«Острота восприятия вопросов брака присутствует в светском обществе из-за непонимания специфики религиозной жизни. Она подразумевает, что крепкая семья основывается на единой вере супругов и на едином представлении о Боге. Такое положение есть в большинстве религиозных традиций, поэтому муфтий Чечни прав в своем заявлении», – сказал руководитель центра по изучению проблем религии и общества Института Европы РАН Роман Лункин.
При этом Лункин отметил, что ислам на территории России не имеет централизованной структуры и абсолютно единой позиции. «Существуют разные духовные организации регионального и федерального значения, у них есть свои акценты и оттенки мнений. С этим и связаны некоторые расхождения в позициях Духовного управления мусульман России (ДУМ) и Духовного собрания мусульман (ДСМ) России», – добавил эксперт.
Кроме того, «две эти организации постоянно конкурируют друг с другом в публичном пространстве, поэтому для них естественно делать разные заявления». «Однако по сути никаких разногласий по вопросу мусульманских браков между ДУМ и ДСМ нет. Несмотря на то, что Духовное собрание назвало межконфессиональные браки возможными, вряд ли оно их действительно поддерживает», – заметил собеседник.
По словам эксперта, Русская православная церковь разделяет позицию чеченского муфтията о невозможности браков между иноверцами. «Некоторые православные деятели уже отреагировали на заявление муфтия словами поддержки. Но со стороны представителей РПЦ присутствует и более радикальная позиция – необходимо ввести такое же жесткое правило и в русле православия», – заключил он.
Напомним, во вторник муфтий Чечни Салах-Хаджи Межиев заявил о полном запрете браков с иноверцами в исламе. По его словам, «эти браки и не разрешали, для того, чтобы запрещать». Как заявил муфтий, «все и так знают, что в исламе никах с немусульманкой запрещен».
Так он прокомментировал богословское заключение Духовного управления мусульман России, которое назвало такие браки возможными.
Ранее Духовное управление мусульман России вынесло запрет на браки с иноверцами, против которого выступил Совет улемов Духовного управления мусульман Татарстана.