Скромное, но емкое название – «Кубрик» – и притягивающее взгляд стильное футуристическое оформление книги – отличительные черты шестого издания в каталоге издательства Rosebud Publishing. Напомним, что под грифом «Розового бутона» (прямая отсылка к «Гражданину Кейну» Орсона Уэллса) в свет вышли монументальная двухтомная «Авторская энциклопедия фильмов» Жака Лурселля, «Лулу в Голливуде», посвященная актрисе немого кино Луизе Брукс, «Демонический экран», исследующий немецкое кино 1920-х годов, за авторством Лотте Айснер, сборники интервью с живым классиком Вернером Херцогом и почившей легендой Голливуда Орсоном Уэллсом.
Несмотря на «элитарность» фильмов Кубрика, он оставил очень яркий след в поп-культуре: вспомнить хотя бы многочисленные пародии на «Космическую одиссею
Исследование «On Kubrick» Джеймса Нэрмора, изданное Британским киноинститутом в 2008 году, снискало множество хвалебных отзывов как профессионалов, так и обычных читателей. Особенно приятно, что Rosebud Publishing постепенно сокращает сроки между появлением оригинала и российского перевода. Так, «Орсон Уэллс» добирался до российского читателя без малого 13 лет, а книга интервью с Херцогом вышла спустя шесть лет.
«Кубрик» состоит из шести частей, причем только первая – «Пролог» – посвящена биографии этой «парадоксальной и противоречивой фигуры». Нэрмор пунктиром перечисляет основные вехи: в 1945 году 17-летний Кубрик стал штатным фотографом Look (с 18 ноября 2011 года по 29 января 2012 года в московском Мультимедиа Арт Музее прошла фотовыставка работ будущего режиссера), работа фотожурналистом помогла Кубрику сформировать свой стиль – «на границе между массовой и музейной культурой» – и навсегда привязаться к естественному освещению.
В начале 50-х Кубрик ушел из журналистики и задумался о кинокарьере. Джеймс Нэрмор внимательно следит за первыми шагами Кубрика в мире кино: от короткометражной документальной ленты о боксере Уолтере Картье («День боя»), снятой на средства самого Кубрика, до полнометражного дебюта «Страх и вожделение» (1953), получившего в основном благоприятные отзывы, и новаторского нуара «Поцелуй убийцы».
Основные парадоксы, связанные с именем Кубрика: весьма популярный светский персонаж и мизантроп-затворник, – он полностью контролировал производство своих картин (за исключением, пожалуй, «Спартака»), при этом считался в основном производителем картин для массового потребления. Почти все фильмы Кубрика – довольно сильно переработанные автором экранизации, однако только в отношении «Лолиты» большинство сочло версию Кубрика слабее набоковского текста. Начиная с «Доктора Стрейнджлава», его основной аудиторией стала нонконформистская молодежь, принявшая на ура черный юмор и гротеск Кубрика. Несмотря на «элитарность» фильмов Кубрика, он оставил очень яркий след в поп-культуре: вспомнить хотя бы многочисленные пародии на «Космическую одиссею».
Исследование Джеймса Нэрмора издано Британским киноинститутом в 2008 году (фото: rosebud.ru) |
По существу, весь текст Нэрмора – попытка проанализировать эти парадоксы, разрешить загадку Кубрика, выявить «ключ» к его произведениям, «тональность» кубриковского стиля, и многое после прочтения предстает в кристально чистом виде. Нэрмор не только увлекательно рассказывает историю создания картины, взаимоотношений Кубрика с цензурой, с не всегда довольными авторами литературных оригиналов (Набоков, Кинг), но и настолько буквально – в мельчайших деталях – разбирает каждый кадр, что после прочтения книги фильмы можно пересматривать заново – широко открытыми глазами. И ушами, учитывая, сколько внимания автор уделил саундтреку.
Русское издание «Кубрика» не снизило планку качества издательства Rosebud Publishing, хотя справедливости ради отметим порой досадные опечатки и «неконвенционный» перевод названий ранних фильмов Кубрика (например, «Большой куш» вместо «Убийства», что может привести к путанице).
Академический тон Нэрмора, его страсть к буквально покадровым «разборам полетов» той или иной картины успешно – усилиями переводчика Елены Микериной – сглаживаются «хулиганскими» неологизмами вроде «синемазлографа» (в отношении «Заводного апельсина»), а изящная многоэтажная матерщина (кажется, впервые в истории Rosebud Publishing цитаты приведены без купюр) в главе, посвященной «Цельнометаллической оболочке», приятно бодрит и радует глаз.