Россия получила право на экспорт готовой продукции из мяса птицы в Египет, сообщает Россельхознадзор. По данным ведомства, с генеральной организацией ветеринарной службы Министерства сельского хозяйства и мелиорации Египта был согласован соответствующий ветеринарный сертификат. Переговоры сторон прошли в рамках комплекса мер по продвижению российской продукции животного происхождения и живых животных на рынки зарубежных стран.
Укрепление доллара на шесть рублей означает удорожание нашей продукции минимум на 10%
В прошлом году Россия уже сумела добиться от Египта разрешения на экспорт мяса (не только птицы) для 12 российских производителей. Теперь Москва добилась от Египта и открытия рынка для переработанной продукции из мяса птицы, что на первый взгляд выглядит еще интересней. Ведь экспортировать переработанную продукцию должно быть более выгодно, чем сырье.
Столь лояльное отношение египтян может объясняться их уступками ради того, чтобы Россия быстрее решила вопрос с открытием туристического авиасообщения с Египтом для своих граждан. «Конечно, в решении вопроса по готовой продукции из мяса птицы могло сыграть свою роль и то, что Египту очень важно наладить отношения с Россией», – не исключает управляющий партнер Kirikov Group Даниил Кириков.
Однако в случае с мясом птицы все эти преференции, которых России удалось добиться от Египта, пока не принесли российским производителям значимого эффекта. Как и с другими экспортными рынками, впрочем.
«Общий экспорт мяса птицы составил чуть более 100 тыс. тонн, и большая часть шла в страны СНГ, а также в ДНР и ЛНР. На внешние рынки вне Таможенного союза, то есть на Ближний Восток и в Северную Африку, экспорт был в районе 2 тыс. тонн», – говорит газете ВЗГЛЯД вице-президент Международной программы развития птицеводства Альберт Давлеев. При этом общий объем производства мяса в 2016 году составил более 9 млн тонн, где почти половина пришлась на мясо птицы. И по мясу птицы Россия в целом уже более чем на 90% обеспечивает себя сама. Именно поэтому заговорили о насыщении внутреннего рынка мяса и необходимости расширять поставки за рубеж.
Однако российские производители мяса птицы проигрывают ценовую конкуренцию за пределами собственной страны. Тому есть несколько причин.
Во-первых, курс рубля. Как объясняет собеседник, планы продавать в Египет мясо птицы строились на основе курса рубля к доллару в 67–68. Такой курс делал экспорт рентабельным. Однако только за последний год курс доллара упал до 58 рублей. «Укрепление доллара на шесть рублей означает удорожание нашей продукции минимум на 10%», – говорит вице-президент Международной программы развития птицеводства. Как следствие, поставки мяса птицы уже в 2016 году были ниже рентабельности. Выставить более высокие цены российские производители не могут, потому что у конкурентов еще дешевле.
Например, главный конкурент – Бразилия – получила выгоду от ослабления местной валюты, реала. Вкупе с хорошим урожаем зерновых и сои бразильцам удалось снизить стоимость своей курицы для продажи на экспорт в среднем на 15% за год. Российская курица подорожала в прошлом году на 10%, а бразильцы, наоборот, снизили свое ценовое предложение на 15%, в итоге получилась разница в 25%. «Для нас нереально сократить такой ценовой разрыв», – говорит Давлеев.
Разрешение на экспорт готовой продукции в корне ситуацию не меняет. «Готовая продукция изготавливается примерно на одинаковом импортном оборудовании во всех странах мира. У нас на определенном этапе снизилась стоимость рабочей силы, но ее доля в готовой продукции минимальна, потому что товар производится в основном на машинах. Поэтому основное конкурентное преимущество рождается в сырье. Но бразильское сырье на 20–25% дешевле, чем российское», – говорит собеседник.
На первый взгляд, логично ожидать, что хотя бы с логистической точки зрения поставки из России могли быть выгодней, чем из Бразилии. Однако Давлеев уверяет, что это не так. «Большая часть мяса птицы из России идет через порты Санкт-Петербурга в контейнерах. Эта контейнерная линия с заходом в несколько европейских портов не позволяет резко снизить стоимость доставки российского мяса птицы», – объясняет эксперт.
Наконец, стоит пояснить, почему вдвое девальвировавший рубль не стал серьезным подспорьем для экспорта российского мяса птицы, тогда как менее существенное ослабление реала помогло бразильской курице подешеветь.
Все дело в огромной импортной составляющей в производстве мяса птицы в России. Раньше Россия импортировала само мясо птицы, а теперь импортирует компоненты для выращивания кур. Так, доля импортных составляющих в производстве мяса бройлера достигает примерно 70%. Российские производители работают на иностранном оборудовании, импортируют продукты селекции, инкубационное яйцо, ветеринарные препараты и даже витамины. Даже в кормах есть импортный компонент – соевый шрот.
«У Бразилии есть собственные соевые бобы, из которых они делают соевый шрот. Курицу там выращивают на кукурузе и соевом шпроте. У нас – на пшенице или ячмене (немного на кукурузе) плюс соевый шпрот, которого у нас нет. Птицеводы закупают соевые бобы в Бразилии, потом здесь перерабатывают. Выходит очень дорого. Соевый шпрот занимает 20–25% в составе корма и становится золотым для нас. Это подрывает наше конкурентное преимущество», – объясняет собеседник.
Конечно, сам тот факт, что Египет разрешил России экспорт мяса и готовой продукции, – это большой шаг для России, но только в стратегической перспективе. «Ведь не исключено, что, во-первых, рубль опять ослабнет, во-вторых, с течением времени за счет увеличения конкуренции внутри страны себестоимость производства будет снижаться, и, соответственно, у нас появится возможность предлагать более низкую цену», – говорит Альберт Давлеев.
Важным является снижение импортной составляющей при производстве мяса птицы. Однако на это требуется время и деньги. Например, и в России вроде бы производят отечественное оборудование для заводов, но его предпочитают небольшие компании, а крупные холдинги не доверяют их качеству. К тому же имеющееся импортное оборудование относительно недавно запущено и готово проработать десятки лет, а создавать новые производства на основе российского оборудования сейчас рискованно.
Поэтому прогноз на этот год в плане роста экспорта мяса птицы не оптимистичный, несмотря на всю лояльность египетских властей. «Основа и фундамент есть, ворота открыты, а вот что и сколько мы в эти ворота провезем, зависит от того, по какой цене будут готовы принимать российское мясо птицы приоритетные для нас зарубежные рынки», – заключает эксперт.
Если Россия в обмен на российских туристов выбила от Каира не только разрешение на экспорт, но и обещание купить некоторые объемы более дорогой российской курицы вместо бразильской, тогда сделка принесет плоды российским производителям уже сейчас. Египтяне же могут чуть переплатить за российскую курицу ради туристов. Доходы Египта от туризма за последние шесть лет снизились с 12,5 до 6 млрд долларов. Это только прямые потери от потрясений и террористических атак. А косвенные убытки страны в целом от снижения международного въездного турпотока наблюдатели оценили в 50–70 млрд долларов. Более того, нынешнее состояние турсектора ставит под угрозу инвестиции на 15 млрд египетских фунтов в отельный сектор страны. Местные гостиницы просто не могут поддерживать инфраструктуру при текущих убытках. Возвращение российских туристов стало бы серьезным подспорьем для египетской экономики.