В последнее время много говорят про «новое путинское большинство»: в 2014-м рейтинг Путина взлетел почти на 30% (с 50% до 80%). Можно сказать, что среди этих 80%, поддерживающих президента, 50% – стабильное «ядро» («старые»), а 30% – динамичная «прибавка» («новые»).
Массовое сознание и общественное настроение «раскачано», может колебаться, как маятник: от полюса агрессии – к полюсу страха и депрессии
Эта прибавка – люди более молодых возрастных групп, чем традиционное «путинское большинство». Ранее они относились к деполитизированной либо пассивно-протестной части общества. Они также в большей мере, чем прежнее ядро «большинства», ориентируются на информацию, получаемую из интернета, чем из традиционных СМИ.
Откуда оно взялось, «новое большинство»? Хорошо это или плохо? В краткосрочной перспективе этот рост может рассматриваться как плюс, в долгосрочной вполне возможны и минусы.
Кроме социологических аспектов, нужно учесть и психологические. Резкий рост рейтинга президента произошел на фоне внешнеполитической нестабильности последних месяцев. Между этими явлениями есть очевидная причинно-следственная связь.
События весны – лета 2014-го (Украина, Крым), хотя в реальности пока и не затрагивали большинство россиян персонально, создали в обществе заметную напряженность. Срабатывает синдром тревожных ожиданий, усиливающих неопределенность будущего и потенцирующих социально-психологическую нестабильность.
Повышение чувствительности к внешним стрессовым факторам происходит на почве предшествовавшей деидеологизации общества, кризиса идентичности и национального самосознания (отсюда – рост популярности национальной идеи).
Возрастает уровень социального стресса, и соответственно у многих людей (в первую очередь маргинальных, менее адаптированных, наименее эмоционально устойчивых – тревожных или агрессивных) активизируется универсальный защитный механизм психики – регрессия. В общем – более древнее состояние психики, в котором «оживают» природные инстинкты, в первую очередь самосохранения/выживания, опирающийся на древнюю реакцию «борьба или бегство».
В людях назревают соответствующие настроения – либо агрессия, либо тревога/депрессия. Способствует этому и связанный с регрессией переход от рационального мышления – к иррациональному:
а) снижение критики, чреватое принятием на веру фальсификаций и искажений фактов;
б) катастрофизация оценок, «черно-белое» мышление («кто не с нами – тот против нас»), пристрастность, «наклеивание ярлыков» на оппонентов.
В результате развиваются две формы регрессии:
а) Регрессия агрессивная, точнее, агрессивно-оборонительная. В ее основе лежит т. н. проективная идентификация, приписывание себе всех плюсов, оппоненту – всех минусов.
Из позиции «Я – хороший, они – плохие» возникает образ врага, поскольку все плохое приписывается оппоненту. Отсюда – реакция на собственное недовольство жизнью: в том, что нам плохо, виноват кто-то другой, отсюда же и оправдание агрессии (поскольку «сила в правде», то для доказательства оной все средства хороши).
б) Либо регрессия тревожно-депрессивная, пассивно-оборонительная (дефензивная). Особенно характерна для людей неуверенных, имеет общие черты с детской беспомощностью, зависимостью от родителей.
Таких людей намного больше, чем в предыдущей группе. Именно среди них ведущим трендом настроений становится поиск «защитника», авторитетной политической фигуры, напоминающей родительскую («отец народа»).
Упомянутые две группы людей, которых общественная ситуация подталкивает к регрессии, и составляют социально-психологическую базу «добавочного большинства», это примерно 1/3 взрослого населения (причем (а) и (б) примерно в соотношении 1:2).
Соответственно, «новое большинство» в краткосрочной перспективе может рассматриваться как плюс, в долгосрочной – возможны минусы. Краткосрочные плюсы – поскольку это явление есть порождение коллективной психологической защиты в ситуации социального стресса и неопределенности будущего.
Долгосрочные же минусы связаны с тем, что это явление – индикатор кризисного состояния общества. Ведь порождение нестабильности и само нестабильно – в массовом сознании то, что быстро возникает, так же быстро может исчезнуть.
В психофизиологии известен феномен «раскачки»: если долго, изо дня в день «капать» на мозг даже незначительными стрессовыми воздействиями, он «раскачивается» – истощаются защитные механизмы и возникает срыв. Массовое сознание и общественное настроение «раскачано», может колебаться, как маятник: от полюса агрессии – к полюсу страха и депрессии. То же в отношении персональных политических симпатий.
Еще один важный психологический механизм социальной динамики обязательно следует упомянуть: стремление представить внутренний конфликт как внешний. Это общая закономерность психологической защиты, как на уровне индивида, так и на уровне общества.
В последнем случае она выступает как попытки превратить внутренний конфликт – культурный или экономический – во внешний, в т. ч. милитаризованным путем. Наглядной иллюстрацией служит и то, что происходит сегодня на Украине.
И политика США последних лет – в доктрине «конфликта цивилизаций» Запад – Восток на место ближневосточных государств, из которых уже выкачаны ресурсы, в глазах общественного мнения усиленно «проталкивается» Россия. И все – при молчаливом одобрении большинства, в чем виновата все та же регрессия.
Каковы перспективы для России? Сегодня «новая» Россия, та меньшая часть общества, «унесенная интернетом», которая живет в 21-м веке, во весь виртуальный голос заявляет о своем гнетущем беспокойстве и декларирует нарастающую агрессивность.
Из нее и мобилизуется значительная часть «нового большинства». А «старая», основа прежнего большинства, для которой «властителем дум» еще выступает ТВ, хранит молчание. И хотя напряженность накапливается и там, и там, именно «новое» большинство в силу своей лабильности способно быстрее перейти от смутной тревоги к неконтролируемой панике, от декларативной агрессивности – к реальной. Весьма вероятно – на почве межэтнической напряженности, грозящей расколом общества и распадом страны.
Вывод прост: процесс формирования «нового большинства» закономерный, но во многом нестабильный. Такое «незрелое» большинство может рассматриваться как порожденное нагнетанием напряженности «реактивное образование» массового сознания, российской «собирательной личности», отражающее механизмы коллективной психологической защиты.
В дальнейшем возможны два сценария:
а) Пессимистичный – дестабилизация общества в случае ухудшения социально-экономической ситуации и заметного снижения уровня жизни.
б) Оптимистичный – стабилизация общества, укрепление новой идентичности и превращение неустойчивого реактивного образования, вызванного стрессом, в стабильное личностное развитие.
Общество нынче нездорово, под прессом социальных стрессов усилились и обострились его традиционные проблемы. И потому обществу нужна социальная психотерапия – чтобы помочь успокоиться массе людей и трезво (в разных смыслах) взглянуть на действительность.
Сегодня, во избежание грядущих катастрофических последствий, общество должно быть консолидировано, как отмечает Сергей Глазьев. Но не на основе общей паники или общей ненависти.
А на основе разума.