Путин не объявит о введении войск на Украину (если, конечно, со среды на четверг на Юго-Востоке не начнутся зачистки восставших городов), но, несомненно, он четко и жестко даст понять, что Россия гарантирует безопасность населения тех регионов, которые не признают киевскую власть.
Не заявит Путин и о признании Донецкой народной республики – развитие украинского кризиса зависит от позиции Запада, и Россия все еще хочет сделать все для сохранения, а точнее создания федеративной Украины.
Переговоры, которые должны начаться в четверг в Женеве, покажут, насколько искренен Запад в своей заботе об украинской независимости, или же, продолжая поддерживать киевские власти, он фактически ведет дело к распаду государства. В целом Путин даст понять Западу, что давить на Россию по украинскому вопросу не просто бесполезно, но и контрпродуктивно – мы не отступимся, войны не допустим и будем делать все для того, чтобы Россия и Украина были вместе.
Учитывая, что развитие нашего Тихоокеанского региона еще в декабрьском послании Путин объявил важнейшей задачей России в 21 веке, наверняка и в ходе прямой линии Дальнему Востоку будет отведено особое место.
Скажет Путин и о намеченном на конец месяца подписании учредительных документов Евразийского экономического союза – его построение и расширение станет важнейшей внешнеполитической задачей для страны на среднесрочную перспективу. Нынешние украинские события фактически стали ответом Запада на усиление России и призваны были не допустить реинтеграции России и Украины через Евразийский союз.
Ключевой вопрос сегодня – насколько блокада со стороны атлантического сообщества приведет не просто к переориентации нашей экономики с Запада на Восток и Юг, но и к смене самой идеологии экономического развития и социального устройства.
Все последние годы государство и так разворачивалось к реальному сектору – упор на развитие ВПК и крупные инфраструктурные проекты – и стремилось стать более социальным. Но окончательного отказа от либеральной матрицы при формировании условий развития страны так и не произошло – по-прежнему сочетаются идеология развития и идеология наживы и потребления.
Смена экономического курса (не говоря уже о смене социально-экономической модели) напрямую связана с персоналиями, с выдвижением людей, не исповедывающих монетаристский и либеральный подход к экономике.
Сам ход событий ведет Россию в этом направлении – и все же пока еще преждевременно ждать от Владимира Путина кардинальных решений. Отставки правительства и смены курса в ближайшие недели точно не будет – всему свое время.
Модернизационный рывок, мобилизацию всех сил, тем более в период ухудшения внешних обстоятельств, способно обеспечить только сильное государство. Только общими усилиями – вместе с тем бизнесом, который не просто объявляет себя «патриотическим», но и на самом деле является национальным.
Коррупция, которую Путин начал по-настоящему выжигать в последние два года, по-прежнему остается главной проблемой нашей элиты – впрочем, не только чиновничьей, но и бизнеса. Но претензии народ предъявляет к чиновникам, потому что видит и слышит именно про посадки и аресты федеральных и муниципальных служащих. Вопросы о борьбе с коррупцией – одни из самых часто задаваемых на сайте «Прямой линии».
Причем одним из главных инструментов такого контроля становится Народный фронт – организация, на которую все больше и больше опирается Путин в своих действиях в регионах и в социально-экономической сфере.
Роль ОНФ, несомненно, повысится и в ходе проведения начинающейся сейчас муниципальной реформы, у которой будет две главные цели: приближение депутатского корпуса к избирателям и восстановление единой вертикали власти до самого низового уровня (то есть устранение конфликтов между мэрами и губернаторами и улучшение управляемости). Тему муниципальной реформы президент тоже не обойдет вниманием в ходе прямой линии.
Важно не только то, что скажет Путин, но и как он это скажет, ведь главный сигнал прямая линия дает не тем десяткам миллионов, которые ее смотрят или слушают, а конкретно российской элите, точнее даже ее коррумпированной и замкнувшейся в себе (и страхе за свои «европейские ценности») части. Людям, которые прекрасно понимают, что Путин, в отличие от них, пользуется реальной народной поддержкой и не боится говорить напрямую с людьми, а значит, имеет огромный ресурс для проведения своей линии.