«Выделение в отдельные категории США и других стран отчасти верное. Цифровой суверенитет и самые мощные наступательные возможности в киберпространстве имеют только Соединенные Штаты. Они также лидируют и по внедрению цифровых технологий во все сферы жизни человека», – отметил эксперт в сфере кибербезопасности Игорь Ашманов.
По его словам, частично цифровой суверенитет, защитные и наступательные возможности в киберсфере есть у стран второй категории, где находятся Россия, Китай, Великобритания, Франция и другие. При этом он отмечает наличие градации и внутри нее.
«Китай пока лидирует среди стран этой категории, поскольку у него наиболее развита цифровая независимость. Не знаю, как там оказались Австралия и Канада. Я никогда не слышал про какой-нибудь волшебный австралийский программный продукт. Это либо реверанс в сторону англосаксонских союзников, либо неявное указание на их несамостоятельность в этой сфере и наследование кибервозможностей от своего «старшего брата» – США. Но в целом со второй категорией тоже можно согласиться», – отметил собеседник.
Ашманов отдельно отметил киберпотенциал Франции, России и Израиля. «Франция – страна с развитыми компьютерными возможностями. У них сохранилась хорошая школа в этой сфере. Израиль – тоже кибердержава. Их хакеры – одни из самых сильных в мире. А многими израильскими программными продуктами мы пользуемся, даже не осознавая этого. Так, мы использовали израильскую разработку ICQ еще с 1990-х годов. Кроме того, если посмотреть на технологии фильтрации контента – DPI (Deep packet inspection), то их насчитывается лишь несколько в мире. Одна разработка – канадская, другая – американская и самая мощная – израильская, также есть китайские и российские продукты. Но при этом у Израиля, как и у России, существует зависимость от цифровой индустрии США за счет программного обеспечения Windows, Facebook*, Google и других», – пояснил эксперт.
Ашманов заметил, что в данном рейтинге отсутствуют такие технологически развитые страны в киберсфере, как Германия и Южная Корея. «Этот рейтинг заметно перекошен в сторону англосаксов. Для них любой рейтинг – это маркетинговый и социально-психологический инструмент, с помощью которого они достигают своих пропагандистских целей. Примечательно, что в третьей зоне нет арабских и африканских стран, что довольно странно. Наверное, в исследовании должна быть выделена еще четвертая категория под названием «прочие оси», куда относят тех, у кого все показатели слишком низкие», – заключил собеседник.
В понедельник Международный институт стратегических исследований (IISS) подготовил доклад, в котором перечислил 15 основных мировых кибердержав. В рамках двухлетнего исследования авторы доклада рассмотрели возможности стран по семи критериям: стратегия и доктрина; управление, командование и контроль; возможности киберразведки; зависимость от киберпространства; кибербезопасность; глобальное лидерство в вопросах киберпространства, а также наступательный кибернетический потенциал.
Соединенные Штаты стали единственной страной, занявшей первое место по всем критериям. Страны «второго уровня» обладают преимуществами лишь в ряде категорий. В число этих государств вошли Россия, Австралия, Канада, Китай, Франция, Израиль и Великобритания.
«Третий уровень», включающий Индию, Индонезию, Иран, Японию, Малайзию, Северную Корею и Вьетнам, обладает сильным или потенциальным преимуществом в некоторых категориях, но имеет существенные недостатки в других.
Из доклада следует, что даже Китай сможет сравняться с США по кибервозможностям не раньше, чем через десять лет. Остальные страны – и того позже. Так, России нужно улучшить ситуацию в сфере кибербезопасности, увеличить долю на международном цифровом рынке и продолжать разрабатывать наступательные инструменты для военных действий в киберсфере. Москва, считают в IISS, проводит цифровизацию в сфере госуправления, но сильно зависит от зарубежных поставщиков технологий. Достижению амбициозных целей России могут помешать некие «экономические обстоятельства».
Международный институт стратегических исследований финансируется за счет фондов, монополий, частных лиц и организаций США, Великобритании, ФРГ, Италии, Японии и других стран. Он был создан в 1958 году и сначала изучал вопросы предотвращения распространения ядерного оружия и контроля вооружений. Сейчас спектр проблем гораздо шире: это военно-экономический потенциал государств, военные доктрины и состояние вооруженных сил стран мира. Работает с министерствами обороны стран НАТО.
Ранее советник президента США по нацбезопасности Джейк Салливан заявил о том, что если Россия не сможет пресечь действия хакеров, совершающих преступления с ее территории, США готовы использовать собственные средства.
«На практике это означает способность американских специалистов вычислить хакеров на территории России, после чего они начнут атаковать нашу инфраструктуру», – сказал газете ВЗГЛЯД IT-эксперт Сергей Вакулин.
В то же время президент России Владимир Путин заявил, что Москва и Вашингтон начнут консультации по кибербезопасности. Путин назвал ее не только «чрезвычайно важной в мире вообще», но и попросил «отбросить инсинуации» по поводу обвинений о причастности России к хакерским атакам.
Ранее жертвами хакеров стали сети трубопровода Colonial Pipeline (обеспечивает 45% поставок топлива на восток США) и мясоперерабатывающая компания JBS (контролирует около 20% убойных мощностей для крупного рогатого скота и свиней).
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ