После четырех лет гражданской войны в Сирии многим беженцам становится ясно, что шансы на возвращение домой в ближайшем будущем невелики. Их статус пока неоднозачен.
Президент Сирии – это меньшее из двух зол
Щедрый, но бесперспективный подход Германии и Европейской комиссии вводит беженцев в заблуждение. Германия в одностороннем порядке перестала возвращать беженцев в первую страну прибытия – согласно ранее принятой Дублинской конвенции.
План президента комиссии Жана-Клода Юнкера, который состоит в том, чтобы принудительно переместить 160 000 мигрантов и беженцев в другие государства ЕС, потерпел неудачу: идея столкнулась с жестким сопротивлением со стороны некоторых стран Восточной Европы.
Меркель и Юнкер подали сигнал: ЕС открывает двери для переселенцев не только из Сирии, но потенциально для граждан из развивающихся стран, причем независимо от политической обстановки в их государствах.
Кроме того, как можно принять тот факт, что процветающая Саудовская Аравия отказалась подписать конвенцию или взять хотя бы одного сирийского беженца, с которым их связывает общая культура?
#{smallinfographicright=766021}Наша иммиграционная политика не может быть основана лишь на принципе, согласно которому каждый человек может автоматически иметь право на доступ к тем же экономическим возможностям и социальному обеспечению, что существуют для жителей Северной Европы. Те, кто всегда выступал за политику открытых дверей, эксплуатировали этот кризис, но мы должны также рассмотреть и риски, которые несет ИГ, проникая вместе с беженцами в Европу.
Вместо того, чтобы сосредоточиться исключительно на наращивании политического капитала и моральных обязательств, власти Европы должны думать о своих реальных политических обязанностях внутри союза, при этом стабилизация ситуации в Ираке и Сирии должна быть приоритетом.
Коалиция во главе с США оказывает жизненно важную поддержку сирийцам в кампании против ИГ, но ее сил недостаточно. Государства – члены ЕС должны обеспечить прямую военную помощь антиджихадистам, находящимся в регионе, среди них – бойцы отрядов иракских курдов «Пешмерга», которых я недавно посетил.
На дипломатическом фронте пора признать, что Башар аль-Асад уже превзошел все ожидания. Он является жестоким диктатором, но мы не можем позволить себе такую роскошь, как выбор наших потенциальных союзников. Президент Сирии, на мой взгляд, в свете страшной глобальной угрозы в лице ИГ – это меньшее из двух зол: по крайней мере, он защищает христианские меньшинства.
Мы должны заручиться поддержкой Ирана и согласием России в борьбе с ИГ и заключить мирный договор с Асадом. Я вообще выступаю против безнаказанности за военные преступления, но в этом случае у нас нет иного выбора, кроме как гарантировать сирийскому президенту иммунитет в обмен на передачу власти и его отставку.
Мы видим, что госсекретарь США Джон Керри объявил переговоры с Россией по вопросу Сирии и будущего Асада. Стабилизация ситуации в Ираке требует создания эффективной суннитской коалиции из арабских государств, таких как Египет, Иордания, Ливан и Турция, в борьбе против ИГ: нужно очистить Мосул и большинство суннитских районов.
На Ближнем Востоке нет идеальной основы для стабильности, но, учитывая масштабы гуманитарного кризиса, мы должны попробовать решить этот конфликт.
Источник: ConservativeHome