Аслам – фигура в Европе весьма известная. Вследствие своего происхождения он является для коренного населения неким проводником в мусульманский мир – свой родной Пакистан и его окрестности.
Все книги по медицине, необходимые Маркусу, приколочены к потолку гвоздями: некогда его жена в приступе ярости выместила на них эмоции и ненависть к талибам
В своей предыдущей книге «Карты для заблудившихся влюбленных» писатель рассказывал о жизни мусульманской общины в британской провинции. С этим романом Аслам был номинирован на премию, точнее антипремию – за «худшее описание секса в литературе» (была там, в частности, фраза «ее плечи пропахли его подмышками, словно головка птицы колибри цветочной пыльцой»). С другой стороны, за «Карты» он удостоился звания лучшего британского новеллиста пакистанского происхождения и награды Kiriyama Prize (в свое время, кстати, её отказался принять Харуки Мураками «по личным соображениям»).
Теперь Аслам представляет свою новую, третью по счету работу – книгу «Напрасное ожидание», в которой на примере главных героев сделал социокультурный срез общества России, США и Афганистана. Последний собственно и стал основным местом действия. Всех героев объединяет одно – Афганская война: кто-то ищет следы без вести пропавшего брата, кого-то заела совесть, а кто-то просто тут живет по суровым «законам гор».
Частично сюжет навеян собственной биографией. Когда Надиму было 14 лет, его отец, будучи коммунистом, перебрался, а точнее бежал от режима Мухаммед Зия-уль-Хака вместе с семьей в Великобританию. Спустя четверть века он попытался описать современный Афганистан, где заставил ютиться под одной крышей русскую женщину, бывшего американского разведчика и талиба.
Некая Лара отправляется на Средний Восток с целью узнать обстоятельства гибели своего брата, где поселяется у пожилого мужчины Маркуса. Его привело в Афганистан желание узнать хоть какие-то сведения о своем пропавшем внуке, которого он никогда не видел и который стал «последним из рода». Затем Лара знакомится с американцем Дэвидом, который работал в этих местах разведчиком, а теперь его мучает призрак прошлого и совесть. Он тоже селится у Маркуса и пытается найти облегчение.
Что до талиба, то речь идет о раненом молодом человеке, которого доставляют к старику. Однако все книги по медицине, необходимые Маркусу, приколочены к потолку гвоздями: некогда его жена в приступе ярости (талибы ввели очередной запрет на развлечения) выместила на них эмоции. Так они там и висят. Вот приблизительная аннотация новой книги Аслама.
Почему именно он решил обратиться к теме Афганской войны, столкнуть разные культуры и показать разный взгляд на одни и те же события, писатель рассказал в интервью журналу L’Express:
«Мои книги − это я сам. Для написания романов я использую свой опыт, свои мысли, воспоминания, эмоции. Я живо интересуюсь политикой, религией, и все это можно найти в моих произведениях. Я жил в Штатах, когда преподавал в университете Джорджа Вашингтона. И когда проходил мимо Белого дома, часто задавался вопросом о тех решениях, что были приняты правительством в 80-е: как они перевернули мой мир, мою родину».
Аслама уже успели обвинить в том, что «Напрасное ожидание» − вызов, отражение личного гнева, сдобренного рефлексией. Писатель это отрицает. «Тут правильнее говорить не о гневе, а о грусти и разочаровании. Необходимость найти надежду и утешение. Мои три книги сетуют на несправедливость, на внешние процессы – политику, моральное давление, которые приходят в столкновение с человеческими эмоциями. Чтобы понять мои произведения, нужно помнить, что я родом из Пакистана, представитель исламского мира, где все в конечном счете сводится к политике. Когда я издал свою первую книгу, я на личном примере понял, как политика захватывает жизнь и как круто она ее может перевернуть», − поясняет автор.
Что до пригвожденных к потолку книг, Аслам замечает, что такие потолки действительно были в Афганистане в эпоху правления талибов. «Я был там, но до того пообщался с афганскими беженцами в Великобритании, так как я очень боялся, что мне откажут в визе, − продолжает писатель. − Все увиденное мной в Пешвуре, Кабуле и Джалалабаде сформировало мою книгу. Мне было интересно, что произойдет, если под одной крышей соберутся люди разных национальностей, религии, с различным мышлением и системой ценностей. Я хотел понять, сколько времени потребуется другим, чтобы приблизиться к пониманию нашей веры. После 11 сентября весь исламский мир стал объектом пристального внимания. Но все же я надеюсь, что разница между исламом и исламистами, простыми мусульманами и террористами уже понятна всем, точно так же, как все отличают простых американцев от тех, что зверствовали в Абу-Грэйб (тюрьма близ Багдада, где пытали заключенных)».
Любопытно, что во время написания «Ожиданий» Аслам, по собственному признанию, часто обращался к роману Федора Достоевского «Идиот». И очень боялся, что читатели возненавидят его персонажа – молодого талиба, ввиду чего постарался сделать его более «чувствительным, очеловечить его».
«Вкратце, я хотел сделать роман об отношениях между Афганистаном, Россией и Пакистаном, но также и об истории человеческого насилия. Существуют фанатичные американцы, полагающие, что все мусульмане – террористы, с другой стороны, есть мусульмане, которые уверены, что они смогут захватить мир. Что в таком случае может сделать писатель – собрать их вместе и понаблюдать, как они себя будут вести, и насколько уважительно станут относиться к непричастным людям, вроде Маркуса. Я ощущаю ответственность, политическую ответственность по отношению к другим людям», − резюмирует писатель.
Опасался писатель напрасно – его героев читатели полюбили. По крайней мере, в континентальной Европе (в не чужой для автора Великобритании роман был воспринят довольно прохладно). Так, во Франции он стал настоящей бомбой и вскоре обещает дойти до России.