Страны ОПЕК+ проголосовали за сокращение добычи нефти. Квоты сократятся на 2 млн баррелей в сутки. Это стало неожиданно в том плане, что неделю назад эксперты прогнозировали сокращение квот на 500 тысяч, максимум на 1 млн баррелей, а на 1,5 млн и вовсе выглядело фантастичным.
Однако ОПЕК+ удивила всех. Особенно недовольны ей США. Белый дом назвал такое сильное сокращение квот «враждебным шагом» и «тотальной катастрофой».
Однако стоит сразу сказать, что Вашингтон переживает в данной ситуации только о собственной шкуре. Потому что сокращение предложения нефти на рынке приведет к росту ее стоимости. А мировые цены на нефть прямо коррелируют с внутренними ценами на бензин и моторные топлива на американском рынке. И США боятся, что позиции демократов пошатнутся на ближайших выборах в Конгресс, которые состоятся через пять недель.
«США уже пережили период резкого роста цен, когда стоимость галлона бензина выросла с 1,7 доллара до 5 долларов за галлон, а в некоторых штатах страны еще выше. Новый рост стоимости топлива будет причиной недовольства граждан действующей администрацией Джо Байдена», – говорит Федор Сидоров, частный инвестор, основатель «Школы Практического Инвестирования».
Еще один фактор для нервозности США состоит в том, что Вашингтон уже очень много нефти продал из своих стратегических резервов. Они опустели до минимальных значений с 1985 года, и в ноябре планируется высвободить еще 10 млн баррелей. «Но США заявили, что больше распродавать резервы не будут, а наоборот, должны будут перейти к закупке нефти в резервы. С одной стороны, Саудовская Аравия и члены ОПЕК+ снизят предложение нефти на рынке, а с другой, спрос на нефть вырастет со стороны США. Это увеличит дефицит нефти и приведет к еще большему росту цен на нее. США это прекрасно понимают», – рассуждает ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности, эксперт Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшков.
США просили Саудовскую Аравию не повышать квоты и добычу, но саудиты все равно пошли на эту конфронтацию. Хотя о разрыве отношений между этими странами говорить нельзя: Саудовская Аравия все равно останется одним из союзников США на Ближнем Востоке, считает Игорь Юшков.
Почему Саудовская Аравия, ОАЭ и другие члены ОПЕК+ единогласно приняли такое решение? Цены на нефть упали в третьем квартале этого года почти на 27%, и ОПЕК+ планирует «защитить» уровень в 90 долларов за баррель Brent, говорит Владимир Чернов, аналитик Freedom Finance Global PLC.
«Они действуют на опережение. ФРС, ЕЦБ и другие центральные банки повышают ставки, чтобы бороться с инфляцией и уменьшать денежную массу. Это приводит к снижению цен на фьючерсы на нефть, по которым проводятся контракты. Члены ОПЕК+ хотят подтолкнуть цены вверх», – говорит Игорь Юшков.
«Полагаю, что организация испугалась увеличения рисков мировой рецессии, которая приведет к падению потребления энергоресурсов и, как следствие, их стоимости, поэтому члены ОПЕК+ решили увеличить объемы сокращения. Тем более что следующее заседание пройдет только в декабре, а сокращения на 500 тыс. баррелей в сутки могло бы не хватить для поддержания рынка нефти до этого времени», – добавляет Чернов.
На фоне сокращения добычи нефти странами ОПЕК+ на 2 млн баррелей в сутки он ожидает роста нефтяных котировок марки Brent до 95–100 долларов за баррель.
Не исключено, что Саудовская Аравия также опасается США, которые надоумили ЕС заморозить российские резервы и ввести предельные цены на российскую нефть. Она боится, что в какой-то момент Вашингтон может одним росчерком пера сделать то же самое и с Саудовской Аравией.
«Арабская часть ОПЕК+ недовольна тем, что Америка слишком жестко использует свои финансовые и прочие возможности для того, чтобы давить на поставщиков нефти. Они понимают, что сначала американцы установят предельную цену на российскую нефть, а потом и на арабскую.
США подсадят Европу на арабские энергоресурсы, а через пару лет вспомнят, что арабские страны – это теократические монархии, с которыми не стоит иметь дело по демократическим соображениям. Это же не «белые и пушистые» демократии», – полагает Станислав Митрахович, ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности (ФНЭБ), научный сотрудник Финансового университета при правительстве РФ.
Интересно, что при снижении квот на 2 млн баррелей в сутки физические объемы добычи нефти членами стран ОПЕК+ сократятся, скорее, только на 1 млн баррелей в сутки, замечает Юшков. Дело в том, что большинство участников соглашения не выполняли квоту по увеличению добычи, то есть они так и не смогли нарастить добычу, как того требовал план. «Но теперь все участники ОПЕК+ пропорционально должны сократить добычу. Для России это, например, означает, что для нее ничего не изменится. Наша квота приблизится к нашей добыче. Для нас это решение выгодно именно этим – России ничего не надо будет делать, то есть не надо будет физически снижать добычу, а цены на нефть все равно подрастут», – объясняет Юшков.
России приходится продавать Urals с дисконтом к Brent в 20–30 долларов. В этом плане рост мировых цен на нефть позволяет российским экспортерам выгодней продавать и российскую нефть. Скачок цен позволяет частично нивелировать потери от сокращения экспортных объемов. Особенно после декабря 2022 года, когда ЕС введет нефтяное эмбарго и потолок цен на российскую нефть.
Но другим членам ОПЕК+, в частности, Саудовской Аравии, Ираку и ряду других стран Ближнего Востока, придется снизить добычу, чтобы выполнить квоту.
«Полагаю, что при снижении квоты на 2 млн баррелей в сутки в реальности им придется снизить физические объемы добычи нефти на 1 млн баррелей в сутки. Но это все равно очень много»,
– говорит Юшков.
Почему нефтяные страны не смогли нарастить добычу нефти, ведь она стоит дорого, и это сулило бы дополнительные заработки? «Не все страны физически могут увеличить производство: сказывается сокращение инвестиций в геологоразведку и разработку новых месторождений. Это следствие не только пандемии, но и результат планомерной политики развитых стран по сокращению использования ископаемого сырья. Инвестиции в добычу нефти сокращались с 2014 года и сейчас находятся на минимальном уровне за многие годы. В результате у ОПЕК+ просто нет резервов на случай, если придется резко наращивать производство: поиск новых месторождений и их разработка – это долгий и дорогостоящий процесс», – объясняет Федор Сидоров. Такую политику отказа от традиционных углеводородов проводили именно США и Евросоюз. Теперь они сами и расплачиваются за это.