«Мы отдаем себе отчет, что тот мировой экономический кризис, который спровоцировал в том числе и коронавирус, еще о себе заявит, и нужно готовиться к этому кризису. И, безусловно, потребуется координация действий, антикризисных мер со стороны многих государств», – заявил пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков в программе «Москва. Кремль. Путин» на телеканале «Россия 1». По его словам, «предстоит много работы».
В ситуации на нефтяном рынке Кремль настроен на переговоры. «Россия не была сторонницей прекращения сделки ОПЕК+. Президент Владимир Путин и российская сторона в целом настроены на конструктивный переговорный процесс, который является безальтернативным, для того, чтобы стабилизировать международный рынок энергоносителей», – сообщил Песков. Увеличение добычи нефти приведет к минимальной цене на сырье, что не выгодно ни одной стране мира, добавил он.
Предупреждать о новом мировом экономическом кризисе экономисты стали уже давно. Так, на прошлой неделе директор-распорядитель Международного валютного фонда Кристалина Георгиева заявила, что нынешняя ситуация в мировой экономике намного хуже, чем во время кризиса 2008-2009 годов.
А еще раньше с предупреждением, что мировая экономика может столкнуться с новым финансовым кризисом, выступил глава Счетной палаты Алексей Кудрин. Происходящее в мировой экономике отразится на российской экономике, в том числе из-за снижения потребления нефтегазовых ресурсов в мире, считает он.
Только месяц нерабочих дней будет стоить России 1,5-2% ВВП, заявила недавно глава Банка России Эльвира Набиуллина.
Избежать рецессии можно будет, только если ситуация с распространением коронавирусной инфекции стабилизируется раньше намеченных сроков и будет заключена новая сделка ОПЕК+ по сокращению мирового предложения сразу на 10 млн баррелей в сутки, отмечает руководитель отдела аналитических исследований Высшей школы управления финансами Михаил Коган. «Тогда экономика развитых стран перезапустится, цены на нефть вернутся к комфортным для России уровням в 50 долларов за баррель к концу лета, а малый и средний бизнес внутри страны отделается легким испугом, сумев выйти из состояния «клинической смерти», – рисует он картину. Однако в такой сценарий уже мало кто верит.
В связи с неожиданным «черным лебедем» экономисты переписывают свои прогнозы и по мировой, и по российской экономике. Если раньше они ждали роста российского ВВП в 2020 году, то теперь говорят о падении.
Для России сложился «идеальный шторм» – сочетание «карантинного шока» с остановкой в крупных городах целых секторов бизнеса и резкого падения «нефтяных доходов», отмечает Центр макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП). Центр опубликовал «конструктивный» и «жесткий» варианты прогноза по экономике России. Оба варианта предполагают падение ВВП России и в 2020-м, и в 2021 году, а рост считается возможным только в 2022 году. Отличаются в двух сценариях лишь проценты падения. Эксперты ЦМАКП считают, что рецессии уже в любом случае не избежать.
Конструктивный сценарий тоже кризисный, он отличается от «шокового» лишь тем, что в этом случае приоритетами в экономике страны станут предотвращение безработицы, поддержка доходов населения, инвестиционной активности и рубля и сдерживание инфляции. В этом случае падение ВВП удастся сдержать на уровне 2,3-2,5% в 2020 году и 0,5-0,8% в 2021 году. Рост ожидается лишь через два года – на 0,6-1% ВВП.
Без активной государственной поддержки рецессия может оказаться серьезней. «Жесткий сценарий» подразумевает, что ВВП может упасть на 3-3,3% в 2020 году и на 0,8-1% в 2021 году, отмечают авторы документа.
«Прогнозы ЦМАКП спада в экономике выглядят реалистичными. Спад неизбежен, даже несмотря на комплексные антикризисные меры правительства, оцениваемые в 1,2% ВВП (1,3 трлн рублей), включающие в том числе «кредитные каникулы», отсрочку уплаты налогов и арендных платежей. Многие компании не обладают достаточным запасом прочности, чтобы дождаться полного восстановления потребительской активности. Кроме того, чистый экспорт при дальнейшем падении цен на нефть перестанет выступать в роли локомотива», – отмечает Коган.
«Что ждать дальше, будет зависеть исключительно от того, как долго продлится карантин в крупнейших странах мира, у наших партнеров и в России. И то и другое важно», – говорит газете ВЗГЛЯД директор Научно-исследовательского финансового института (НИФИ) Владимир Назаров.
В институте изучили экономические данные за январь-февраль в Китае, когда действовали 48 дней жесткого карантина, и экстраполировали на весь мир. «Получается, что месяц карантина стоит мировой экономики роста в 2% ВВП. Если карантин в крупнейших экономиках мира продолжается больше полутора месяцев, то это будет означать рецессию в мировой экономике в этом году», – говорит Назаров.
По его словам, отличие этого кризиса от предыдущих состоит в том, что сейчас нет структурного или финансового кризиса. К примеру, в 2008-2009 годах наблюдался чудовищный перекос на финансовых рынках: в тех же Соединенных Штатах настроили огромное количество ненужного жилья и набрали большое число ипотечных кредитов под это жилье.
«Тогда финансовый сектор был объят огромным финансовым пузырем. Однако на начало 2020 года мы находились лишь в самой начальной стадии формирования этого пузыря. Ни больших структурных перекосов, ни отраслевых дисбалансов не было видно, цены на нефть были умеренными. Большого перегрева мировой экономики не наблюдалось. Поэтому три месяца назад я говорил о возможности кризиса только в 2021 году, но из-за вируса он наступает раньше», – объясняет директор Научно-исследовательского финансового института.
И если раньше 2020 год обещал быть островком стабильности и роста российской экономики, то теперь ясно одно. Даже о нулевом росте российской экономики в этом году не стоит и мечтать. Положительного сценария не существует.
«Если карантин продлится не больше полутора месяцев, то мировая экономика достаточно быстро вернется на траекторию устойчивого роста. Хотя, может быть, не так быстро, как хотелось бы всем. Восстановление будет скорее не v-образным, а u-образным.
Но запущенные масштабные меры стимулирования в самых разных странах, сверхмягкая кредитная и бюджетная политика продолжат еще какое-то время работать», – описывает наилучший возможный сценарий в данных условиях Владимир Назаров.
По его словам, после снятия карантина два-три месяца еще могут сохраняться низкие темпы роста или отмечаться даже снижение экономики, возможны частичные банкротства и негативные новости. «Однако потом начнется нормализация мировой экономики, и вместе с ней Россия также выйдет на более устойчивые темпы роста. В этом году Россию ждет незначительная рецессия, и рост в следующем году», – полагает Назаров.
Если жесткий карантин продлится от двух месяцев и больше, то уже не избежать массовых банкротств, разрыва производственных цепочек, гибели малого бизнеса.
У малого бизнеса запас наличных, как правило, небольшой. И такая ситуация везде, в том числе в США, где лишь 25% малого и среднего бизнеса имеет запас наличности на месяц работы под замком, отмечает эксперт. Более долгий карантин они не переживут, и даже кредиты под нулевые проценты здесь уже не помогут.
«Сейчас правительство тушит кризис в ручном режиме, оно помогает отдельным пострадавшим гражданам, отдельным отраслям. Но если карантин продлится долго, больше двух месяцев, то выяснится, что помогать надо всем и достаточно долго. Поэтому в этом случае у меня негативные прогнозы для мировой и нашей экономики. Это может быть глубокое падение в районе 8% ВВП», – говорит Назаров. В этом случае процесс восстановления будет уже более долгим. Это значит, что тяжелыми будут минимум два года.
Что касается нефти, то для роста цен на нее необходимо, чтобы закончился карантин и была заключена сделка в рамках ОПЕК+ по сокращению добычи. «Предложение сократить производство нефти на 10 млн баррелей в сутки, адресованное ко всем нефтедобытчикам, невозможно выполнить. Для России, Саудовской Аравии и США это означает, что каждому необходимо сократить добычу на треть. Мне кажется, такая сделка будет труднодостижима», – говорит экономист.
По его мнению, сделка возможна только после того, как будут сняты карантинные меры и спрос на нефть потихоньку начнет восстанавливаться. Тогда уже нефтяной картель сможет договориться о сокращении добычи условно 3 млн баррелей в сутки (а не 10 млн).