Банк России ровно год назад, 10 ноября 2014 года, объявил о переходе к свободному курсу рубля. Идея отпустить рубль в свободное плавание зрела давно, и даже был обозначен срок – начало 2015 года. Однако ЦБ сделал это на два месяца раньше. Теперь наконец глава регулятора Эльвира Набиуллина объяснила почему.
Дефицит бюджета мог достигнуть опасно высокого уровня, поставив под удар исполнение соцобязательств, что привело бы к возвращению ситуации 90-х
К ноябрю на рынках стала складываться нервозная ситуация под воздействием и объективных факторов, и возросших девальвационных ожиданий, что само по себе оказывало давление на курс, и это был аргумент в пользу ускорения перехода, признала председатель Банка России.
«Лучше было дать рынку возможность быстрее найти новое равновесие. И мы должны были выбрать правильный момент для объявления «плавания» – не поздно, чтобы не продолжать тратить резервы впустую, когда это было бы на руку спекулянтам, но не могло развернуть мощный тренд на понижение курса, и не слишком рано, чтобы это не стало большой неожиданностью для рынка», – пояснила она.
Глава регулятора напомнила, что и после изменения курсовой политики вплоть до 17 декабря ЦБ проводил интервенции на валютном рынке, стараясь сделать движение курса более плавным.
«Конечно, такие существенные изменения режима сами по себе не проходят незаметно. Достаточно вспомнить ситуацию с отвязкой курса швейцарского франка от курса евро в январе этого года. Но в нашей ситуации, когда переход происходил в резко ухудшившихся внешних условиях, у нас практически не было шанса сделать его плавным. Основной задачей стало как можно быстрее стабилизировать ситуацию после такого мощного сдвига», – подчеркнула Набиуллина (цитаты по РИА «Новости»).
Напомним, что на 1 ноября 2014 года, перед тем, как рубль был отпущен в свободное плавание, доллар стоил 41,96 рубля. То есть уже к тому моменту на фоне падения цен на нефть началась серьезная девальвация (незадолго до того рубль стоил не более 33 рублей за доллар). К концу месяца рубль опустился ниже 49 к доллару, а 16 декабря, как известно, произошел «черный вторник». Курс доллара доходил на торгах до 80, а евро – до 100 рублей. Такова была реакция на неожиданно объявленный Банком России рост ключевой ставки с 10,5% сразу до 17%.
С тех пор ключевая ставка постепенно снижается, но прошлогоднего уровня так и не достигла, хотя уже близка. ЦБ считает, что к ноябрю этого года отпущенный в свободное плавание рубль наконец стабилизировался. Но это уже уровень 64–65 рублей за доллар и 68–69 рублей за евро. Иначе говоря, российская валюта обесценилась по отношению к американской и европейской практически вдвое.
Набиуллина признает, что волатильность российской валюты (когда курс скачет туда-сюда) – это та цена, которую пришлось заплатить за свободный рубль. Но, с другой стороны, это позволило российской экономике избежать жесткой посадки, считает она. «Да, у нас штормило на финансовых рынках, но экономика в целом приспосабливалась достаточно плавно. Это показывает и динамика ВВП, и занятость, и доходы отраслей», – говорит в оправдание принятых мер Набиуллина.
Плавающий курс, по ее словам, необходим российской экономике также для перехода к росту в новых условиях, так как от девальвации выигрывает несырьевой экспорт. Снижение стоимости российской продукции по сравнению с импортной подстегивает замещение импорта. «То есть уже сейчас есть секторы экономики, которые получают дополнительные возможности для развития даже в текущей непростой ситуации. Но, конечно, им нужно время, чтобы «развернуть» свой потенциал», – добавила она.
Набиуллина объяснила: если бы ЦБ продолжал поддерживать курс, не позволяя рублю девальвироваться, то это само по себе ухудшало бы ситуацию и могло бы подорвать финансовую стабильность. Глава ЦБ имеет в виду, что регулятору пришлось бы потратить очень много резервов на то, чтобы удерживать рубль от падения.
Долго искусственно держать рубль действительно вряд ли бы получилось. Учитывая двукратное падение цен на нефть, а следом и на другие ресурсы, рубль был обречен на падение. Ни один центробанк в мире не смог бы выдержать такой натиск.
Если бы не плавающий рубль, то ЦБ тратил бы резервы на искусственное поддержание курса рубля, а потом все равно вынужден был бы сдвигать валютный коридор вверх раз за разом. «Если бы ЦБ не отпустил рубль в свободное плавание, и к концу 2015 года резервов осталось менее 200 млрд долларов, то это привело бы к снижению кредитных рейтингов до уровней на одну–две ступени ниже, чем сейчас. Это, в свою очередь, вызвало бы волну распродаж еврооблигаций и жестокий кризис на долговом рынке в течение длительного времени», – рисует неприглядную картину начальник управления операций на российском фондовом рынке ИК «Фридом Финанс» Георгий Ващенко.
Свободный же курс позволил сохранить валютные резервы. «Цена нефти и курс рубля к доллару США с начала 2014 года обвалились в два раза, а снижение валютных резервов составило порядка 27%», – отмечает Дмитрий Лукашов из IFC Markets.
Плавающий рубль также позволил избежать дисбаланса госбюджета. «Дефицит бюджета мог достигнуть опасно высокого уровня, поставив под удар исполнение соцобязательств, что привело бы к возвращению ситуации 90-х, когда задержки по выплатам зарплат и пенсий в госсекторе составляли 6–12 месяцев. Девальвация рубля позволила избежать этой ситуации», – говорит газете ВЗГЛЯД заместитель директора аналитического департамента «Альпари» Дарья Желаннова.
С другой стороны, правда, бюджет недосчитался доходов не только из-за снижения цен на нефть, но и из-за срывов планов по приватизации. Она стала крайне невыгодной из-за снижения капитализации российских компаний. К примеру, бумаги Роснефти вместо восьми долларов упали до четырех.
Больше всего от девальвации пострадало население, а в наихудшем положении оказались те, у кого были кредиты или ипотека в валюте при рублевом доходе. Доходы снизились, а инфляция подскочила в силу большой доли импорта в потребительской корзине. Так, инфляция составила 15,6% в годовом выражении в октябре 2015 года. «Реальная среднемесячная заработная плата в сентябре сократилась на 9% по сравнению с сентябрем 2014 года. Если сравнивать с еще благополучным 2013 годом, то, на мой взгляд, падение реальных зарплат можно оценить в 20%», – говорит Дмитрий Лукашов.
Но обратная сторона медали заключается в том, что девальвация поддержала бизнес, что позволило сохранить низкую безработицу: в сентябре текущего года она составила всего 5,2% против 4,9% в сентябре 2014 года, отмечает Лукашов. «Остается надеяться, что со временем средняя заработная плата будет увеличиваться, раз пока удалось избежать массового банкротства компаний», – добавляет Лукашов.
Девальвация рубля сыграла на руку всем российским экспортерам, в том числе экспортерам нефти. Снижение рубля им выгодно благодаря системе налогообложения, а также тому, что их основные расходы в рублях, а выручка – в валюте. Это помогло нивелировать спад цен на нефть. Неудивительно, что это заставило правительство задуматься над тем, чтобы повысить налоговую нагрузку на нефтяников. Российские нефтяные и газовые компании закончили первое полугодие 2015 года с прибылью, тогда как американские сланцевые компании получили солидные убытки, отмечает Лукашов. Неплохие результаты продемонстрировали и российские экспортеры из других отраслей, например экспортеры зерновых.
Поддержку от низкого рубля получили и экспортеры вооружения: Россия по-прежнему удерживает второе место в мире по экспорту вооружения с годовым объемом продаж около 15 млрд долларов, указывает Желаннова. Наконец, девальвация помогла тем отраслям, которые реализуют курс на импортозамещение, в частности сельхозпроизводству.