Исполнительская манера Кёрта Эллинга напоминает голливудские фильмы 1940-х годов. На сцене – элегантный мужчина, который будто самому себе рассказывает какие-то истории, изредка отвлекаясь на публику в зале. К тому же нарочито китчевый интерьер клуба, где выступал джазмен, лишь усиливал такую ассоциацию.
Эллинг уже семь лет подряд признается лучшим джазовым певцом по опросам критиков престижного журнала Down Beat
Для того чтобы попасть в это странное заведение, нужно было миновать шлагбаум, парковку и чуть ли не назвать пароль неопределенному мужчине в форме. В какие-то моменты даже казалось, что находится клуб не в сегодняшней Москве, а в США времен сухого закона. Хотелось даже проверить, на месте ли паспорт – вдруг нагрянут с проверкой документов.
Сам Кёрт Эллинг будто готовился к такой стилизованной атмосфере. Из всего его багажа, который по ошибке отправили в Рим, в Москву прилетел лишь концертный костюм – old fashion пиджак с платком из грубой ткани и эстетские туфли, которые обычно замечают девушки, интересующиеся модой.
Выглядя именно так, Эллинг на три вечера сделал «Багет» самым популярным джазовым местом столицы. Ежедневный аншлаг даже слегка смутил официантов. Впрочем, сам виновник торжества давно пребывает в том творческом возрасте, когда адекватные музыканты уже с иронией относятся к своей популярности.
Три премии Jazz Journalists' Association Awards за лучший мужской джазовый вокал и Prix Billie Holiday от парижской Академии джаза для него, кажется, не повод бить себя в грудь в первом попавшемся московском клубе.
Несмотря на то что Эллинг уже семь лет подряд признается лучшим джазовым певцом по опросам критиков престижного журнала Down Beat, эпитеты в свой адрес вроде «легендарный» или «самый лучший» он комментирует с напускной скромностью:
– Я вообще не понимаю, как в искусстве можно кого-то с кем-то сравнивать, – рассказывает Кёрт Эллинг газете ВЗГЛЯД. – Ведь любое сравнение – это своеобразный конкурс, рейтинг. Но это глупо, когда мы имеем дело с творчеством. Вы же не будете всерьез рассуждать, кто был лучше – Майлз Дэвис или Чарли Паркер.
В джазовой среде Эллинг в первую очередь любопытен тем, что в совершенстве владеет редким искусством vocalese – используя диапазон в четыре октавы, Кёрт пишет слова на инструментальные джазовые стандарты, сочиняет собственные песни. На профессиональном сленге то, что он делает, называют еще «скетом» (вокальной импровизацией).
Сам певец называет свою концертную фишку – импровизацию на основе рифмованных реплик-комментариев про всё, что его окружает во время выступления, – «рэнтингом». Его предшественниками в этом деле можно назвать Эдди Джефферсона и Кинга Плежера. Кёрт написал слова к известным импровизациям Уэйна Шортера, Кита Джарретта, Декстера Гордона и Пэта Мэтини. В своих словесных импровизациях на сцене Эллинг использует цитаты из Райнера Марии Рильке, Марселя Пруста, Пабло Неруды.
На вопрос, чем именно обусловлен такой его выбор «классиков», он отвечает с неизменным юмором:
– Да, собственно, ничем. Хотите, специально для вас я в следующий раз буду цитировать Пушкина в оригинале?
– Хочу. Ловлю на слове.
Список джазовых классиков, с кем успел поработать Элиинг – тоже впечатляет. Это Терренс Бланшард, Дэйв Брубек, Бенни Голсон, The Clayton/Hamilton Orchestra, Чарли Хантер, Дэйвид Либман, Джо Ловано и другие. В российском перечне пока только одна фамилия – это Игорь Бутман. С его биг-бендом Кёрт выступил в один из вечеров в нынешний свой приезд.
В перерывах между вокальными концертами Эллинг занимается еще и театром. В соавторстве с Йоном Клэйтоном, Лоуренсом Хобгодом и Бобом Минцером он уже написал несколько пьес.
В Чикаго Кёрт известен в качестве театрального и музыкального продюсера. В 2002 году в чикагском Park West Theatre он организовал вокальный «саммит» Four Brothers, на котором выступили такие легенды, как Марк Мёрфи, Кевин Махогани, Йон Хендрикс и сам Эллинг.
В итоге участники этого события объединилась в одноименную группу, где Кёрт выступал как вокалист и как продюсер. В 2002–2005 годах Four Brothers с успехом гастролировали по США и Европе.
Сейчас Кёрт Эллинг готовит к выходу DVD своего выступления на последнем джазовом фестивале в Монреале и любит порассуждать за стаканчиком кальвадоса о плюсах и минусах джазовых тусовок в мире:
– Фестиваль в Монтрё уже давно перестал быть чисто джазовым. В этом смысле Монреаль для джазмена гораздо интереснее. Ну а больше всего мне и музыкантам из моего квартета понравилось, пожалуй, в Японии – на фестивале Madarao. Да, наверное, там.
На вопрос сидящей рядом за барной стойкой девушки, «почему он пьет именно кальвадос», Эллинг с вальяжным эстетством отвечает:
– О, бэйби, кальвадос я пью не для голоса, а для души. Кстати, приятно познакомиться, бэйби.
Обычно, после таких ответов девушки становятся большими поклонницами Кёрта Эллинга.