Государству давно нужно было вмешаться в деятельность микрофинансовых организаций (МФО). Пользуясь безвыходным положением малоимущих («занять тысячу до зарплаты»), МФО загоняли их в кабалу, предопределенную высочайшими процентами по ставкам. В свою очередь коллекторы неоднократно превращали такие истории в достояние криминальной хроники.
Бывали случаи, когда граждане даже не подозревали, что за микрозаймы им придется платить проценты
С другой стороны, в таких вопросах важно избежать популистских решений наподобие ликвидации самого института микрофинансирования. Ведь подчас МФО действительно выступают палочкой-выручалочкой, а их место на рынке неизбежно займет криминал. Но теперь компромисс, кажется, найден – микрофинансовым организациям урежут аппетиты.
Из Азии в Европу
О планах законодательно установить границу ставки по микрозаймам на уровне 150% годовых заявил глава комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолий Аксаков. Ставка в 150% выглядит серьезным шагом вперед, поскольку на сегодняшний день, по данным ЦБ, среднерыночные значения полной стоимости микрозаймов достигают почти 600%, а предельные значения – почти 800%. Это астрономические цифры в сравнении с предельными ставками по банковским потребительским кредитам (28,25%). При этом они абсолютно не адекватны текущим макроэкономическим реалиям – снижению ключевой ставки ЦБ и сокращению официальной инфляции примерно до 4% годовых.
«Известная бабушка из Достоевского – она очень скромный человек по сравнению с нашими сегодняшними ростовщиками», – такими словами около двух месяцев назад сложившуюся ситуацию прокомментировал президент Владимир Путин, поручив принять меры.
В основу мер, предложенных в парламенте, легла европейская доктрина, определяющая правила предоставления займов со стороны МФО. Она предполагает, что для крупных займов (а в Европе это свыше 200 евро) МФО будут определять полную стоимость кредита по той же формуле, что и банки (фактически – будут приравнены к ним). Это позволит резко снизить ставки.
Что же касается малых краткосрочных займов «до зарплаты», предлагается установить предельную сумму долга, которая может набежать на один заем вне зависимости от его просрочки, благо пресловутая «долговая кабала» чаще всего складывается из штрафов и пеней за просрочку по сравнительно мелким долгам. Добиться тут существенного снижения ставок будет гораздо сложнее, но не стоит забывать, что и в Европе они предельно высоки – до 2000% годовых.
Уже сейчас действует правило, по которому максимальная сумма долга не может превышать тело займа больше чем втрое, теперь же предлагается снизить этот коэффициент до 1,5. «Это снизит закредитованность граждан, а сами МФО не будут выдавать займы направо и налево, перекладывая на добросовестных плательщиков плохие долги и невозвраты», – подчеркнул глава комитета Госдумы по финансовым рынкам в одном из комментариев для СМИ.
Казнить нельзя помиловать
Парламентский комитет зарубил также попытку вовсе запретить МФО с их неадекватными процентами, и объяснил почему. Основной объем нарушений прав граждан, обращающихся за микрозаймами, ЦБ фиксирует в сегменте организаций, которые лишь выдают себя за микрофинансовые, но не являются таковыми. Ликвидация же официальных МФО может резко ухудшить положение заемщиков, поскольку лишит их полагающейся по закону защиты, но не приведет к запрету микрозаймов – подобные организации просто будут руководствоваться общими нормами Гражданского кодекса.
Есть и другое обстоятельство. Судя по комментариям представителей МФО, последовавших сразу после заявления Аксакова, теперь они планируют начать информационную кампанию, направленную на создание представления о незаменимости услуг микрокредитования в обществе. Основным ее тезисом, похоже, станет утверждение, что резкое снижение предельных ставок для МФО приведет к сокращению количества участников рынка при одновременном увеличении числа «черных кредиторов» – то есть криминалитета.
В какой-то мере это правда, что признают и в руководстве ЦБ. Как заявила в начале недели глава Банка России Эльвира Набиуллина, микрофинансирование – это социально значимый сегмент финансового рынка, и его придется сохранить, поскольку потребность в «займах до зарплаты» все равно никуда не денется, и люди отправятся за ними к не зарегистрированным в ЦБ «черным кредиторам».
Собственно, проблема ведь не в самом наличии МФО, а в грабительском проценте. Как поясняет руководитель проектов аналитического центра «Эксперт» Сергей Селянин, и у банков, и у МФО конечная ставка складывается из трех факторов: стоимости ресурсов (в нее уже заложены инфляция и расходы на привлечение средств), стоимости риска и прибыли. «У МФО огромная стоимость риска – правда, и стоимость ресурсов выше, чем у банка», – признает Селянин. И в то же время подчеркивает:
«Я считаю вообще неправильным разрешать такое кредитование, где стоимость риска составляет, скажем, более чем две трети ставки. Это и называется ростовщичеством. Положительного эффекта ни в экономическом, ни в социальном плане такое кредитование не оказывает – только прибыль владельцам и вред для общества», – заявил он газете ВЗГЛЯД.#{intervieweco}
Если же идти по пути ограничения ставки, то это должно касаться не только МФО, но и банков: «Плачевные примеры таких банков, как «Траст» или «Связной», говорят о том, что самоограничение не работает. Сейчас обсуждаются варианты ограничения от дохода заемщика, но в нашей стране это не будет работать, так как многие получают неофициальные доходы, да и сам документооборот не налажен». Поэтому, по мнению Селянина, лучше всего «плясать» от кредитной истории:
«Нет истории или плохая история, нет обеспечения – высокая группа риска и большие резервы. Беззалоговое кредитование МФО нужно запретить – сразу отпадут проблемы с незаконным взысканием. Проблемы бедных людей, попавших в тяжелое положение, дорогие кредиты никак не решают – наоборот».
То, что более высокие ставки, чем по банковским кредитам, – это норма для рынка микрозаймов, подчеркивает и управляющий директор Национального рейтингового агентства Павел Самиев. Он также выступает против запрета МФО, поскольку «они увеличивают доступность финансовых услуг для населения». «Можно ли сравнивать банки и МФО, применяя к ним одинаковые критерии для определения ставок? На мой взгляд, это две разные модели работы, разная клиентская база, разные параметры кредитов», – заявил он газете ВЗГЛЯД.
Действительно, линейка «коротких» кредитных продуктов обычных банков сравнительно невелика: это кредитные карты или кредиты наличными без обеспечения, ставки по которым, конечно, ниже, чем у МФО, но и требования к заемщикам более суровые, а сроки рассмотрения заявки более длительные. Кроме того, МФО производят выдачу займов в режиме онлайн, чего не делают банки, так что этот сегмент вполне эффективен и удобен для заемщиков.
Некоторые крупные банки предлагают карточные программы, фактически заменяющие собой «займы до зарплаты» – с беспроцентным периодом пользования средствами в течение нескольких недель. Но распространяются такие программы ограниченно, например на бюджетников или «качественных» заемщиков с хорошей кредитной историей.
Здесь вам не Бангладеш
Еще один аспект проблемы, на который ЦБ явно стоит обращать гораздо больше внимания, чем сейчас, – финансовая грамотность населения. В России она находится на удручающе низком уровне. По словам Павла Самиева, бывали случаи, когда граждане даже не подозревали, что за микрозаймы им придется платить проценты.
В целом же ситуация вокруг МФО служит косвенным индикатором того, на каком уровне развития находится финансовая система России – и адекватным здесь будет сравнение со странами Латинской Америки и Юго-Восточной Азии. «В этих странах рынок микрокредитования переживает те же самые болезни роста, что и в России, там тоже были аналогичные вопросы с высокими ставками. В целом мы идем в мировом тренде регулирования МФО», – полагает Павел Самиев.
Впрочем, стоит отметить, что некоторые страны третьего мира в этом вопросе уже ушли далеко вперед, и микрозаймы там стали реальным инструментом развития экономики. Прежде всего вспоминается успешный опыт нобелевского лауреата из Бангладеш Мухаммада Юнуса. В России же этот сегмент пока что выглядит как источник сверхдоходов для желающих рискнуть, но не имеющих при этом совести.