Михаил Черной требует признать его право собственности на 20% ОАО «Русский алюминий», которые он якобы передал Дерипаске за 250 млн долларов, чтобы тот продал пакет «третьим лицам» совместно со своими акциями и заплатил Черному разницу между суммой продажи и уже уплаченными деньгами.
Активы Дерипаски передавались в партнерство в обмен на финансовую поддержку и связи влиятельного и состоятельного бизнесмена
Олег Дерипаска, в свою очередь, утверждает, что не брал на себя подобных обязательств, поскольку Михаил Черной не был его партнером и ничем не владел в Русале. По словам Дерипаски, Черной был только «крышей» бизнесмена и получал за это оплату, пишет Forbes.
Адвокат Черного Марк Ховард передал судье подробное изложение истории отношений двух предпринимателей, состоящее из 150 страниц. Документ он использует избирательно, обращая внимание судьи на самые значимые его части, сравнивая показания Дерипаски на разных процессах, в которых были задействованы стороны. Ховард называет Дерипаску «переборщиком вишен». Адвокат имел в виду, что тот, пытаясь создать выгодное впечатление, выбирает в этих делах выгодные для себя показания, опуская свидетельства в пользу Черного.
Черной и Дерипаска расходятся в своих воспоминаниях с самого начала. Первый утверждает, что они познакомились в октябре 1993 года на Лондонской металлургической бирже. Второй – что в мае 1994 года на обеде в лондонской гостинице Sheraton Park Tower. По словам Марка Ховарда, Черной был тогда очень состоятельным бизнесменом с большими связями. Дерипаска настаивает, цитирует адвокат, что Черной никогда не был бизнесменом, а зарабатывал на отмывании денег. Михаил Черной говорит, что Дерипаска имел с ним законный бизнес и они были партнерами.
Сам Черной, напоминает его представитель, утверждает, что начинал бизнес в конце 1980-х годов с болгарской предпринимательницей Лорой Видинлиевой и Яковом Голдовским. В то же время у Черного еще до 1993 года были деловые отношения с председателем совета директоров Trans Commodities Семеном Кислиным, показания которого использует Дерипаска. Кислин говорит, что просил Черного защищать его бизнес. Хотя Кислин настаивает, что это он познакомил Черного с множеством бизнесменов, адвокат подчеркивает, что к моменту знакомства с Дерипаской у Черного были собственные широкие связи.
Важную роль для обеих сторон процесса сыграла компания TWG братьев Дэвида и Саймона Рубенов. Черной рассказывает, что он и его брат Лев стали их партнерами в России в 1992 году и вели активную торговлю до разрыва в 1997 году. Дерипаска утверждает, что поначалу считал отношения Рубенов и Черных партнерством, но затем, примерно в 1995 году, понял, что Черные – это просто «крыша» для TWG.
Сведения сторон о месте и времени первой встречи разнятся, но Черной уверяет, что в Лондоне они заключили соглашение о создании совместного алюминиевого бизнеса, в котором доли распределяются поровну. Как предполагало соглашение, Дерипаска внес свои алюминиевые активы, оцениваемые от 3 млн до 5 млн долларов, а Черной должен был предоставить финансирование.
Дерипаска возражал в своих отзывах на иск, что было бы смешно с его стороны отдать половину своих активов незнакомцу, а если бы и было такое соглашение, то оно было бы письменно оформлено.
Адвокат Черного заявляет, что активы Дерипаски передавались в партнерство в обмен на финансовую поддержку и связи влиятельного и состоятельного бизнесмена. Что касается оформления партнерства, то защитник Черного обещал представить в ходе суда множество куда более ценных контрактов, которые никогда не были формально записаны. Многие бизнесы записывались на других людей на тех же условиях. И это было обычной практикой в России тех лет.
Ховард отмечает, что именно роль Черного в TWG помогла установить контроль над СаАЗом и развить алюминиевый бизнес. TWG предоставляла финансы для покупки акций предприятия и сырье для его деятельности. Черной утверждает, что он обеспечил поддержку со стороны TWG. Для этого, по словам Черного, пришлось восстановить немало документов, подтверждающих платежи со стороны его компаний компаниям Дерипаски.
Анализ бухгалтерских документов на перевод значительных сумм показал, что они были использованы или могли быть использованы для развития алюминиевого бизнеса, пишет Forbes. За 1994 год сохранилось мало документов, поскольку в адрес компаний Дерипаски по договоренности направлялись средства российских партнеров Черного. В 1995–1998 годах проходило немало платежей, часть из которых делались как инвестиции в медный бизнес и трейдинг, но часть – в алюминиевый бизнес и связанные с ним активы. Это были платежи компаний Черного Blonde, Operator Trade Center, CCT и Arufa. Серьезная часть средств поступала от совместных бизнесов с Дерипаской и использовалась для покупки алюминиевых активов.
Вторая сложность состоит в том, что в 1999 году Черной продал свою часть в Павлодарском алюминиевом заводе и получил за нее в 1999–2000 году 100 млн долларов. Эти платежи были оформлены через несколько компаний с зачетом долгов других фирм, часть использовалась для балансирования сделок по слиянию компаний «Сибала» и «Сибнефти». При этом одновременно делались инвестиции в алюминиевый бизнес через компанию Arufa, задействованную в зачетах. Адвокат уверяет, что в итоге платежи Черного примерно вдвое превысили вклад Дерипаски.
Впрочем, решающими в судебном процессе все же могут стать слова Романа Абрамовича, который выступит в суде в качестве свидетеля от Дерипаски. Как пишет The Sunday Telegraph, его свидетельства должны стать решающими в опровержении утверждений Черного о том, что он является «акционером и партнером Дерипаски в алюминиевой компании».