Киев больше не планирует закупать уголь в Южно-Африканской Республике, заявил украинский министр энергетики и угольной промышленности Владимир Демчишин, сообщает РИА «Новости».
Я так понимаю, что сейчас идет борьба за то, кто будет осваивать деньги, которые пойдут на «решение угольных проблем
При этом еще буквально в декабре прошлого года глава минэнерго Украины уверял, что страна собирается продолжить закупку угля в ЮАР в 2016 году. Более того, в эти выходные в украинский порт «Южный» прибыл второй балкер с углем из ЮАР, загруженный на 79 тыс. тонн. Уголь предназначен для самой мощной электростанции Киевской области – Трипольской ТЭС, которой хватит этого угля на месяц работы, сообщает пресс-служба порта. Это уже вторая партия южноафриканского угля, поступившая в порт «Южный». Первую партию на 168 тыс. тонн получили в декабре 2015 года.
В текущих условиях Украина могла обойтись и без закупки второй партии южноафриканского угля, однако контракт на ее поставку уже был заключен, оправдывается Демчишин. Дело в том, что, во-первых, уголь из ЮАР дороже, чем добытый в стране. При этом шахтеры страны сидят без зарплаты еще за прошлый год, потому что государство отказывается покупать добытый ими уголь за ненадобностью.
Сам Демчишин рассказал, что стоимость угля, закупаемого в ЮАР, составляет 57 долларов за тонну в порту, или почти 1500 гривен по текущему курсу. При этом одна тонна угля марки «А» из ДНР и ЛНР стоит 1200 гривен. Если названная министром цена на донбасский уголь соответствует реальной, то вот со стоимостью южноафриканского угля он слукавил.
«Уголь из ДНР и ЛНР в среднем стоит 1200–1300 гривен, а окончательная цена на уголь из ЮАР, насколько мне известно, все-таки получается ближе к 2000 гривен, а не 1500. Он называют цену, вероятно, без НДС и без стоимости доставки», – говорит газете ВЗГЛЯД член наблюдательного совета Института энергетических стратегий (Украина) Юрий Корольчук.
На самом деле основная причина отказа Киева от закупки южноафриканского угля состоит в том, что в стране больше нет его дефицита. «На складах сохраняются высокие запасы угля. Там сейчас примерно 2 млн тонн, из которых 800 тыс. – это антрацит, остальное – газовая группа угля. Это высокий показатель», – говорит эксперт. По данным «Укрэнерго», на 8 февраля на складах ТЭС накоплено 2,2 млн тонн угля, в том числе 869 тыс. – антрацитовых марок (150 тыс. тонн на Луганской ТЭС). Запасы в этом году превышают запасы на 8 февраля прошлого года в полтора раза. Напомним, что прошлую зиму Украина была на грани энергетического коллапса из-за дефицита угля, и избежать непоправимого удалось только благодаря импорту угля и готовой электроэнергии из России.
Впрочем, успехи текущего отопительного сезона, который удается пройти без угрозы веерных отключений, – это совсем не заслуга руководства страны. «Этот уголь попросту не нужен, – говорит Корольчук. – Во-первых, теплая зима, во-вторых, нет поставок электричества в Крым, то есть освободились объемы. В итоге угля используют меньше, а больше используют работу АЭС. Даже их приходится переводить в пониженный режим работы, что не очень хорошо». Кроме того, украинская промышленность резко сократила производство, население также снижает потребление.
Наконец, идут стабильные поставки угля из ДНР и ЛНР, чего не было в последние два года. «ДТЭК вывозит свой уголь из ДНР и ЛНР, через посредников уголь идет и в Центрэнерго, с которым нет прямых контрактов. Нет конфликтов, это и позволяет стабильно вывозить уголь из региона. В ноябре и декабре оттуда приходило по 400–500 тыс. тонн, что довольно много», – рассказывает Юрий Корольчук.#{ussr}
Иначе говоря, одной рукой официальный Киев называет жителей ДНР и ЛНР сепаратистами, ведет с ними экономическую и военную борьбу, а другой – не гнушается покупать там через посредников необходимый уголь.
Между тем разрешение проблемы дефицита угля, в том числе ценой обесточивания Крыма, не вывело угольную отрасль страны из кризиса. Одна проблема сменилась другой, не менее серьезной.
«Это палка о двух концах. С одной стороны, нам не нужно покупать импортный уголь. Но с другой, мы даже не можем пристроить собственный уголь. Стоит серьезная проблема –затоваривание шахт. В конце прошлого – начале этого года шахтеры Львовско-Волынского угольного бассейна пикетировали, перекрывали трассу, потому что у них государство не покупало уголь, потому что не было нужды, некуда было его поставлять. В итоге пришлось договариваться с частной компанией ДТЭК Ахметова, чтобы они выкупили все-таки часть угля, который будет поставлен на Бурштынский энергоузел», – рассказывает Корольчук.
Только после того, как и. о. гендиректора ГП «Львовуголь» Андрей Дьяченко пообещал перечислить деньги горнякам до 20 января, удалось остановить их стихийные пикеты. Однако в назначенный день зарплату горнякам так и не дали, и 21 января работники шести из семи шахт «Львовугля» снова вышли на улицу. Только после того, как минфин Украины таки выделил 38 млн грн горнякам, частично погасив долги по зарплате, шахтеры разошлись, но отказались выходить на работу, пока все долги не будут выплачены. В феврале минфин Украины обещал новую порцию денег.
Впрочем, решение кризисной ситуации, которое видит минэнерго, вряд ли понравится шахтерам. Что предлагает ведомство? Оно собирается в этом году законсервировать 27 из 35 госшахт. А некоторые шахты, на которые смогут найти инвесторов, приватизировать.
«Это все требование МВФ, который рекомендует это делать. Угольная отрасль – это проблемная зона», – говорит Корольчук. «Демчишин подал представление на увольнение своего первого заместителя, который как раз курировал угольную отрасль. Я так понимаю, что сейчас идет борьба за то, кто будет осваивать деньги, которые пойдут на «решение угольных проблем», в том числе на предоставление социальной помощи уволенным шахтерам», – считает украинский отраслевой эксперт.
В числе мер по решению угольных проблем минэнерго Украины называет возобновление экспорта электроэнергии в апреле в Литву, Белоруссию и Молдавию.
«Удивляют заявления Демчишина о том, что ведомство готово предоставить льготный тариф на экспорт электроэнергии. Это рушит всю систему заявлений, которые мы раньше постоянно слышали, что должны работать рыночные механизмы и рыночные цены. А тут получается, что мы будем дотировать продажу на экспорт электроэнергии для новых компаний. Там просто есть заинтересованные люди. У них есть свои компании, которые готовы экспортировать электроэнергию», – считает Юрий Корольчук.