В Баку прошли переговоры между председателем Комитета начальников штабов ВС США генералом Джозефом Данфордом и начальником Генштаба ВС РФ Валерием Герасимовым. Переговоры можно считать историческими, поскольку подобных встреч не было с 2014 года.

Штатам не нравится новообразованный триумвират на сирийском направлении Москва – Тегеран – Анкара

Тем не менее, состоялись они на фоне резкой риторики со стороны Штатов, где по-прежнему считают, что Россию надо сдерживать и разговаривать с позиции силы.

Согласно официальным данным, в ходе встречи американские и российские военные договорились о мерах по предотвращению нежелательных инцидентов и «в дальнейшем согласились расширять контакты по таким стабилизационным мерам».

Россия и США продолжают проводить операции в Сирии. Ведя борьбу с террористами, Москва и Вашингтон возглавляют разные коалиции, участники которых являются геополитическими антагонистами. После инцидента с российским Су-24, который был сбит турецкой стороной, переговоры о снижении рисков – это логичный шаг, тем более что ситуация в Сирии остается напряженной.

Несмотря на грозную риторику, Вашингтон, видимо, работает над тем, чтобы публично продемонстрировать готовность избежать конфронтации с Россией. Позиция ответственная, если в очередной раз вспомнить про ядерный потенциал обеих стран.

Однако, по всей видимости, переговоры затрагивали и другие темы, одной из которых стал Иран.

Трамп против Ирана

Дональд Трамп критиковал сделку Обамы по снятию санкций с Ирана. И недавно выступил с заявлением, где назвал Иран террористическим государством.

Его риторика соответствует настроениям республиканцев, которые и в бытность Обамы выражали недовольство снятием санкций с ИРИ, мотивируя это в т.ч. тем, что Иран опасный игрок, переговоры с которым наносят серьёзный урон сотрудничеству Штатов с Израилем, а также Саудовской Аравией и даже Турцией.

Решение Обамы снять с Ирана санкции действительно выглядело странным.

Похоже, план администрации был в том, чтобы, выведя Иран из-под экономического давления, сделать его антагонистом России, в т.ч. по вопросу экспорта нефти. Но, несмотря на ряд сложностей в отношениях Москвы и Тегерана, общее направление по Сирии страны сохранили. Более того, к процессу подключился и Китай, который заявил в конце прошлого года об оказании поддержки Башару Асаду.

Трамп отыгрывает иранскую историю назад. Это успокаивает часть республиканцев, но главное – те или иные формы борьбы с Ираном – это основной на сегодня шаг Вашингтона в регионе.

Трамп перешел в атаку сразу. Его риторика о сдерживании Китая, помимо экономических аспектов, также тесно связана с иранским фактором. Трамп намерен разбить ось Тегеран – Пекин, которая все больше крепнет с точки зрения экономики, энергетики и геополитики.

Штатам также не нравится новообразованный триумвират на сирийском направлении Москва – Тегеран – Анкара, который привел к переговорам в Астане и который может оказывать серьезное влияние на сирийский вопрос. Точнее – если бы три страны безоговорочно решили бы действовать вместе, такой треугольник выбил бы из Сирии ряд игроков, в результате чего влияние Ирана расширилось бы, Россия закрепила свои базы, а Турция решала бы курдскую проблему в рамках договоренностей с Россией и Ираном.

Несогласие с таким раскладом выражают не только Штаты. На них давят союзники в регионе – Саудовская Аравия, Израиль, Иордания.

В этой связи Трамп, очевидно, будет разбивать треугольник Москва – Тегеран – Анкара, ведя атаку на Иран и торгуясь с Турцией, чтобы Анкара вновь изменила внешнеполитический ориентир.

Это, в общем-то, будет сделать несложно, учитывая, насколько турецкая точка зрения по будущему Сирии отличается от российской и иранской. Кроме того, Эрдоган пошел на тактическое сближение с Москвой и Тегераном, ожидая окончательной позиции Белого дома и фактически шантажируя его своим участием в треугольнике с Россией и Ираном.

С Анкарой переговоры будет вести не только Вашингтон. Очевидно, к торгу с Эрдоганом подключится и Меркель, у которой свои проблемы, связанные с Турцией, и которая, как представитель лидирующей в ЕС страны, имеет собственные механизмы давления (например, вопрос Северного Кипра).

К процессу подключилась и Саудовская Аравия, министр иностранных дел которой заявил, что точки зрения Саудовской Аравии и Турции полностью совпадают «в отношении Ирака, Сирии, а также вмешательства Ирана в дела региона». Перетягивание Турции уже проходит, что проявляется в совместной операции Штатов и Турции против ИГ и планах по освобождению Ракки.

При этом министр обороны Турции заявляет, что новая администрация США не настаивает на участии курдских отрядов YPG в наступлении на сирийскую столицу исламистов. Кроме того, тот факт, что Эрдоган наметил «ближневосточное турне», в рамках которого он планирует  посетить такие страны, как Бахрейн, Саудовская Аравия и Катар, показывает, что переговоры со Штатами и Ко ведутся весьма успешно.

Подтекст встречи в Баку

На том фоне очевидно, что в рамках встречи в Баку, помимо официально озвученных позиций, шли переговоры и о новом витке сдерживания Ирана.

Штаты создают всею необходимую конъюнктуру для этого. Достаточно посмотреть на итоги переговоров Трампа и Нетаньяху, который заявил, обращаясь к Трампу:

«Из Ваших слов мне и Израилю ясно, что у Израиля нет лучшего союзника, чем США. И я хочу заверить Вас, что у США нет лучшего союзника, чем Израиль.

Вы призываете противостоять террористическому режиму Ирана, призываете не дать Ирану превратить эту ужасную сделку и обзавестись ядерным арсеналом, и Вы сказали, что Соединенные Штаты намерены предотвратить получение Ираном ядерного оружия. Вы призываете разгромить ИГ».

Иран и ИГ поставлены в один ряд, что означает, что штаты всерьез намерены использовать коалицию в лице Израиля, стран Персидского залива и Турцию не только для борьбы с ИГ, но и для борьбы с Ираном.

В этой связи на бакинской встрече высоких армейских чинов России был представлен расклад – какие страны поддерживают Штаты, каковы перспективы и последствия этой поддержки и что Россия потеряет, если будет оказывать противодействие.

Завершающим аккордом мог стать китайский фактор, экономическое ослабление которого бьет не только по Ирану, но и по России, вынуждая ее искать компромиссы с европейскими партнерами, для чего придется в первую очередь вести переговоры с Меркель, заточенной на жёсткую позицию в отношении России.

Не менее значим и вопрос Азербайджана, который в условиях атаки на Иран оказался зажат между Тегераном, Анкарой и Москвой. И хоть минобороны Азербайджана и дистанцировалось от переговоров, фактически Баку придется решать сложную задачу – потенциальная дестабилизация Ирана приведет к проблемам на южных границах республики, и тут надо понимать, с кем работать для сдерживания угроз.

С Россией, позиция которой относительно иранского плана Штатов пока неясна? Или с Турцией, при том, что Эрдоган, хоть и начал вновь переориентироваться на США и их союзников, но держит в уме, что у Москвы есть свои механизмы давления на него?

Бей первым

Непростое положение и у Москвы.

Готовится сценарий, при котором назревает серьезная дестабилизация в отношении Ирана, которая затронет и регион Южного Кавказа. А европейское направление находится в недружелюбных руках канцлера Германии Ангелы Меркель.

Казалось бы, Кремлю необходимо стабилизировать обстановку хотя бы только на западных или юго-западных границах и ближних подступах к ним. Но, судя по всему, Москва действует по принципу «бей первым».

Спецпредставитель Дональда Трампа по взаимодействию со странами в борьбе с ИГИЛ* Бретт Макгурк заявил, что Россия и США не договорились по Сирии, что между строк означает, что Россия не приняла планы Трампа по Ирану. Кроме того, Москва пошла вперед и нанесла авиаудар по позициям ИГ в Ракке, опережая работу Турции и США.

* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ