Нобелевскую премию по литературе получил француз Патрик Модиано.
Модиано я помню с парижских моих 80-х годов. Он запомнился оригинальностью фрика
Президент Олланд заявил, что Франция гордится присуждением премии «одному из самых великих ее писателей».
Скорее всего, здесь налицо погрешность при переводе. Патрик Модиано на великие писатели не тянет нисколько.
Он скорее один из мелких писателей Франции.
Нобелевский комитет тоже особо не отметил его литературные заслуги, комитетчики декларировали, что дали Модиано премию «за искусство памяти, благодаря которому он выявил самые непостижимые судьбы и раскрыл жизненный мир человека времен оккупации».
Дело в том, что все без исключения книги Модиано повествуют о времени оккупации Франции в 1940–1944 годах.
Он такой себе реконструктор того времени и той ситуации. Пишут, что его книги автобиографичны, но родился-то он в 1945 году.
С фотографий в СМИ на вас смотрит такой себе ординарно безвольный старик. Его еле нашли черт знает где – новость о том, что он стал лауреатом, застала его в ресторане, Модиано сидел там и обедал с женой.
Для француза ресторан – вполне рядовое место, и обед со старой женой не показатель высокого уровня жизни, так что не подумайте.
Узнав о премии, жена заплакала, а Модиано сказал, что хочет посвятить эту победу своему внуку. Ну, как приличный буржуа.
Я его помню с парижских моих 80-х годов. Он запомнился своей такой оригинальностью фрика, по-моему, заикался и выглядел таким чудаком, полудурачком.
Я, молодой тогда литератор, водил дружбу с такими же сорвиголовами – французскими писателями из круга газеты L'Idiot international, c анархистами из только тогда зародившегося Dilettente, с молодыми коммунистами из журнала Revolution. Для них и для меня Модиано был деревенщиной, анахронизмом, в лучшем случае – автором исторических романов.
У меня не было и нет к нему враждебности, но, конечно, он – мелкая сошка.
Источник: Блог Эдуарда Лимонова