Минфин отчитался о росте доходов бюджета в начале года. Там посчитали, что в феврале федеральный бюджет может получить 195,4 млрд рублей дополнительных нефтегазовых доходов. На фоне этих ожиданий Минфин с 7 февраля по 6 марта планирует направить на покупку иностранной валюты/золота в рамках бюджетного правила 73,2 млрд рублей, ежедневный объем операций составит эквивалент 3,7 млрд рублей.
В январе нефтегазовые доходы бюджета уже увеличились в 1,6 раза в годовом выражении до 675,2 млрд рублей против 425,5 млрд рублей в январе 2023 года. При этом налоговые поступления в январе сократились до 675,2 млрд рублей против 970 млрд рублей в декабре 2023 года, хотя в прошлом году бюджет получил почти в два раза больше доходов от налогов на добычу и экспорт нефти и газового конденсата (НДПИ, экспортная пошлина и налог на добавленный доход (НДД) от добычи углеводородов) – 770,8 млрд рублей (в сравнении с 2022 годом).
«Рост нефтегазовых доходов бюджета РФ в январе 2024 года во многом объясняется низкой базой прошлого года. Рублевая цена барреля нефти в прошлом месяце составила в среднем чуть выше 6 тыс. рублей, при этом в январе прошлого года она была на 32% ниже этого значения», – объясняет начальник аналитического управления банка «Зенит» Владимир Евстифеев.
В первом квартале прошлого года доходы бюджета резко упали. Это стало логичной реакцией на снижение цен на нефть и, конечно же, на санкции против российской нефти и нефтепродуктов. Чтобы перенаправить сырьевые потоки с европейского на азиатское направление, потребовалось время – смена логистики, формирование специального флота для перевозки наших ресурсов, согласование тонкостей с покупателями, урегулирование финансовых и страховых тонкостей. Все это отразилось на нашем экспорте и, соответственно, доходах бюджета в первом квартале прошлого года.
Что касается снижения налоговых поступлений в январе по сравнению с декабрем, то это может быть связано с сезонностью. «В декабре объем к уплате страховых взносов и НДФЛ традиционно выше. Более того, в декабре значительную долю в налоговых поступлениях занимает налог на прибыль из-за разницы фактического и анонсированного показателя прибыли организаций. В январе меньшее число рабочих дней и, как правило, деловая активность заметно меньше других месяцев», – говорит Евстифеев.
Еще одна причина роста нефтегазовых доходов в первые два месяца этого года – это снижение дисконта российской нефти.
«Рост объема дополнительных нефтегазовых доходов в феврале 2024 года, по всей видимости, обусловлен сокращением дисконта цены на Urals к основным бенчмаркам. В настоящее время дисконт Urals к Brent составляет около 12 долларов»,
– объясняет Николай Дудченко, аналитик ФГ «Финам».
Впрочем, Наталья Мильчакова, ведущий аналитик Freedom Finance Global, оценивает январские данные по нефтегазовым доходам неоднозначно. «С одной стороны, 675,2 млрд рублей нефтегазовых доходов, которые бюджет получил в январе текущего года, – это успешный результат, который почти на 60% превысил объем нефтегазовых доходов бюджета в январе 2023 года и на 4% аналогичный показатель декабря 2023 года. Но, с другой стороны, объем доходов от экспорта нефти и газа оказался ниже плана на 122 млрд рублей, или на 38%. Снижение налоговых поступлений добавляется к относительно негативной стороне. Поэтому о резком росте доходов бюджета говорить не приходится, скорее, доходная часть бюджета восстанавливается медленно и недостаточно стабильно», – полагает Мильчакова.
Эксперт указывает на снижение стоимости нефти Brent в январе почти на 6%, что наверняка стало одним из факторов недополученных доходов бюджета по сравнению с планом.
«Цены российской нефти, учитывая не только Urals, но и ESPO, которая продается практически без дисконта к Brent, в январе, по нашей оценке, оказались примерно на 13–15% ниже, чем в декабре. В среднем российская нефть продавалась в январе по 65–70 долларов за баррель.
К этому также добавилось плановое сокращение добычи нефти и, вероятно, сокращение импорта российской нефти Индией из-за ужесточения санкций. Поэтому бюджет и недополучил нефтегазовые доходы», – рассуждает Мильчакова.
Впрочем, в 2023 году средняя цена нефти марки Urals составила почти 63 доллара за баррель (что выше потолка цен в 60 долларов). Это ниже, чем стоимость нефти в январе 2024 года.
По первым месяцам года очень сложно говорить о том, справится ли бюджет РФ в целом в этом году с расходами и доходами и какой будет дефицит. Первый квартал не всегда может быть показательным. В прошлом году по первому кварталу рисовался страшный дефицит бюджета. Но потом ситуация настолько стабилизировалась, что по итогам 2023 года федеральный бюджет был исполнен с дефицитом в 1,9% ВВП, тогда как по плану стояло 2% ВВП.
«В бюджет 2024 года заложена рублевая цена барреля нефти на уровне 6,4 тыс. рублей, что на 16% выше 2023 года. При снижении цен на нефть и среднесрочном отклонении рублевой цены барреля дефицит бюджета может быть выше запланированных 1,6 трлн рублей», – говорит Евстифеев.
Собственно, не очень благоприятная ценовая конъюнктура, складывающаяся на энергетическом рынке, – один из главных рисков для бюджета на данный момент, отмечает Николай Дудченко.
«Мы видим, что ряд стран активно стремятся наращивать добычу, нивелируя тем самым соглашение OПЕК+ о сокращении добычи нефти. Это приводит к тому, что цена на нефть находится под давлением»,
– говорит эксперт.
Второй риск, по его словам, – это усиление санкционного давления на Россию. Он напоминает, что в прошлом году возникали сложности с доставкой российской нефти марки Sokol в индийские порты. В январе этого года поставки российский нефти в Индию снизились на 9%, однако пока это не критично: Россия продолжает оставаться крупнейшим поставщиком нефти в Индию.
Как бы то ни было, в январе Россия получила сверхдоходы от нефти и газа – от цены нефти выше 60 долларов за баррель, именно поэтому Минфин вернулся к покупкам валюты для пополнения ФНБ, то есть наших резервов. «Это может в феврале несколько ослабить рубль, хотя сильного обвала и роста доллара до 100 рублей, пока действует требование об обязательной продаже экспортерами валютной выручки, мы этой зимой не ожидаем», – заключает Мильчакова.