Вклад каждой из компаний составит до 950 млн евро, передает ТАСС сообщение Газпрома.
Новая схема позволяет финансировать проект, однако ограничивает ответственность и степень участия компаний
В Shell уточнили, что «каждая компания предоставит долгосрочную кредитную линию в размере 285 млн евро, которая, как ожидается, будет выбрана в 2017 году». Выборка кредита в 665 млн евро будет зависеть от будущих решений Nord Stream 2 AG в отношении финансирования проекта.
Ранее финансирование проекта планировалось через совместное предприятие Nord Stream 2 AG, куда входил Газпром наравне с пятью теми же европейскими компаниями – Engie, OMV, Royal Dutch Shell, Uniper и Wintershall. Однако в прошлом году польский антимонопольный регулятор отказался одобрить создание этого СП, увидев некую угрозу конкуренции на своем рынке, потребовав новых деталей, разъяснений от Газпрома и т. д.
Между тем заявки на одобрение создания СП Nord Stream 2 AG были поданы не только в польское антимонопольное ведомство, но и в немецкое. Германия не нашла никакого нарушения и в срок дала добро на проект. Тогда как Польша специально затягивала решение.
Для Варшавы главным было – не вынести справедливое решение, а затягивать его принятие как можно дольше, чтобы сорвать все сроки начала строительства «Северного потока – 2». По сути, старт финансирования «Северного потока – 2» оказался в руках Польши.
Однако Газпром и его европейские партнеры оказались хитрее: они отказались играть по правилам Варшавы. Европейские акционеры решили выйти из этого СП Nord Stream 2 AG (где остался один Газпром) и придумать новую схему финансирования трубопровода, при которой не потребуется одобрения от польского регулятора. И вот теперь они эту схему придумали: вместо СП подписано соглашение о финансировании «Северного потока – 2» между компания Nord Stream 2 AG (теперь это дочернее предприятие Газпрома) и все теми же пятью европейскими энергетическими компаниями.
Почему же Газпром и его партнеры изначально выбрали как форму сотрудничества СП, а не соглашение о финансировании? С точки зрения Газпрома СП было бы немного лучше.
«Новая схема позволяет финансировать проект, однако ограничивает ответственность и степень участия компаний. Иными словами, Газпром находится теперь в более незащищенном положении. Повышаются риски российской компании, связанные с административным давлением Еврокомиссии, теперь разбираться с проблемами Газпрому придется самостоятельно», – говорит газете ВЗГЛЯД старший юрист BMS Law Firm Тарас Хижняк.
Кроме того, когда иностранные участники только финансируют проект (а не являются акционерами СП), они с большей легкостью могут его покинуть. «Например, если власти ЕС выдали предписание европейской компании приостановить финансирование в рамках европейского законодательства, то она должна будет исполнить это. В случае международного консорциума с участием Газпрома такой финт не прошел бы: под предыдущую схему заключались международные соглашения, которые разорвать было гораздо сложнее, одного декрета властей ЕС было бы недостаточно», – говорит адвокат бюро «Деловой фарватер» Сергей Варламов.
С другой стороны, Газпром избавился от польского давления, получит деньги и сможет вовремя начать строительство трубы. Плюс при новой схеме иностранные инвесторы будут иметь меньше рычагов для влияния на практические моменты реализации «Северного потока – 2», замечает Варламов.
По морской части «Северного потока – 2» проблем с ЕК в принципе быть не должно. Еврокомиссия в марте сама признала, что у нее нет никаких юридических оснований помешать строительству трубы. Однако основная битва еще предстоит на суше. Впрочем, Газпром готовится к ней уже сейчас.
В начале апреля глава правления немецкой нефтегазовой Wintershall Марио Мерен говорил, что Польше не удалось сорвать строительство «Северного потока – 2». А ранее, в марте, даже Еврокомиссия подтвердила невозможность применить третий энергопакет к «Северному потоку – 2».