Недавно «Новая газета» сообщила об увольнении из Крымского федерального университета преподавателя прикладной математики Валерия Подъячего. Казалось бы, типичная история, сегодня действительно происходят массовые сокращения: проблемы в экономике, кризис образовательной системы...

Он с 1991 по 2014-й настаивал на незаконности передачи полуострова Украинской ССР

Впрочем, есть в этом деле одно «но».

Человек лишился места не в связи с оптимизацией кадров вуза или по причине низкой квалификации – нет, он не смог продолжить свой труд из-за действия федерального закона № 91-ФЗ от 5 мая 2014 года, принятого сразу же после воссоединения Крыма с Россией.

Если вкратце, то его смысл заключается в том, что все уголовные дела, начатые в юрисдикции Украины, должны быть доведены до окончательных процессуальных решений по нашему УК и УПК.

Это же относится и к оценке уголовно-наказуемых деяний, совершённых нашими новыми согражданами «до»:

«Преступность и наказуемость деяний, совершенных на территориях Республики Крым и города Севастополя до 18 марта 2014 года, определяются на основании уголовного законодательства Российской Федерации. Поворот к худшему при этом не допускается».

Дело в том, что он до воссоединения был инициатором пересмотра вопроса вхождения Крыма и Севастополя в состав Украины, причем настолько активным, что в 2011 году получил три года условного срока за призывы к нарушению территориальной целостности «незалежной». 

Имея «украинскую» судимость, которая, согласно упомянутому федеральному закону № 91-ФЗ, обладает для российских госорганов юридической силой, преподаватель теперь не может заниматься профессиональной деятельностью.

***

Соответствующий запрет установлен статьей 331 Трудового кодекса РФ: «к педагогической деятельности не допускаются лица, имеющие или имевшие судимость, подвергавшиеся уголовному преследованию, за преступления против основ конституционного строя и безопасности государства».

Этой же нормой предусмотрено право лица, имевшего судимость, восстановить возможность работы, если ранее совершённое деяние было небольшой и средней степени тяжести.

Часть вторая статьи 110 УК Украины, если перевести её санкции на матрицу отечественного УК, является как раз преступлением средней тяжести. Казалось бы, Подъячий мог избежать дисквалификации, но подобное послабление может сделать лишь комиссия по делам несовершеннолетних и защите их прав.

То есть для школьных педагогов судимость может быть забыта, а для преподавателей вузов – нет. Профессия для них закрыта навсегда!

Данное обстоятельство – типичная программная ошибка отечественного законодателя, когда правовые нормы либо двусмысленны, либо недоработаны. И страдают от них даже такие «оступившиеся», как Подъячий, которого власть после марта 2014 года должна была сделать если не иконой, то образцом патриотизма точно.

Ведь он с 1991 по 2014-й настаивал на незаконности передачи полуострова Украинской ССР, причем интеллигентно подтверждал свои взгляды нормативными актами Российской Федерации, а не голословными призывами устроить кровавый сепаратизм.

Насколько прозорлив оказался Подъячий, показывает даже тот факт, что Валентина Матвиенко еще в 2014 году заявила о разработке Совфедом законопроекта о признании действий Хрущева в 1954 году незаконными. Впрочем, российская бюрократия верна своим принципам – за более чем год, прошедший с громкого заявления, закон не принят, и существует ли такая вероятность, не известно.

***

Валерий считает, что единственным шансом реабилитироваться для него и ещё двадцати таких же активистов, будет принятие поправок в закон «О реабилитации жертв политических репрессий», которыми единомышленники, не признававшие украинской власти, полностью освобождаются от последствий преследований с ее стороны.

Возможность очистить имя Подъячего существует и без принятия специальных норм.

Сделать это можно, опираясь на предписания УПК РФ. Пока крымские «органы» давали лишь отписки, будто всё законно, что можно объяснить их небольшим опытом работы по российскому праву. Но работа по реабилитации без надежд на мифический законопроект, именно в плоскости уголовного процесса, надеюсь, будет продолжена.   

Пока же получилась парадоксальная ситуация: почти весь западный истеблишмент считает, что Крым достался России даром, в результате спецоперации, которая стала возможна благодаря присутствию силовиков в обличье «вежливых людей».

А по факту все 23 года до возвращения в родную гавань жители полуострова вели неустанную борьбу за свою национальную принадлежность! Конечно, не все, конечно, не гиперактивно, но разве не это тление возмущённого в 1991 году коллективного разума обеспечило феноменально высокие результаты мартовского референдума?