Расширяя и тематический круг, и жанровые рамки. Последняя премьера на этих подмостках «ДОК-ТОР» по пьесе Елены Исаевой в постановке Владимира Панкова тому подтверждение.
«Оборотни в белых халатах»
Андрей Заводюк |
В зрительный зал невозможно войти без медицинской спецодежды: строгий юноша на входе командует: «Берите халаты!» В итоге люди по обе стороны рампы оказываются странно похожими. Собственно, в Театр.doc и рампы-то нет никакой: пространство едино. А в случае с «ДОК-ТОРом» оно и вовсе оказалось перевернуто с ног на голову и освоено совершенно по-новому.
Зрительный зал сдвинут на девяносто градусов и повернут лицом к входной двери; на стене – экран (здесь будет показан смешной и страшный слайд-фильм о чудаке-алкоголике – жертве домашнего матриархата, попавшем в больницу «с кишками на спине»), с потолка свисают немытые граненые стаканы, допотопные шприцы и даже соленые огурцы.
Собственно, у безымянных по большей части героев истории все рядом: за одним и тем же столом пьют, закусывают и оперируют. Помнится, писал чудесный Григорий Горин, «коли доктор сыт, так и больному легче». Однако показанным докторам вряд ли кто-то из зрителей доверил бы свою жизнь. Ибо трудятся они с эдаким радостным безразличием: дескать, не все ли равно, что произойдет в следующую минуту? Как говорится, умерла так умерла. Если кто и расстроится по поводу очередного трагического исхода, то самую малость («у каждого хирурга есть свое кладбище»). А потом коллега поднесет очередной стакан – и жизнь снова прекрасна.
В «ДОК-ТОРе» магическим образом соединились документальное и художественное, трагическое и пародийное, достоверность и абсурд. Происходящее, хотя и имеет парафразом знаменитый булгаковский «врачебный» цикл, все же неотделимо от сиюминутных реалий. Столь диких, что ни один Булгаков упал бы со стула.
Главный герой – хирург, попавший волею судьбы в глухую провинциальную больницу, где весь медперсонал развлекается игрой в слова, танцует на столах, выпивает лихо, а работает лениво. Хирурга играет актер Театра им. Пушкина Андрей Заводюк; играет отлично – живо, размашисто, отчаянно. Умело передавая все стадии «семи кругов ада», проходимых и переживаемых героем. Поначалу бедолага-доктор еще не оставляет мыслей честно выполнять собственный долг, но чем дальше, тем больше глаза его стекленеют, подход к делу становится циничным, и он в буквальном смысле превращается в «оборотня в халате»: окружающая веселая компания лишит его стильного костюмчика, переодев в такую же, как у них, врачебную униформу. И мистический финал, повторяющий начало – появление нового «молодого хирурга», – дает понять, что из этого болота уже не выбраться никому. Ибо оно бездонно.
Круг замыкается. Выхода нет.
В начале были звуки
Владимир Панков (фото: cdr.theatre.ru) |
Владимиру Панкову принадлежит авторство причудливого сценического жанра «саунд-драма». Одинаково мастерски владеющий актерской (кстати, в «ДОК-ТОРе» сам Панков на сцене не появляется ), режиссерской и композиторской профессиями, он является редким человеком, которому скучно оставаться в рамках чего-то одного. Эффектно скрещивая все свои умения, Панков рождает нечто оригинальное, никому доселе недоступное.
Первой саунд-драмой стал спектакль «Красной ниткой», выпущенный несколько лет назад в Центре Казанцева-Рощина и с тех пор объездивший полмира. Хочется думать, что дальнейшая судьба «ДОК-ТОРа» тоже сложится успешно. Поскольку здесь Панков пошел еще дальше.
Создается ощущение, что актеры для него – музыкальные инструменты; у каждого – индивидуальный чистый тон; а режиссер аккуратно и бережно извлекает звуки и делает оркестровку. Первоначальный текст разложен на молекулы и напитан музыкой. В плотную картину сливаются стук каблуков и щелканье резиновых перчаток, залихватский рэп и печальное застольное пение, звон стекла и аккордеонные переборы. Панков предпочитает рассказывать историю не столько словами, сколько при помощи ощущений. На «ДОК-ТОРе» ловишь себя на том, что активизируются все шесть чувств, и происходящее впитываешь в себя, попутно сочувствуя, улыбаясь и ужасаясь. А заодно потихоньку изменяешь собственное отношение к врачебному миру как таковому. И развеселит ли после этого спектакля знаменитый анекдот «…а вы еще хирурга не видели» – большой вопрос.