Незнакомая девушка в ленте пишет: Приехала в Вашингтон, а погода тут совершенно бишкекская. Так здорово. Чувствую себя как дома – где-то между Бишкеком и Алма-Атой. Должно быть, в этом Бишкеке непостижимая благодать.
У счастливых людей нет ничего. Есть только картошка
Видел ворону, которая клевала еще живого голубя, рвала его. А рядом – совсем рядом, вплотную – ходили с важным видом, тряся головами, другие голуби. Никто не испугался, не улетел, не крикнул – пора валить!
В электричке две полные женщины ровно два часа обсуждают картошку.
– Вот я сейчас приеду домой, почищу ее, порежу соломкой, налью на сковородку маслица, кину туда картошечку, выдавлю чесночка.
– А я потру ее железной мочалкой, даже чистить не буду, сварю в мундире, порежу укропчик. Потом полью ее маслом – таким, знаешь, с запахом, в Лианозово беру по 85 рублей – полью ее…
– А я натру ее и оладий напеку.
– А я пирожки еще сделаю. Знаешь какое тесто?
Два часа. Два часа они обсуждают картошку. Два часа они абсолютно счастливы. Нет ничего – ни телевизора, ни кризиса, ни санкций.
Нет патриотизма, нет георгиевских ленточек, нет кошмара повседневного выбора, переживаний и чувства вины. Нет «Боинга», «Фейсбука», мигрантов, курса валют.
Нет сыра из пальмового масла, нет эплвотч, и других часов тоже нет, нет Одесской области, нет платных парковок, нет тревоги и тоски, нет страха и неуверенности.
Нет горя.
У счастливых людей нет ничего. Есть только картошка. И на два часа этого более чем достаточно.
Утром захожу в последний вагон метро – сразу чувство – здесь разлит адреналин. Женщины какие-то возмущенные. А возмущение женщин – как радиация: глазами не увидеть, но глаза от нее сами на пол вытекут.
Описать сложно, но мимо пройти нельзя. Тяжелый воздух, как тяжелая вода из реактора.
Напротив стоящих возмущенных женщин сидят молодые парни – хорошие стрижки, футболки на пуговках (мне такие нравится называть бобочками), шорты (отчего все носят эти идиотские шорты? школьники, что ли?) – в руках пиво, завернутое в пакеты, и электронные сигареты. Вайпят! Вайпят, скоты.
Ладно они четыре места подряд заняли, ладно они пиво с утра пьют. Так они еще и электронные сигареты курят. И вот женщины возмущаются, вполне справедливо, нужно отметить.Я поспел уже к концу разборки – градус женского возмущения достиг фона в центре Припяти – поезд немного задержался на станции, в вагон зашла женщина в милицейской форме и мгновенно вывела молодежь. На платформе этих хозяев жизни приняли, скрутили и увели.
Все стоят, радуются. И тут как–то молниеносно – откуда взялась, неясно – на освободившиеся четыре места, занимая сразу три, с разбегу на сиденье падает негритянка из шуток про «твою мамку». Садится и начинает совершенно анекдотически слушать музыку из телефона.
Женщины уже не возмущаются. Сил нет, все на своих ушли. Тут бы картошки поесть, но погода какая-то бишкекская.
Источник: Блог Дмитрия Самойлова