«Пора рассмотреть вопрос о снятии грифа «секретно» по балансу запасов», – заявил в среду президент Владимир Путин на заседании комиссии по вопросам ТЭК, передает РИА «Новости». По его словам, этот режим секретности является анахронизмом, поскольку в стране давно работают международные компании, проводится международный аудит.
Этот режим секретности является анахронизмом, поскольку в стране давно работают международные компании
Согласно статье 5, пункту 2 закона РФ № 5485-1 «О государственной тайне» от 21 июля 1993 года, государственную тайну составляют сведения об объемах запасов в недрах, добычи, производства и потребления стратегических видов полезных ископаемых РФ, в том числе о балансовых запасах нефти и растворенного в ней газа.
«В разных странах ситуация разная. Во многих странах Ближнего Востока, где добыча принадлежит одной госкомпании, данные по полезным ископаемым, как правило, не раскрываются. Но в цивилизованных западных странах и в США никакой секретности нет. И я убежден, что она бессмысленна и в России», – говорит газете ВЗГЛЯД гендиректор Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов.
«Что касается старых месторождений, то они уже давно оценены и переоценены, данные о них секретом не являются. Какую-то секретность могут представлять только новые малоразведанные месторождения, но они сейчас без иностранцев практически не осваиваются», – отмечает Симонов.
По его словам, российские компании неохотно идут сами на доразведку месторождений, так как на это надо тратить большие деньги, поэтому они берут в партнеры иностранцев типа Exxon Mobil, чтобы они взяли на себя инвестиционную нагрузку. Кроме того, у российского Министерства энергетики консультантами являются американские консалтинговые компании.
«Иностранные компании являются либо партнерами, либо консультантами по новым месторождениям. Так от кого и что собираемся скрывать, если иностранцы допущены ко всей информации с грифом секретности?» – удивляется Симонов. Более того, указывает эксперт, благодаря открытости данных «у нас у самих появится ясность со своими запасами».
«Есть большие подозрения, что те цифры, которые называются Минприроды, могут оказаться не совсем достоверными. Потому что существует проблема «бумажных» запасов. И компании у нас сами пишут, какой объем запасов получили в ходе разведки, но что там на самом деле, никто не знает. Подозреваю, что значительная часть запасов может быть не подтверждена в реальности. И эту проблему надо решать путем повышения прозрачности», – считает собеседник газеты ВЗГЛЯД.
Основной массив нефтегазовых месторождений (более 1/5 неразведанных общемировых запасов) сосредоточен на российском Крайнем Севере. По экспертным оценкам, там может содержаться до 80% потенциальных углеводородов нашей страны. В сумме вся российская Арктика по ресурсам газа эквивалентна Западной Сибири (где расположены старые месторождения), а по нефти совсем немного уступает ей.
По данным Международной организации кредиторов (WOC), опубликованным весной 2012 года, запасы нефти в России находятся на уровне 60 млрд баррелей. Этой нефти РФ хватит на 21 год. Финансовая группа UBS оценивает нефтяные запасы России в 77 млрд баррелей, которых должно хватить также на 21 год.
Россия замыкает десятку основных стран по размеру нефтяных запасов. При этом находится на первом месте по запасам природного газа (47,5 трлн кубометров). Считается, что на Россию приходится 25–30% мировых запасов газа. Этого должно хватить ей почти на 80 лет.
Западные стандарты
Также в среду Путин заявил, что Россия должна разработать новую классификацию природных запасов по международным стандартам. «Нужно разработать новую классификацию запасов, приближенную к международной», – сказал глава государства. Кроме того, он потребовал проработать вопрос наделения Роснедр функцией по выполнению госэкспертизы.
Эксперты и эту идею Путина считают разумной и правильной. Как минимум станет проще сравнивать с запасами других стран. «Если бы мы перешли на мировые стандарты, например на SPE – международный стандарт оценки и управления запасами углеводородов в недрах, это бы позволило повышать капитализацию наших компаний. Капитализация обычно привязана к баррелям запасов. Поэтому многие российские компании сегодня вынуждены нанимать международных аудиторов, чтобы посчитать запасы по мировой классификации», – говорит Константин Симонов.
По стандарту SPE запасы делятся на три категории: добываемая нефть (P1), запасы вокруг работающей скважины (P1) и ресурсы нефти в локализованных ловушках, которую сложно добыть (P3). По сути, по этому стандарту оценивается не только вероятность наличия запасов углеводородов, но и экономическая эффективность их извлечения с учетом возможностей технологий, затрат на добычу (бурение, транспортировку и т. д.), с учетом налогов и актуальных цен на углеводороды и даже экологических норм.
Буквально в конце января Минприроды заявило, что уже разрабатывает документ, который определит новую методику классификации запасов нефти и газа. Новый способ учета будет адаптирован и к экономическим условиям, и к международным стандартам. Минприроды предлагает определять не геологические параметры месторождения, как сейчас, а извлекаемые запасы за период их рентабельной разработки. Многие нефтяные компании, в том числе «Газпром нефть», ЛУКОЙЛ и ТНК-BP, уже применяют новые методики на своих месторождениях.