Новые геополитические реалии и, как говорят сейчас, вызовы ставят перед нашим обществом новые задачи. Помимо всего прочего – в социальной сфере и во внутренней политике.

Главное – создавать и укреплять фундамент нашего национального единства

Если наши самолеты бомбят террористов в Сирии и уничтожают их ракетами из Каспийского моря – это, конечно же, вовсе не значит, что пора кричать «ура» и праздновать окончательную геополитическую победу над нашими давними «партнерами».

И от поражений по дальнейшему ходу «большой игры» мы не застрахованы, особенно если увлекаться шапкозакидательством – вместо планомерного развития – и самоудовлетворенным созерцанием своих успехов. У гидры много голов, очень много, и они имеют свойство отрастать вновь.

В последние годы мы достигли немалых успехов, но немало в нашем обществе и проблем. Хотелось бы затронуть здесь лишь одну из них, которая, впрочем, является корнем многих других. Речь идет об атомизации нашего современного русского общества, его недостаточной сплоченности, разрозненности, несмотря на, казалось бы, его относительную монолитность и только зарождающуюся тенденцию к объединению. Об этом хорошо знают наши геополитические друзья, постоянно эту тему педалируют и периодически вбивают клинья в наш социум.

Для начала обратимся к самой формулировке. «Разрозненность русского общества…» А что это такое? А может быть, «российского», ведь мы живем в Российской Федерации, и все мы теперь, уже почти четверть века, россияне? Вот именно. Были русскими, а стали россиянами.

И если в сознании нашего поколения – тех, кто жил в Советском Союзе – они все же еще остаются русскими, то в сознании новых поколений это уже люди из другой страны, с другим языком, другой культурой, другим самосознанием. И в этом большая проблема и большая трагедия нашего общества, ведь мы осознаем себя уже, чем мы есть на самом деле.

Границы русской цивилизации не совпадают с границами Российской Федерации, и мы до сих пор не можем даже официально признать факт сознательного развала нашей страны и судить виновных (в этой связи очень странными, кстати, выглядят недавние слова президента в интервью Соловьеву: «В 1990 году Россия была инициатором «развода» между республиками бывшего Советского Союза.

Это мы проявили добрую волю и предоставили независимость всем бывшим республикам СССР. Это же произошло не в результате какой-то гражданской войны и других конфликтов подобного рода. Это было общее решение, и среди этого общего решения основным было решение самой России»).

Поэтому в первую очередь мы ни в коем случае не должны терять вот это наше собственное наименование – русские – и не терять его в отношении тех наших братьев, близких нам по духу, языку, истории и культуре, которые живут в других осколках нашего когда-то общего дома.

Итак, русское общество уже как минимум разрознено некогда проведенными границами. До этого, в унитарном государстве, их не существовало, как не было и никаких острых межнациональных конфликтов.

#{smallinfographicright=768882}Но оно разрознено и внутри границ Российской Федерации. Если раньше у нас был единый советский народ, с едиными взглядами, единой культурой, единой идеологией, единой историей, единой целью, единой религией (которая была заменена марксизмом-ленинизмом), готовый отдать за это жизнь и здоровье, пройти любые испытания, то теперь обилие различных социальных групп и партий (part – по-английски «часть») зашкаливает.

С точки зрения либералов, плюрализм – это хорошо, это отражение разнообразия мнений и различных свобод. Однако разные партии – значит разные политические направления, разные взгляды, разные цели, пути. Так, общество уже поделено по политическому принципу. Если разные группы тянут общество в разные стороны, то может получиться как в басне Крылова «Лебедь, щука и рак».

Сколько партий у нас официально было, скажем, в середине XIX века, когда огромная сильная империя простиралась на двух континентах? У нас и Думы-то тогда не было, и парламента (от слова «говорить»), а в СССР у нас была всего одна партия.

А сейчас нам кажется, что мы жить не можем без этих англосаксонских изобретений. Партия – это, по сути, всего лишь сила, которая движет общество к цели. Это жрецы народа, служители политкульта.

Конечно, нельзя отказываться от разнообразия мнений, но надо, во-первых, понимать, откуда оно берется и кто его «разнообразит», а во-вторых, что должно быть единство цели – процветание Отечества и счастье народа.

Еще один разрез социального расслоения в сегодняшней России – религия. Но тут есть один нюанс. Россия – многоконфессиональная страна, и такая ее идентичность сложилась исторически. Разумеется, ни в коем случае не надо эту традицию разрушать, тем более что в этом наше большое цивилизационное преимущество. Однако есть древние, фундаментальные религиозные традиции, а есть различные новые направления, ответвления и течения.

Среди одних только христиан есть православные, старообрядцы, католики, протестанты, баптисты, евангелисты. И это только самые известные. Очень много групп и течений есть и в исламе, в том числе и экстремистских. Множество направлений есть в индуизме, иудаизме.

Даже в неоязычестве, включая и агрессивных украинских националистов. Эти группы (даже в рамках одной нации) спорят между собой по различным религиозно-философским и даже бытовым вопросам, что нарушает их единство. Религиозных течений много, а Бог один.

Нет, конечно, религиозное разнообразие запрещать никак нельзя. Речь о другом – нужно объединить все эти группы людей в нашем сегодняшнем обществе одним фундаментом, одной крышей, одним общим мировоззрением. «Он уже есть, – вы скажете. – Это Россия».

Да, есть, но этого недостаточно. Недостаточно одних слов и формальностей. Нужны конкретные действия, государственные программы по укреплению национального единства, государственные институты, мероприятия… Сегодня между недавно получившим паспорт гражданина выходцем из южной республики и обычным россиянином большой барьер, а его быть не должно.

Третий уровень расслоения – социально-бытовой. Тут уж групп не перечесть. Есть и байкеры, и скейтеры, и сноубордисты, руферы, ролевики, рокеры, панки, эмо, готы – со своей субкультурой, философией и мировоззрением. Болельщики одной спортивной команды, и не терпящие их – другой. Любители одной рок-группы, телеканала, телепередачи, мультсериала, вида спорта или марки пива и их антагонисты по другую сторону.

Либералы и патриоты. А среди патриотов – еще множество групп: противники и сторонники военного вмешательства на Украине, симпатизирующие Стрелкову или критикующие его, «стариковцы», «нодовцы», «КОБовцы» – всех перечесть трудно.

Да и среди либералов нет единства. А еще: монархисты, коммунисты, демократы, анархисты и проч. Москвичи и «понаехавшие». Есть сотрудники одной компании, которые видят свою цель в борьбе с компанией-конкурентом и при этом очень часто забывают о том, что они в первую очередь граждане, жители одной страны, представители одного народа, и им бы заняться чем-то более полезным и продуктивным.

Главное – создавать и укреплять фундамент нашего национального единства. При всем многообразии взглядов. Как снизу – от народа, так и, в первую очередь, сверху – от государства. Должно быть намного больше того, что нас объединяет, тем того, что разъединяет и ссорит.

Когда-то, перед самой страшной войной в нашей истории, наше общество было едино – едино как никогда. «Ну-ка, враг, ты нас лучше не трогай, не балуйся у наших ворот, / А не то встанет грозный и строгий наш хозяин – советский народ» (слова Лебедева-Кумача) – вот какие слова мы были готовы сказать всем посягнувшим на нашу свободу и независимость. Этот народ существовал – вполне реально, а не теоретически, как однажды заявил Дмитрий Медведев.

И, как сказал другой поэт – Сергей Михалков, «встали, с русскими едины, белорусы, латыши, люди вольной Украины, и армяне, и грузины, молдаване, чуваши – все советские народы против общего врага, все, кому мила свобода и Россия дорога!»

Так же и сегодня. Если мы хотим победить в глобальной геополитической схватке, сохранить свою цивилизацию, свой народ, свою идентичность, то мы, при всем различии, должны быть едины, и в этом будет наша сила.