В Югре, где 4 декабря страшная дорожная авария унесла жизни десяти детей, власти сделали надлежащие выводы.
Ни один чиновник не скажет «я здесь бессилен
На днях о мерах, принятых после ДТП, отчитался главный госинспектор безопасности дорожного движения Максим Галушков. Главный итог: за месяц полицейские отменили 126 поездок организованных групп детей.
Вообще-то хвалиться такой кипучей деятельностью странно, если вспомнить, что за ней стоит: больше сотни раз дети не поехали ни на экскурсию, ни на соревнования – остались дома. Но, видимо, в отсутствие других результатов гордиться приходится тем, что есть.
Губернатор Югры Наталья Комарова заявляла, мол, «запрещать и отменять большинство перевозок детей на соревнования и мероприятия – это не выход». Трудно спорить, но другого-то выхода у чиновников, похоже, нет.
В том же ХМАО это уже было. Полтора года назад на детской площадке случайно задохнулся восьмилетний мальчик. После шумихи в СМИ проверили все площадки, нашли сотни «некондиционных» – и все снесли. Новые построить то ли забыли, то ли не нашли денег.
Проблему с детскими площадками хотя бы можно решить деньгами. С перевозками – нельзя. Бюджет Югры их не оплачивает.
На выезды детей, как правило, скидываются родители, в редких случаях помогают спонсоры. Отсюда и стремление сэкономить – в злопамятный вечер 4 декабря нефтеюганские дети поехали домой сразу после соревнований, ночевать в гостинице им было не по карману.
Инструментарий всегда одинаков: уголовные дела в отношении тех, кому не повезло (директор спортшколы «Сибиряк» Ирина Тарасова сейчас под следствием), тотальные проверки для остальных. Что остается в итоге?
Десятки штрафов за какое-нибудь «неуведомление» да перепуганные насмерть тренеры, понимающие, что в случае чего их оставят крайними. Зато на бумаге и на совещании у губернатора все выглядит очень солидно: большая работа проделана, целые ведомства трудились. Запрещали не покладая рук.
Проблема ведь не только югорская: практически любой региональный чиновник боится брать на себя ответственность и в нынешнем изводе способен производить лишь абсурдные ограничения.
Но никто не возьмет на себя смелость хотя бы сказать гражданам правду. Честно признать, что между Ханты-Мансийском и Нефтеюганском никогда не будет трассы с разделенными встречными потоками, а оплачивать детские поездки бюджет так и не начнет. А значит, трагедии пусть нечасто, но будут происходить.
Ни один чиновник не скажет «я здесь бессилен» – потому что «бессилен» для них означает «бесполезен».
Именно представление о себе как о пастыре, ведущем заблудший народ к нормальному существованию, является для чиновника ключевым. Но как-то так выходит, что, когда российский чиновник берется решать проблему, искоренить ее получается лишь вместе с самим явлением.
Вот так обернешься – а вокруг тебя только забор из заботливо подстеленных соломок. И надпись на нем: «Дома надо сидеть!».