Как пишут в понедельник «Ведомости», государство добивалось формального контроля над Газпромом с 2005 года. Планировалось, что Роснефтегаз получит недостающий пакет от Газпрома в обмен на долю в 72 газораспределительных станциях (ГРС), но оценка ГРС не устроила Газпром, и сделка не состоялась.
Сечин в январе 2012 года, еще с позиции зампреда правительства, обвинил компанию в срыве поручения Владимира Путина. Совет директоров Газпрома одобрил покупку ГРО две недели назад, но не за акции, а за деньги – 25,8 млрд рублей.
Роснефтегаз не сообщил Росимуществу, у кого куплены акции, но, вероятно, на рынке, полагает один из собеседников издания. Косвенным подтверждением могут служить торги 13, 14 и 15 марта, когда оборот акций Газпрома, по данным Московской биржи, составил 11 млрд, 9 млрд и 15 млрд рублей соответственно против 5 млрд рублей в обычные дни.
Совет директоров Роснефтегаза одобрил сделку без директивы Росимущества, заверили «Ведомости» оба человека, близких к советам директоров компаний. По постановлению правительства от 2004 года об управлении госкомпаниями с правительством должны согласовываться решения об участии или прекращении участия в капитале других компаний.
Член совета директоров, представляющий интересы государства, должен запросить у Росимущества директиву, а в случае ее отсутствия – воздержаться или голосовать против. В совете Роснефтегаза пять человек (Сечин, врио гендиректора Роснефтегаза Лариса Каланда, предправления Газпромбанка Андрей Акимов, предправления «Согаза» Сергей Иванов, председатель совета директоров «Итеры» Игорь Макаров) – и все от правительства.
У Роснефтегаза уже были акции Газпрома, покупка еще 0,23% директивы не требовала, объясняет человек, близкий к Роснефтегазу. Сечин мог и согласовать сделку с президентом – в начале марта он писал Путину (письмо цитировали «Известия»), что Роснефтегаз планирует инвестиции в Газпром, это позволит государству получить контрольный пакет в компании и обеспечит рост ее капитализации.