Россия преодолела зависимость от поставок газовых турбин большой мощности иностранного производства, заявил глава госкорпорации «Ростех» Сергей Чемезов на встрече с премьер-министром Михаилом Мишустиным.
«Мы турбину большой мощности ГТД-110М устанавливаем на станцию «Ударная», которую строят на Таманском полуострове. Это первая серийная турбина. Мы уверены в том, что можем быть независимыми от Siemens и General Electric. Мы построили три станции. Это третья. Две станции построили в Крыму и одну на Таманском полуострове – «Ударную», которую в этом году запустим полностью», – отметил Чемезов.
ГТД-110М – серийный газотурбинный двигатель большой мощности. Такие турбины применяются на современных ТЭЦ и газовых электростанциях.
Разработчики: компании «Интер РАО», Роснано (ИЦ «Газотурбинные технологии») и «ОДК-Сатурн» («дочка» Ростеха). Производятся на «ОДК-Сатурн» в Рыбинске Ярославской области. Серийный выпуск с 2024 года – две единицы в год.
«Собственные газовые турбины большой мощности – это ахиллесова пята российской энергетики. Над локализацией технологии производства турбин Россия бьется более 10 лет, и помимо Ростеха, есть проекты «Силовых машин» на 65 МВт и 170 МВт. Это позволит заменять выходящие из строя установки от Siemens и General Electric, которые стоят на новых газовых станциях», – говорит Сергей Гришунин, управляющий директор рейтинговой службы НРА.
«Газовая турбина имеет размер с небольшой дом и может обеспечить потребности в энергии целого, пусть и небольшого, города. Долгое время казалось, что альтернативы таким компаниям, как Siemens, просто нет.
Однако в прошлом году совокупные чистые убытки «большой четверки» производителей газовых турбин составили почти пять миллиардов евро. Поэтому выпуск Ростехом первой российской серийной турбины – исключительно важное событие. Ведь речь может идти уже не только о замещении западной продукции, но и даже о потенциальной конкуренции. Это достижение уже качественно иного порядка», – считает Павел Севостьянов, действительный госсоветник РФ, доцент кафедры политического анализа и социально-психологических процессов РЭУ им. Плеханова.
Ключевым моментом здесь является то, что турбины большой мощности стали производить серийно, отмечает Николай Переславский, руководитель направления «Сопровождение» ГК CMS.
Такие мощные газовые турбины Россия сама не производила. Мы умели делать малые и средние газовые турбины, но не мощностью от 100 МВт. Поэтому когда в 2000-х годах начали активно строить электростанции, турбины стали закупать у западных компаний – Siemens и General Electric. Потом были созданы совместные предприятия с этими компаниями, однако о глубокой локализации производства сложно говорить. При этом иностранные компании зарабатывали в России не только на продаже своих турбин, но и на их обслуживании и ремонте.
Эксперты ВШЭ ранее подсчитали, что зависимость России от импорта газовых турбин на 2022 год составляла более 90%, а это критическая зависимость. Но после 2022 года главные их поставщики Siemens и General Electric перестали работать с Россией и вышли из совместных предприятий. Поэтому задача импортозаместить газовые турбины большой мощности стала еще более актуальной. В качестве временного решения на ряде объектов западные турбины стали менять на турбины меньшей мощности.
Как так получилось, что Россия вообще оказалась в такой сильной зависимости от западных газовых турбин большой мощности? Часть технологий была утеряна с распадом СССР. Дело в том, что во времена СССР производство газовых турбин большой мощности, в том числе для кораблей ВМФ, было размещено на территории Украины, а у РСФСР было производство авиадвигателей. После распада Советского Союза эти компетенции так и остались на Украине. Сначала сосед поставлял газовые турбинные двигатели для кораблей ВМФ России, но постепенно экономические связи нарушались: николаевский завод «Зоря-Машпроект» не выполнил свои обещания, из-за чего Россия не смогла продолжить строительство ряда кораблей для ВМФ РФ.
Нельзя сказать, что Россия не пыталась сама создать газовые турбины большой мощности. Разработка газовой турбины ГТД-110М началась еще в 1990-х. И ее разрабатывали как раз на основе доработки ранее неудачной модели двигателя ГТД-110 николаевского завода «Зоря-Машпроект».
Новая турбина была разработана, ее даже использовали на Ивановской ГРЭС и Рязанской ГРЭС в конце 2000-х. Однако продукт оказался со многими «детскими болезнями». В итоге турбину тогда так и не довели до ума, проект забросили – и было решено пойти по более простому и быстрому пути. С 2000-х годов газовые турбины большой мощности Россия начала покупать за рубежом. Их массово ставили на строящиеся в России электростанции.
«Трудности в создании крупных газовых турбин заключаются в высоких технологических требованиях и сложности инженерных решений. Разработка такого оборудования требует глубоких знаний в области материаловедения, теплообмена, аэродинамики, а также точного производственного процесса. Опыт в авиационной отрасли, безусловно, полезен, но передача технологий между секторами требует времени и усилий», – говорит Ярослав Кабаков, директор по стратегии ИК «Финам».
Возможно, в прошлом Россия выбрала путь покупки зарубежных установок не столько из-за отсутствия компетенций, сколько из-за экономической целесообразности и ускорения развертывания новых энергетических мощностей, полагает эксперт. Сейчас же в контексте политических и экономических испытаний приоритеты изменились. «Сегодня способность самостоятельно производить ключевые компоненты для энергетической инфраструктуры становится вопросом национальной безопасности и экономической устойчивости», – говорит Кабаков.
Россия комплексно вернулась к созданию собственной газовой турбины большой мощности после скандала в Крыму, когда компания Siemens заявила о запрете использования своих установок, а до этого вопросом занимались по остаточному принципу, говорит Гришунин. Однако быстро создать турбину не получилось. В 2017 году она повредилась на испытаниях, и ее пришлось дорабатывать.
«Газотурбинные установки – это продукт высочайшей инженерной квалификации как в части разработки проекта, так и в части технической реализации. Первая установка ГТД-110М в 2017 году разрушилась при испытаниях, и это нормально для столь сложного оборудования. Аналогичные аварии происходят с опытными образцами установок и в Китае, где количество инженерных кадров несравнимо с нашим. Увеличение веса вращающихся конструкций неизбежно ведет к резкому риску разбалансировки, что на таких скоростях просто разрывает установку на части, поэтому появление работающей серии – это огромный шаг вперед и заслуга инженеров страны», – говорит Сергей Гришунин.
В результате рыбинский «ОДК-Сатурн» справился с задачей, «детские болезни» были вылечены. Турбина была доработана, прошла успешные испытания на Ивановском ПГУ – и стартовало серийное производство. «Отечественная турбина имеет меньший вес и габариты и более высокие показатели топливной эффективности. Планируется производить две турбины в год с наращиванием производства и со временем заменить все импортные агрегаты на отечественные», – говорит Переславский.
Параллельно разработкой турбины большой мощности занимается еще одна российская компания – «Силовые машины». В создании ГТС-170 принимают участие более 150 инженеров высшей квалификации, нужно создать и произвести 1600 узлов оборудования турбины. Эти цифры подчеркивают, насколько эта задача сложная и многопрофильная, говорит Переславский. В планах у «Силовых машин» выпускать 12 таких турбин в год. Конкуренция в этом секторе внутри страны не помешает.
К тому же справиться с ожидаемым спросом на такие турбины двум производителям будет легче.
«В России сегодня действуют около 310 газотурбинных установок. Каждая ценой примерно в 3-4 млрд рублей. Соответственно, до 2035 года иностранцы могли бы получить в России 1,5-3 млрд долларов только за поставку оборудования, без учета запчастей и стоимости монтажа и ремонтов»,
– говорит Гришунин. Однако теперь будущие заказы получат отечественные производители – и деньги останутся в стране.
Более того, России не придется закупать такие турбины у Ирана, что обсуждалось в 2022 году.
В том, что Иран уже давно может производить газовые турбины большой мощности, в отличие от России, нет ничего удивительного. Иран не создал свое, просто в свое время он смог добиться от Siemens сохранения лицензии на производство таких турбин несмотря на санкции, импортозаместив материалы и детали. А вот Россия создала собственную турбину большой мощности с нуля.
Конечно, заменять все газовые турбины на отечественные в ближайшее время нет необходимости. Потому что средний срок службы турбины на ТЭС составляет 30 лет с возможностью продления. А зачастую оборудование Siemens или General Electric на наших ТЭС было поставлено в 2012–2017 годах, то есть оно считается довольно новым. Однако рынок для отечественных турбин есть. Согласно подсчетам Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) к 2027 году российские генерирующие компании будут нуждаться в 28 газовых турбинах большой мощности, отмечает Владимир Чернов, аналитик Freedom Finance Global.
Ростех оценивал потребности рынка до 2035 года в 50 таких установок. Однако в случае активизации развития Дальнего Востока и новых регионов потребность может увеличится на 25-30%, считает Гришунин.
«На мой взгляд, Россия через год-два войдет в высшую лигу мирового турбиностроения по объемам и качеству и составит серьезную конкуренцию ушедшим с отечественного рынка зарубежным компаниям», – заключает Переславский.