В понедельник министр экономического развития РФ Эльвира Набиуллина на совещании по вопросам инвестиционного климата заявила, что Россия проигрывает Белоруссии и Казахстану по международным рейтингам, касающимся таможенных процедур.
Требуются сотни совершенно бредовых и никому не нужных документов, чтобы завезти банальные дрова
Главные претензии – это отсутствие прозрачности таможенного администрирования, который определяется количеством документов для оформления грузов и количеством дней для прохождения так называемой таможенной очистки.
О том, какие таможенные правила действительно тормозят внешнеэкономическое сотрудничество, газете ВЗГЛЯД рассказал начальник отдела таможенного оформления компании Smart Logistic Group Николай Путятин.
ВЗГЛЯД: В понедельник министр экономического развития России Эльвира Набиуллина заявила, что Россия проигрывает Белоруссии и Казахстану по международным рейтингам, касающимся таможенных процедур. Как вы можете объяснить такую оценку?
Николай Путятин: Не может быть такого, чтобы впереди России были Казахстан и тем более Белоруссия с ее коррупционной составляющей.
ВЗГЛЯД: Главная претензия предъявляется к процедуре досмотра груза. Если в России досмотру подвергается до 44% грузов, то в США и Германии – всего лишь 3%. На самом деле это так?
Н.П.: Это сложно сказать. Вообще подсчитать, сколько грузов подвергается досмотру, практически невозможно. Есть правила, по которым определенные грузы будут подвергаться досмотру в любом случае, а есть такие грузы, по которым проверка не требуется. То есть таможенники досмотр не будут проводить, если по всем документам не требуется обязательный досмотр.
Кроме того, досмотр – это не самое страшное, он проводится довольно быстро, без каких-либо эксцессов. К этой функции вообще никаких претензий нет.
ВЗГЛЯД: Указывается еще отсутствие прозрачности таможенного администрирования. То есть импортеры жалуются, что таможня запрашивает большое количество документов. Так ли на самом деле обстоят дела?
Н.П.: Ну уж, не без этого. Сколько документов требует российская таможня, больше никто не требует.
ВЗГЛЯД: То есть это основная проблема?
Н.П.: Конечно, требуются документы, которые вообще никому не нужны. К примеру, чтобы задекларировать поставку древесины из Финляндии необходимо предоставить прайс-лист завода изготовителя, заверенный торгово-промышленной палатой страны-импортера. Притом что таможня использует свои цены. Требуются сотни совершенно бредовых и никому не нужных документов, чтобы завезти банальные дрова. В этом пункте логика таможенного оформления вообще отсутствует. Я не понимаю, почему участники внешнеэкономической деятельности не соберутся и коллективно не решат эту проблему. Этот вопрос нужно выносить на уровень правительства. Меня как работника таможенного терминала это мало волнует, но если бы я занимался бизнесом, то этот вопрос я поднял бы давно.
Начальник отдела таможенного оформления Smart Logistic Group Николай Путятин считает, что правительство должно вмешаться в изменение таможенных процедур (фото: из личного архива) |
ВЗГЛЯД: А таможенникам это ведь тоже неудобно?
Н.П.: Правильно. Если в других странах груз задерживается на полчаса, то у нас проверка может длиться несколько дней.
ВЗГЛЯД: Кстати, а примерно на сколько у нас задерживается груз на таможне?
Н.П.: Груз на таможне может стоять и неделями. Причем платит за все импортер – за стоянку, простой, неустойки транспортным фирмам, за хранение. В результате потом после растаможки товар получается золотым. Отсюда и ответ на вопрос, почему в России такие высокие цены.
ВЗГЛЯД: Каким образом импортеры выходят из этой ситуации, неужели каждый раз судятся?
Н.П.: Люди судятся с таможенными органами, чтобы доказать стоимость товара. К примеру, я имею долгосрочные партнерские отношения, которые позволяют мне приобретать товар уже со скидками, а пошлину мне приходится платить с той стоимости, которая заложена в прайс-листе российской таможни. Это несправедливо.
Причем суд всегда встает на сторону импортера. Но это долго, и многие предпочитают сразу заплатить и не думать.
ВЗГЛЯД: А много компаний, которые идут в суд, чтобы доказать свою цену?
Н.П.: Очень мало. Людям надо быстрее получить товар и реализовать, получить прибыль.
ВЗГЛЯД: А какая разница в ценах производителя и нашей таможенной службы?
Н.П.: От десятков центов до десятков долларов.
ВЗГЛЯД: Ну, в принципе немного?
Н.П.: Да вы что, такая разница на килограмм продукции. Фура весит 20 тонн, соответственно несколько центов по факту обернутся в несколько тысяч долларов.
ВЗГЛЯД: Что же нужно сделать, чтобы усовершенствовать нашу таможенную систему?
Н.П.: Есть две глобальные проблемы – масштабный документооборот, который надо сокращать, и несправедливый способ определения таможенной стоимости. Но эти вопросы нужно решать только на высшем уровне – должно быть принято политическое решение, на низовом уровне эти проблемы можно решать только через суд.