Как известно, Зураб в России только один (прочие – не в счет), и это, разумеется, Зураб Церетели. Думаю, не стоит упоминать о том, что инициатива назвать очередной филиал Московского музея современного искусства именем его патрона принадлежит к числу самое меньшее нескромных. Оставим это на совести того, кому первому пришло в голову столь стильно и, главное, оригинально назвать новое экспозиционное пространство.
Российские иллюстраторы в галерее «Зураб»
Развороты иностранных глянцев уже довольно давно отданы на откуп не фотографам, но иллюстраторам
Есть, правда, вопрос сугубо практического свойства: появление на художественной карте Москвы двух институций, носящих имя Зураба Константиновича, очевидно, приведет к расколу среди поклонников его искусства. Одни будут стремиться в ортодоксальную галерею Зураба Церетели, другие, ведомые последними новостями СМИ, – в новооткрывшийся «Зураб». Разумеется, без споров тут не обойдется. Морозное московское небо уже ждет отсветов кровавых баррикадных боев за самое правильное искусство.
Пока же в галерее «Зураб» все спокойно: что может быть более мирным, чем глянцевый журнал? Развороты иностранных глянцев уже довольно давно отданы на откуп не фотографам, но иллюстраторам. Тренд этот, хоть и с опозданием, все же дошел до России и тут вполне укоренился. Летом 2006-го Андрей Бартенев составил книгу панорамного обзора достижений глянцевой иллюстрации в России, а теперь как продолжение книги организовал выставку «Люби кутюр». Восемьдесят художников-иллюстраторов, сотрудничавших с ведущими изданиями (L'Officiel, Vogue, Wallpaper, Fashion Collection, «Афиша», etc.), 350 работ в экспозиции – все это, с одной стороны, не может не впечатлять.
С другой стороны, работа иллюстратора сегодня – это в первую очередь работа не с бумагой и красками, а с компьютером. В наше благословенное время, когда компьютер доступен практически каждому, это подразумевает значительное обесценивание самой работы иллюстратора. Вспомните, сколько появилось фотографов, когда цифровые мыльницы стали непременным атрибутом любого претендующего на статус эстета школьника. Примерно то же происходит сейчас и с иллюстраторами. От нашествия профанов нас спасает только неизменно высокое качество работ истинных адептов планшета, поэтому российским иллюстраторам хочется пожелать исключительно: «Быстрее! Выше! Сильнее!».
Социалистический гламур
Владимир Лагранж. Большая энциклопедия маленькой жизни |
Параллельно с необходимыми для иллюстрации советского народа съемками тружеников села, деятелей науки и культуры, членов Политбюро и картин социалистических строек и трудовых подвигов, Лагранж создавал серии великолепных портретов, индустриальных и городских пейзажей и жанровых снимков, многие из которых по разным причинам не могли быть напечатаны в то время.
Однако теперь именно эта часть архива фотографа представляет наибольший интерес для зрителя. От возможности взглянуть на Советский Союз не со стороны, а изнутри в наше время трудно отказаться. Впрочем, сама попытка такого взгляда имеет свою подоплеку. Любой запечатленный на пленке пейзаж из тех годов порой обретает в головах зрителей ярко выраженную политическую окраску, за которой можно легко не заметить красоты пейзажа или небанальности ракурса. Взамен можно предложить любимый некоторыми исследователями метод «исторической эмпатии»: вглядеться в снимок и на минуту представить себя homo soveticus, влезть в шкуру старших современников, почувствовать всю благодать развитого социализма и прочих даров природы. Очень актуально для тех, кто помнит Советский Союз лишь по запылившимся портретам Ильича в спальне детского сада.
Провоторов и Шорин доигрались
Работа иллюстратора сегодня – это в первую очередь работа не с бумагой и красками, а с компьютером |
Малютка Петр, с огнем играя,
Достиг теперь преддверья рая.
Вкушая райский ананас,
Малютка Петр, молись за нас.
Как мне кажется, последнее больше отражает если не суть выставки, то общее от нее ощущение. Это не игра в серьезность, это игра с серьезностью, этакая техничная шутка. И, думается, Шорин и Проворотов своими шутками (как большинство шутников) остались довольны. Но судить, насколько они удались, предстоит не им, но зрителю.