговоры с Исламской Республикой напрямую, Дональд Трамп попросил об услуге премьера Японии Синдзо Абэ, который практически сразу же после визита американского лидера в Токио отправился наводить мосты с иранским руководством. И хотя переговоры, проведенные Абэ в Тегеране 12-13 июня, не принесли никаких зримых результатов, президент Соединенных Штатов не только поблагодарил главу японского правительства за его посредническую миссию, но и сделал максимум для того, чтобы информация об этом была растиражирована СМИ. Более того, Трамп заявил, что на саммите G-20 в Осаке разговор об Иране между ним и Абэ продолжится. Это ясный сигнал – союзники США выступают против войны.
Для развитых стран Азии начало полномасштабного военного конфликта между Соединенными Штатами и Ираном станет очень плохой новостью. Бóльшую часть сырой нефти эти страны получают от ближневосточных поставщиков по морскому пути, лежащему через Ормузский пролив и Оманский залив. На этом обстоятельстве заострил внимание и Трамп. В интервью изданию Time он напомнил, что Соединенные Штаты все меньше и меньше зависят от поставок углеводородов из Саудовской Аравии, ОАЭ и других государств региона (фактически США сегодня могут вообще обходиться без импорта нефти и газа), чего нельзя сказать о Китае, Южной Корее и Японии.
Это ясный намек, что удар по Ирану станет ударом по азиатским странам. В этом плане агрессия 2003 года против Ирака была относительно безопасной. Ормузский пролив, как и бóльшая часть Персидского залива, находились вне зоны боевых действий. Практически ничто не мешало коммерческому судоходству во время американской военной операции. Совсем другое дело Иран, чьи берега омываются водами, по которым непрерывным потоком идут нефтяные танкеры.Даже если операция против Исламской Республики ограничится ракетно-бомбовыми ударами, можно будет считать Ормуз закрытым на несколько месяцев. Соединенным Штатам есть, где взять нефть на это время, а вот их союзникам в Азии... В общем, идея включить Японию (а возможно и другие страны АТР) в формулу решения иранского вопроса – это хороший тактический ход со стороны Трампа.
И все же президенту США угрожает классический политический цугцванг. Если он начнет войну, он создаст для себя колоссальные проблемы на выборах 2020 года. Можно даже сказать, что он гарантирует победу любому демократу-пацифисту (например, Берни Сандерсу). Но со временем давление со стороны американских спецслужб и ближневосточных союзников станет критическим. Не исключено, что последуют и провокации. И тогда, чтобы избежать горячей фазы конфликта в Персидском заливе и одновременно не прослыть слабым, нерешительным лидером, Трампу придется пойти на открытый конфликт с разведсообществом США, Тель-Авивом и Эр-Риядом, обвинив их во лжи или некомпетентности. К такому конфликту накануне выборов президент попросту не готов.
По сути дела, Трамп сейчас проходит одну из самых серьезных за все время его президентства проверок на профпригодность. Сложно сказать, пройдет ли он ее. Но если пройдет и выиграет выборы, то я не завидую всем тем, кто ее устроил.